Странные люди (СИ) - Старолесская Маша - Страница 18

В компании родных Ирка чувствовала себя неуютно, впрочем, как и раньше. Брат подкалывал, мать подняла бокал за то, чтобы в новом году дети обрели счастье в личной жизни, не сводя с неё пристального взгляда. Девушка брата, имя которой Ирка решила пока не запоминать, одобрительно кивала. Не иначе как хотела выслужиться перед потенциальной свекровью. Она вообще хотела показаться хорошей для всех и так долго и неискренне нахваливала Иркино платье, что у той возникло слабо контролируемое желание отправить её в магазинчик Без и посмотреть, что будет.

Не успели умолкнуть куранты, как небо над частным сектором полыхнуло десятком салютов разом. Гости бросились одеваться, чтобы посмотреть на них со двора, а Ирка вся сжалась, представляя, каково сейчас Дориану. Он, конечно, не совсем пёс и жил как-то все эти годы без её помощи и догляда, но легче на душе от этого не становилось.

И только в пять утра, когда весь дом уснул, а напарник вернулся с праздничного дежурства, Ирка немного успокоилась. Брат с пассией уехали первыми, заявили, что их ждут друзья в загородном коттедже. Приглашали Ирку с собой, но она только кивнула на Дориана, мол, у меня свои обязанности, и отказалась. Родители уехали позже, прихватив с собой постельное бельё и вещи для стирки. Дом погрузился в тишину.

Три первых дня января, раннее утро года, Ирка посвятила безделью, как и мечтала: смотрела ромкомы, доедала салаты, гуляла с Дорианом по району. На четвёртый она заскучала и бросилась искать заказы. Снова погрузилась в привычную уютную рутину: сперва тексты, потом изучение заметок, оставленных Дорианом. Немного хлопот по хозяйству, немного вечерних сериалов фоном.

Дориан, в новогоднюю ночь очаровавший всю Иркину семью, снова стал уходить в дозоры и возвращался только под утро. Ирка просыпалась, не приходя в сознание, обрабатывала ему мелкие ранки и ссадинки и тут же отключалась.

В бесконечной круговерти дел так легко было не думать о Славике! Но стоило дать слабину, как Иркины мысли возвращались к нему. Она начинала мечтать, что он возьмёт у матери номер Дориана и позвонит, скажет, что был не прав в тот раз и зря отказывался от помощи, рассыплется в благодарностях, а она исхитрится и найдёт способ позвать его на свидание. Выныривая из сладких грёз, Ирка каждый раз обнаруживала себя то перечитывающей в десятый раз письмо назойливого и дотошного клиента, то полирующей клеёнку обеденного стола.

Хуже всего ей пришлось, когда она дошла до русалок в заметках Дориана. Ничего не предвещало беды, пока она не прочла про скандинавских водяных, которые женились на земных женщинах, но почти всегда теряли своих жён и оставались с оравой детишек на руках под мостом. Мысли сами собой перескочили на андерсеновскую «Русалочку». Эта история всегда раздражала Ирку несправедливостью финала: одна, значит, спасла принца, а другая — присвоила её победу. Так и теперь. Пока они с Дорианом рисковали собой на лесной поляне, неизвестная девица собрала все сливки и заполучила Славика себе в окончательное пользование! Ирка понимала, что её домыслы почти наверняка не имеют никакого отношения к действительности, но и остановиться не могла.

Пару дней спустя, на встрече с подругами она попыталась поделиться с ними историей несчастной любви, но была вынуждена опустить почти все подробности знакомства со Славиком, а уж про ритуал на поляне и вовсе умолчала, так что девчонки её не поняли и посочувствовать не смогли. Разве что подняли бокалы «за нас, красивых, за них, рогатых» и предложили на выходных пойти в клуб и склеить кого-нибудь там.

Ирка покивала, проверила в телефоне, когда будет полнолуние, и вежливо отказалась.

— Ты ж вроде одна живёшь? Сама себе хозяйка, — начала уговаривать Ритка, самая известная тусовщица с их потока. — Отдохнём, оторвёмся как следует.

— Сто лет никуда вместе не выбирались, с самого выпускного, — подключилась Леночка. — А помнишь, как на первом курсе…

Тут подруги пустились в воспоминания о клубных приключениях, коктейлях и безудержной пляске на барной стойке. Ирка даже добавила в этот разговор свои пять копеек, но противное чувство, что с этой своей работой, с Дорианом, она удаляется от прежней жизни семимильными шагами, не покидало её. Нельзя было рассказать про недавний ритуал? Ну так и про встречу с предками тоже надо было молчать! И про пса, который на три дня в месяц становится человеком. И про Без… Которое… или которая оказалась права и отдала ей такое шикарное платье! Если надеть его на вечеринку, у других девчонок точно не будет шансов на Иркином фоне! Только вот в клуб она всё равно не пойдёт…

Мысли сделали круг и вернулись к треклятому Славику. Он-то понял бы её, он сам был в похожей ситуации!

Она заметила, что что-то не так, только когда подруги умолкли и уставились на неё непонимающими взглядами.

— Ир, ты чего? — принялась тормошить её Леночка. — Как себя чувствуешь?

— Последний бокал был лишний, — соврала Ирка. — Мне лучше домой, наверное.

***

Когда через несколько дней она поделилась своими впечатлениями с Дорианом, тот только вздохнул:

— Ну и зря. — Откусил кусок бутерброда (маленький ломтик булки, три ломтика колбасы, каждый в палец толщиной) и продолжил: — Пошла бы, развлеклась. Ты тут дичаешь со мной, а это нельзя. Должен же хоть кто-то из нас держать связь с реальностью?

Ирка вздохнула и отвернулась, всем видом показывая, что ей эта тема неинтересна.

— Значит, завтра пойдём в дозор вместе.

— А почему завтра?

— Потому что сегодня у тебя будет экзамен. Проверим, чему ты научилась за это время. — Дориан закинул остатки бутерброда в рот и вытер губы рукавом.

— И когда начинаем? — оживилась Ирка.

— Да прямо сейчас! Вампир, знаешь ли, не будет ждать, пока ты про него прочитаешь.

КОТ БАЮН

Кот сидел на бетонном столбе на границе четырёх участков. Здоровенный такой котище, размером с мейн-куна, не меньше. Он был того невнятного полосатого окраса, который в народе зовут «вискасом» или «шпротиной».

Ирка встретила незваного гостя, когда относила объедки на компостную кучу у забора. Каждый раз выполняя эту несложную, но неприятную операцию, она думала: «А вот и мой вклад в экологию».

Она заметила кота не сразу. Сначала ощутила на себе чей-то тяжёлый взгляд. Вздрогнула. Подняла голову и увидела чуть выше своего лица два круглых зелёных глаза с человеческими зрачками. Кот был молчалив и абсолютно неподвижен.

— Кс-кс, — робко позвала Ирка. — Ты чьих будешь?

Ноль эмоций. Зверь сидел, обвив лапы косматым хвостом и смотрел на неё. Больше ничего.

— Может, ты голодный?

Веки у кота дрогнули. Или это только показалось.

— Жрать, говорю, будешь?

Кот поднялся, выгнул спину, потягиваясь, и спрыгнул в сугроб на соседний участок.

— Вот чего хотел, зачем приходил? — пожала плечами Ирка.

Она ещё подумала, что надо будет сказать про загадочного зверя напарнику. Тот хоть и пребывал пока что в собачьем обличье, мог подать ей какой-нибудь знак.

Второй раз кот встретился ей под вечер, когда Ирка возвращалась домой из «стекляшки». Дориан шёл рядом с ней, держа в зубах пакет с гречкой и куриными потрошками, сверху стыдливо прикрытыми творогом и сливками для кофе. По дороге им встретилась соседка из числа сердобольных дам, подкармливавших местную бездомную живность и заохала, поражаясь тому, как ловко Ирка выдрессировала пса.

— Надо же, сам всё несёт! И даже сожрать не пытается.

Ирка смущённо кивала. В конце концов, никакой её заслуги не было в том, что напарник и в собачьей шкуре мог выполнять мелкие бытовые поручения. Разговор уже начал утомлять её, когда соседка вдруг спросила:

— А ты не знаешь, чей тут котик приблудился? Жирный такой, упитанный.

— Не знаю, — пожала плечами Ирка. — А вы когда его видели?

— Да в обед. Сидел такой, бедолага, на столбике. Испугался — не шелохнётся. Я в дом пошла, фарша куриного ему принести хотела, возвращаюсь — нет кота. Выпустил же кто-то такого красавца на улицу! А он здесь пропадёт. Собаки кругом… — Тут соседка посмотрела на Дориана и заговорила, как бы извиняясь: — Ваш-то пёс воспитанный, интеллигентный… А эти задерут и не заметят.