Княжеская ворожея (СИ) - Перес Анна - Страница 40

Адар сел обратно, и поднялся уже Илья. Голос его звонкий ласкал слух. Чернава постаралась перестать думать о Мелене, вслушиваясь в тост.

— Дорогие гости, я хочу поднять бокал за замечательного брата и нашего любимого князя. Мало, что я могу добавить к словам Адара, но всё же постараюсь. Пусть ваш брак будет крепким, как камень, и счастливым, как в сказке. Пусть ваш дом будет наполнен любовью, уважением и взаимопониманием. Живите долго и счастливо!

— Илюша, братец! Как всегда, добр ко мне! — князь с гостями выпил. — Но в зале присутствует человек, от которого я бы так же хотел услышать поздравление. Татьяна, поздравишь меня?

Чернава и остальные взглянули на императрицу. Та грациозно поднялась, сохраняя каменное выражение лица. Но женское чутьё подсказывало, что Татьяна гневалась в глубине души, но сохранить важный вид было важнее всего. Не будь она иностранкой, может и правда была бы хорошей княгиней — признавала Чернава.

— У князя Ревмиры всё есть, — спокойно и твёрдо произнесла императрица, поднимая бокал. — Ум, красота, верность поданных, а теперь и хорошая жена под боком. Желаю, чтоб судьба не отвернулась, чтоб и дальше всё было так, а не иначе.

Она отпила вина, все последовали её примеру. Во взгляде князя мелькали непонятны искры, то ли гнев, то ли разочарование. И всё же Чернава не понимала его. Что такого привлекательного в императрице? Почему эта женщина его завлекла? Но теперь сколько не думай об этом, уже было неважно.

Тишина быстро развеялась, гости перешёптывались. А Чернава тихо стояла в стороне, как и положено служанке. Наблюдала и ждала того, о чём предупреждал князь. Видела, как Данияр стремительно вышел из зала, и как никто на это не обратил внимания. Только она. Чернава чувствовала напряжение, как перед грозой. Нутро подсказывало, что должно произойти нечто неприятное и может даже ужасное. Но что?

Татьяна по-прежнему с непоколебимым видом сидела на месте почётного гостя, коим и являлась. Хоть и никому она по вкусу не приходилась, но князь ею дорожил, как диковинной заморской пташкой. Которой так и хотелось отрезать крылья, чтоб она не смогла улететь, сидела бы у него в золотой клетке и радовала хозяина.

С императрицы Чернава метнула взгляд в сторону Адара. Может он что удумал? Не только она знала его намерений расширить принадлежащие ему территории. Но и сам князь. Отец Светы сидел на почётной месте среди других бояр, лучезарно улыбался и болтал. Гриша и Евсей сидели поодаль, почти в конце широкого стола, но вместе. Пили и наслаждались праздником. По ним троим и не сказать, что заговорщики. Но только если князь знал, что они виноваты, что они хотели убить Татьяну и подставили Харину, то почему ничего не сделал? А тот поход Ильи в дальние земли? Когда младшего княжича чуть не прикончили наёмники. Ведь и её Агапа могло в ту ночь не стать. Может и то рук дело Адара и его прихвостней?

Внутри Чернавы всё больше прорастал корень сомнения, оплетая органы, сжимая до боли их. Почему князь просто сказал быть начеку? Может что задумал? А почему только сейчас?

Оторвав от размышлений, шумно открылись двери и в зал пёстрым потоком влились скоморохи. И мужчины, и женщины в яркой и многослойной одежде, танцевали, а их многочисленные украшения звякали. Гладкие и морщинистые лица улыбались, голоса сливались в задорную песню. За разноцветным вихрем последним ступил в зал Данияр, хитро и довольно улыбаясь.

Чернава знала, что при всех сплетнях и перешептываниях про Данияра, князь тепло относился к брату. И всё же средний княжич многим не нравился. Некоторым из-за такой отличительной внешности, совсем уж не похожей на княжескую. А другим был неприятен из-за дурного характера. Но князь за него заступался, да и сам Данияр был верен брату.

Как, впрочем, и Илья. Чернава посмотрела в сторону младшего княжича. Подобное было крайней редкостью. Братья обычно дрались за место князя. Об этом рассказывала ей ещё мама. Как прошлый князь подстроил смерти братьев своих, чтоб на трон сесть. И Чернава каждый раз думала, что Данияр воткнёт нож в спину князю. Приглядывала за ним, но ничего такого не было. Это не должно было расстраивать, но напрягало. Как и сам Данияр.

Актёры тут же остановились, как по команде, лицом к князю, глубоко поклонились. Вперёд выступил худой, как молодая берёзка, мужчина сухой, морщинистый и с белой короткой бородой. Он стоял прямо, не колеблясь, в золотом кафтане, алых штанах и золотых чоботах. Воцарилась тишина.

— Для меня и моей труппы честь выступать перед князем, — хрипловато произнёс артист.

— Да брось ты эту напыщенную почтительность! Сегодня праздник, а вы мои гости.

— С пустыми руками мы не пришли, княже. Наш подарок — выступление, радость твоя и гостей твоих.

— Хорошо говоришь. Так удивите нас! — довольно произнёс князь, широко улыбаясь, словно знал, что за выступление подготовили скоморохи.

— Как прикажешь княже!

И актёры забегали, занимая свои места. Гости притихли. Перед ними развернулся невероятный спектакль. Чернава сразу поняла, какая разыгрывалась история. О царе и красивой заморской принцессе…

Жил-был в одном далёком царстве царь. Правил он мудро, да всё в делах был, времени на женитьбу не было. Время шло, а царь не молодел. Когда седина прорезала золотые волосы, задумался он.

— Пора подумать о наследниках! — произнёс старик в золотом кафтане.

И тут к царю подбежали его верные чины. Один круглый, как пень, с блестящим от масла лицом, точно блин, только убранный со сковороды. Второй же высокий худой и с длинной рыжей бородой. И говорит он им:

— Жениться мне пора!

— Мудрое решение, царь-батюшка! — в унисон произнесли два мужичка.

Они покинули царя, отправившись ему на поиски жены. Первый, которого звали Гриша, дальше своего дома не ушёл, оглядел дочурку. Круглолицая, курносая с хорошим аппетитом, да только нечистоплотная и грубая девица точно свинка. Но Гриша подумал иначе.

— А чем плоха для царя? — произнёс вслух он, поедая вторую куриную ножку.

И задумался, как станет зятем правителю. И так понравилась ему эта идея, что он сам себя похвалил. Да только кого приведёт второй боярин?

А второй, его звали Лад, знал, что в королевстве за морем жила принцесса, красивая и чистая, как лунный свет, и вздумал привести её в царство своего царя. Он отправился за принцессой, которой рассказал про заслуги царя, про его ум и верность государству, и как люди хорошо жили при нём. И так была тронута принцесса, что отправилась с Ладом на смотрины к царю.

Да только Гриша разузнал за кем отправился соперник. Разозлился, топнул ногой, да задумался. И решил, что обманом получит желаемое. Обратился к старой ведьме, и та превратила принцессу в дурнушку, а его дочь сделала красивой и обаятельной.

Когда принцесса прибыла в царство, все удивились, какая она дурная, а дочь Гришина расцвела прекрасным цветком. Царь назначил время для выбора невесты, и все бояре приглашены были на бал.

Но в ночь перед балом зарокотал гром, да ливень забарабанил по крышам домов и замка, а в окнах сверкали молнии. В замок, спасаясь от непогоды, пробралась чёрная кошка. Боярская дочь испугалась и выгнала её из своих покоев, а принцесса дала ей молока и рыбки. А кошка была непростой, волшебной, сразу разглядела следы магии. Когда принцесса уснула, превратилась кошка в прекрасную девушку, да начала ворожить.

И на утро вернулась красота принцессе. Она сама ничего не заметила, но вот остальные удивились. Сам же царь от придворных был наслышан про красоту боярской дочери, про уродливость принцессы. И обомлел, когда воочию увидел девушек.

— Лгут слова, да глаза не обманут! — мягко произнёс царь, любуясь принцессой.

А та улыбалась, как лисица, да соколиные глаза карие сверкали. Брови соболиные, ресницы длинные. Кожа белая, нежная, а коса под платком длинная густая. И платье синее с самоцветами точно небо, усеянное звёздами.

Но царь был не так прост, не из тех, кто на красоту ведётся. И решил он испытать кандидаток. То вышивать заставит, то приготовить съестного. Принцесса на удивление всех справлялась с заданиями, а вот дочка Гриши совсем нет. Ни вышивать, ни готовить та не умела. Излюбленной родителями выросла, избалованной заботой, палец о палец обычно не приложит.