Княжеская ворожея (СИ) - Перес Анна - Страница 10

Вытащив поленья, Мелена брала несколько за раз и тащила их чуть поодаль от дома и леса. Осёл внимательно следил за ней, а в следующее мгновение начал помогать. У Мелены не было сил или желания останавливать скотину. Они перенесли все дрова. Потом из дома она вытащила все имеющееся масло и немного трав. Не забыла про нож.

Она старалась не думать, для кого собирала кроду. Наивно хотела убежать от горя, которое, знала, с ней навсегда. Но разные вопросы и мысли копошились в голове, как личинки в гнилом мясе.

В потёмках было трудно работать, но Мелена не хотела спать, не хотела просто сидеть рядом с Ягой. Она старательно выкладывала паления. Скупо обмачивала их маслом, стараясь, чтобы хватило на все. Стелила сухую траву, подсыпая сушенные цветки шалфея, василька и клевера. Любимые цветы Яги. Укладывала аккуратно ветки берёз и осин. Потихоньку туман в голове проходил, на его место вступала ясность.

Все это время, голод её словно не мучал. Не хотелось есть или пить. Мелена и вовсе старалась не думать, но с этим было сложнее. Почти глубокой ночью, когда закончила с кродой, направилась домой. Остановилась у ствола дуба, не решаясь. Она знала, что увидит внутри.

В избе Мелена замерла. Осматривала кухню с белой печкой. Полки со всякими скляночками и берестовыми сундучками, в которых хранились разные травы. Горшки и ложки, ножи и доски. Плетёные корзины с одеждой, шкурами и простенькими украшениями. Другие с сушенными грибами, ягодами и шишками. Камни под ногами, над головой пучки сухоцветов. В углу плоская, расписная цветами прялка. Впереди Мелены два стула со спинками, обтянутые мягкими шкурами, рядом стол, а дальше окошко. А ещё дальше тёмный лес.

Выдохнув, Мелена зашагала вперёд. Усопших омывали прежде, чем придавали огню. Мелена не могла спокойно смотреть на мёртвую наставницу. Но и не уважить её душу тоже не могла. Подготовила воду, достала чистую одежду. С нежностью омыла бледную старушечью кожу. Расчесала волосы, оставив их распущенными. Укутала полностью тело в белоснежный саван, перевязав надёжно верёвкой. Другой верёвкой протянула под узлами первой, а второй край протянула через железное кольцо, прикреплённое к потолку над выходом из избы.

Тело наставницы было на удивление лёгким, словно пара перьевых подушек. Мелена аккуратно начала опускать в проход тело ногами вниз, придерживая верёвку, чтобы бережно опустить на землю. Но в одно мгновение руки предательски дрогнули, и мёртвая стремительно полетела вниз. Тут как тут оказался осел, что поймал покойницу своей спиной. Мелена тут же схватилась за верёвку, чтобы помочь и придержать тело от переломов. Кое-как все же удалось опустить вниз. Мелена даже вся вспотела.

Вытерев пот со лба, она выпрыгнула на землю. Ночь огня напомнила о себе, отдавшись болью в стопах. Мелена вскрикнула. Осел внимательно, казалось, сочувствуя, глядел на неё.

— Пошли.

Вдвоём они направились к кроде. Мелена бережно уложила покойную. Глядя на белый свёрток, вдруг в голове всплыло очень старое воспоминание.

Как Яга после долгих лет и мольбы, сжалилась над ней. И разрешила выйти в ближайшую деревню. Мелена не думала, что тогда угодит сразу на чьи-то похороны. Она помнила, как клали ребёнку монетки на глаза и в рот. Как горел ярко огонь кроды. Как навзрыд плакали люди.

И как дома она первым спросила у Яги:

— А зачем кладут монетки на лица покойников и в рот?

Яга в тот день сидела у окна, перебирала грибы собранные Меленой, резала и чистила.

— Некоторые дураки верят, что могут подкупить Морену. Или хотя бы отпугнуть блестящей монеткой чертей или мар.

— А это не так? — села рядом Мелена, взяв в руки нож и начав помогать.

Яга зло рассмеялась, отвечая:

— Лишь малая часть нечисти интересуется побрякушками. Чисти хорошо.

— Да хорошо я их осматриваю! А почему бы им об этом не сказать?

Яга странно посмотрела на неё.

— Монетки нужны хотя бы для того, чтоб близким усопшего было легче.

Мелена возмутилась.

— А не будет ли им легче, если они сделают все то, что нужно, чтоб душа достигла Нави?

Яга усмехнулась, спросив:

— И что нужно сделать?

Мелена насупилась, понимая, что вопрос был с подвохом.

— Ну прочесть молитву, зажечь кроду, пока есть солнце или хотя бы сильный ветер.

Заметила, как Яга слабо улыбнулась.

— Даже это не то, что может обеспечить душе лёгкую дорогу до Нави.

— А что тогда?

— Провожать мёртвых — это дело Морены.

Мелена удивилась и тут же спросила:

— А как богиня может уследить за всеми, кто умер? Людей же так много.

— А та не одна. У Морены помощники есть.

Мелена молчала, ожидая продолжения. Яга глянула на руки подопечной, намекая, чтоб она не отвлекалась. Мелена тут же взяла очередной подосиновик.

— Чёрные вороны, что умерли насильственной смертью. Морена их благословляет на служение себе, обещая переродиться в следующей жизни человеком.

— А она так может?

Яга рассмеялась.

— Разумеется, нет.

Мелена возмутилась, но наставница опередила и сказала:

— Что, если не будет воронов? Души так и будут бродить по земле, превращаясь в нечисть. Этот обман во благо.

— А крода? Она разве не взывает к пращурам?

— Как кучка брёвен, облитых маслом и травами, может воззвать к ним?

— Ну…

— Никак. Для этого читают молитвы, взывающие к душам предков. Но те лишь немного помогают с дорогой до Вечного тумана…

Мелене было не обязательно так старательно собирать кроду, не обязательно было бережно омывать тело. И читать молитву. Но, отступив на пару шагов, начала единственную молитву, которую знала. Надеялась, что если душа Яги рядом, то это хоть немного ей поможет. Но проскользнула одна мысль.

Яга являлась сильной, ей помощь была не нужна. Мелена верила, что наставница сама с лёгкостью доберётся до Вечного тумана. И наконец-то получит заслуженный покой. И все же Мелена не могла отпустить наставницу молча. Она не отправляла Ягу к пращурам, а лишь желала лёгкого пути. И желала в следующей жизни вновь встретиться. Потом парой знакомых слов зажгла огонь.

Мелена глядела на полыхающую кроду и старалась спокойно стоять, словно эта смерть её саму не касалась. Пока она подготавливала древесину, мысли и домысли, пронизывающие разум, испарились подобно мелким лужам в жаркий день. Осталась пустота с тишиной. И лишь лес не был спокоен, ветер разгонялся и ударялся об верхушки елей и сосен, раскачивая их. Птицы взмывали вверх и черным облаком летали в сером небе.

Деревенские, увидав такое, начнут шушукаться, что это дурной знак. Представляя их обеспокоенные из-за обычных птиц лица, Мелена усмехнулась.

Казалось, что лишь Стрибог выказывал скорбь по лесной ведьме. Хотелось бы Мелене вместе с богом просто скорбеть по единственной близкой душе, но вместе с печалью пришёл и гнев.

Почему она ничего не сказала? Может Яга и знала, что умрёт, была даже готова к этому. Но Мелена уж точно не была готова. Она злилась на наставницу. Считала, что это её выбор — оставить подопечную. Яга самая могущественная ведьма, могла и ещё сотни лет прожить, только если бы захотела. Но она не захотела. Не нашла ради чего остаться? Мелена для неё ничего не значила?

Вдруг Мурлыка уткнулась в ноги, Мелена поглядела на неё. Кошка принесла синий мешок. Мелена усмехнулась, опустилась на землю и обняла единственное, что осталось от наставницы, ставшей за многие годы ей семьёй.

— Мы с тобой остались одни, Мурлыка. — Мелена не могла представить, как дальше жить.

Так бы они и сидели на холодной земле, наблюдая за огнём, провожаю Ягу. Как вдруг из ночного леса потянулась мгла, расстилаясь щупальцами по земле. И даже свет, отбрасываемый огнём, не рассеивал темень.

Мелена поднялась, не зная, чего следовало ожидать или что необходимо было сделать. Тёмный сгусток остановился в нескольких шагах, начав подниматься. Вместе с необъяснимой мглой поднималось и волнение внутри Мелены. Мурашки пробежались по коже. Тёмные щупальца и завитки все возвышались и возвышались, приобретая женский силуэт.