Альфа. Путь исцеления (СИ) - Чупахина Полина - Страница 30

«Потому что ты проросла в меня, как и обещала. И я никак не придумаю, что с этим делать, кроме самого очевидного — вернуть тебя Совету. Но тогда мне придётся истекать кровью».

Пожалуй, это тянуло на признание. Айлин тоже любила его, как умела, как понимала это чувство. Пусть и страшилась по началу крепнущей привязанности, из-за которой была готова на немыслимое для себя прежней. Например, рисковать жизнью в поисках решения проблемы, созданной много поколений назад и усугубившейся за девять месяцев до рождения будущего короля. Это было два месяца назад. А сегодня владыка Розенкройц испортил девушке настроение как раз перед встречей с наставником. Решив продемонстрировать, что помимо всех немыслимых недостатков, он ещё и к гиперопеке склонен. Необоснованной, к слову. В конце концов, единственное, что по-настоящему могло навредить Айлин, по её пристрастному мнению — это раскрытие их с Маленом отношений. Любимая женщина — прекрасный козырь в политических играх. Целительнице хватало мозгов это понимать, а вот Мален всё чаще проявлял беспечность, демонстрируя к ней особое внимание на публике.

Единственный надёжный источник знаний находился в заброшенном бункере исследовательской миссии. В диких землях. В то, что Мален позволит ей приблизиться к разлому, Айлин не верила и даже не рассчитывала на это. И хотя она оказалась достаточно дерзкой, соваться к разлому без надёжного прикрытия не собиралась. Отправляться туда в одиночестве тоже сродни самоубийству. Лин долго искала подходящую кандидатуру на роль своего подельника. Требовался опытный проводник, защитник. Кто-то, способный сохранить эти визиты в тайне. И Михаил, и Дейсон оказались преданы своему королю, потому с готовностью согласились сделать всё, чтобы помочь Малену сохранить рассудок. Тем более что от них требовалось по очереди сопровождать её в дикие земли до Змеиного озера, и ждать там двое суток. Один шёл телохранителем, второй прикрывал перед подозрительным владыкой, притворяясь причиной длительного отсутствия Лин. Они знали, что не делают ничего плохого: Айлин честно рассказала, что именно в диких землях есть шанс найти ответ на вопрос — как избавить мир от призрачных тварей.

— Но мне катастрофически не хватает опыта, господин Мерхольд! Может, задержитесь ещё на полгодика? Чтобы отдыхая на пенсии, не переживать за здоровье правителя! — попробовала зайти с другой стороны неблагодарная ученица, всеми силами оттягивая крушение собственных проектов, в существование которых пока не посвятила даже Малена. Айлин не привлекала владыку к исследованиям разлома и тварей, его населяющих. А сегодня разразился скандал, но девушка не раскаивалась в своём поступке. Появившись в убежище шесть недель назад, Айлин смогла узнать столько нового, словно одинокая машина — или кем она там была в действительности — и правда не хотела говорить в присутствии потомка подопытных доктора Киреевой. Лин готова была рискнуть многим, чтобы помочь тому, кого любила.

— Опыт придёт со временем, главное в вас я вижу уже сейчас: вы отважны, но не самонадеянны, думаете о пациенте, оцениваете риски. То, что требуется от хорошего лекаря.

«Я должна заглянуть в ту бездну, что смотрит через Малена», — грустно подумала девушка.

— Что же, благодарю вас за доверие, наставник. Постараюсь не разочаровать, — ей нечего было добавить к сказанному.

— Кажется, это невозможно, моя дорогая! С тех пор как вы появились, владыка стал сдержаннее. Я вижу в этом добрый знак. Но не думайте, что так будет всегда. Наш король вспыльчив, особенно если кто-то игнорирует его приказы. Недавно он поинтересовался вами, наверно, хотел побеседовать. Но когда узнал, что вы в последнее время часто бываете за пределами города, несколько вышел из себя. — Пряце ещё смягчил реакцию Малена. Лично он после общения с правителем выпил не меньше дюжины доз успокоительной настойки. Лекарь считал, что Айлин стоило бы поумерить безрассудство, если не хочет столкнуться с гневом кого-то вроде владыки Розенкроца.

— Я не покидаю пределов города в одиночестве. Всегда в сопровождении. Но вы, наставник, говорите мне, что готовы бросить весь груз ответственности за лекарское дело на мои плечи. Полгода — это очень маленький срок, я не справлюсь без помощи.

— Не переживайте, пока ещё я остаюсь наставником и куратором, но, мне кажется, скоро вы справитесь с любой работой и без моих советов. Молодость и знания, объединённые со стремлением лечить, в вашем случае дают превосходный результат.

«Мне нужно ещё пару месяцев под наставничеством, пока я смогу получить экспериментальный образец сыворотки, а ещё потребуется заражённый для тестов», — подумала девушка.

Пока Пряце Мерхольд плавно переходил от похвал в адрес Лин к лекции по трансплантологии, Мален пытался не задушить Михаила. И нет, это не было объятие радости или дружбы. Нет, просто сильные пальцы, крепко сжавшиеся на горле стража.

— Владыка… она… не … сбегает… — прохрипел Элькеради, пытаясь, эти самые пальцы разжать. Умереть прямо сейчас Михаил хотел меньше всего.

— Я разве спросил тебя, пыталась ли Айлин сбежать? Я задал вопрос: как ты позволил лекарю отправиться в дикие земли в одиночестве? Она же не понимает принципа выживания на этих территориях, — пальцы сжались, от нехватки воздуха в глазах Михаила начало стремительно темнеть. — Ты должен присматривать, помогать, а не подвергать мою женщину риску! Где она была? Догадался хоть проследить? — хватка чуть ослабла. Ровно настолько, чтобы Михаил мог сделать вдох.

— Разумеется, владыка! Госпожа Динари посещала в пещеру. Находилась там практически сутки, затем вернулась ко мне. Присутствия посторонних я не обнаружил. Может быть, она предпочитает в этой пещере от пациентов отдыхать?

«Роза! Она общается с Розой в убежище! Какую информацию она там ищет? Что пытается узнать, тайком? Без Айлин не получить доступ в убежище, но эта девчонка решила справиться сама. Что она задумала?» — Мален отступил от сползающего к его ногам Михаила, который кашлял и пытался продышаться.

— Запомни сам и передай этому щенку, Дейсону, чтобы в следующий раз, когда Айлин задумает вылазку, вы в первую очередь сообщили мне! Если хотите жить, конечно. Я ценю, что ты был со мной все эти годы, Михаил, но, не раздумывая, сделаю из тебя пример остальным, если окажется, что Айлин пострадала или предала меня.

Он не хотел ни того ни другого, но не мог с уверенностью сказать, что этого не произойдёт. Разочароваться в маленькой целительнице окажется ничуть не приятнее, чем предавать её тело огню. И в том и другом случае его сердце будет болеть, а тьма ликовать и крепнуть от боли. Пока однажды не поглотит его полностью.

«Я не допущу этого, не позволю!» — твёрдо решил правитель. Ему придётся потребовать от Айлин всю правду.

— Я понял, владыка, — прохрипел Михаил, поднимаясь на ноги. Из кабинета он вышел, слегка покачиваясь. Ему повезло пережить гнев Розенкройца.

Оставшись в одиночестве, Мален со стоном опустился в кресло. В груди жгло, агрессия, проявленная даже не в полсилы, причиняла ему болезненное удовольствие. Старый друг рисковал никогда больше не увидеть рассвет, но Мален сдержался. За что теперь расплачивался слезящимися глазами — картинка расплывалась, он плохо видел очертания предметов. И дрожью в руках, которые ломило. Трансформация помогала, но прибегая к ней часто, мужчина рисковал рассудком. Айлин имела от него тайны, эта информация пульсом стучала в ушах. Захотелось немедленно сорваться с места, найти целительницу. Схватить за горло, заставить говорить.

«Нельзя, Мален. Соберись, дыши, как показывал Пряце», — уговаривал себя король, царапая окровавленными когтями подлокотники. Второй раз за день. Дурная тенденция.

В дверь постучали — словно в мозг вонзили гвоздь.

— Что надо? — на любезности сил не хватало. Выдержка подводила.

— Владыка, я только что встретил господина Элькеради. Состояние стражника после беседы с вами натолкнуло меня на определённые мысли. М-да, жаль, я не ошибся. Вот, выпейте. Этот препарат поможет на некоторое время.