Астелия (СИ) - Руд Евгений - Страница 97

— Ох, нет, — выдохнула Белла. — Фурии, бедняга Уорнер.

— Так вот, дальше. Нынче вечером Фреди работал в поле.

Фреди кивнул.

— Ну, у того большого камня. Я не выкорчевал его до грозы, и мне не спалось, вот я и вернулся туда, госпожа Белла. И тут эти двое с неба свалились.

— С неба? Воздушные рыцари?

— Ага, мэм, они самые. Один был весь в черном, а другой в цветах Ривы и весь израненный. Вот я и двинул того черного по голове лопатой. — Голос его звучал неуверенно, словно он не знал точно, правильно ли он поступил. — Ведь так надо было, да?

— Ну конечно, парень, — фыркнул Рот. — Это был гонец из гарнизона в Риву, посланный за подкреплением. Он сказал, что орда маратов наступает на долину. И кто-то очень хотел убить его. Он был пронзен стрелой, но для верности один из рыцарей пустился за ним в погоню. Ну, Фреди продырявил ему тыкву маленько, теперь тот проваляется без сознания еще некоторое время, а то бы мы спросили у него, кто его послал.

Фреди низко опустил голову.

Телеги остановились, и мгновение спустя Отто и Уорнер подбежали к ним и обняли Беллу — Отто с неподдельным облегчением, Уорнер сдержанно, словно уйдя в себя.

— Значит, вы направляетесь в гарнизон? — спросила Белла.

Уорнер кивнул.

— Мы послали гонцов в Риву — лесами, где их трудно заметить с воздуха. Но такой путь займет у них больше времени, чем по воздуху или по дороге, вот мы и спешим сами заполнить брешь.

Белла покосилась на полные народа повозки.

— Великие астелы, Уорнер. Да вы половину своих гольдеров везете.

— Больше, — потирая руки, отозвался Отто. — Всех, кто способен держать оружие или силен в заклинаниях.

— Но эти люди не солдаты, — возразила Белла.

— Нет, — кивнул Уорнер. — Но все эти люди прошли службу в легионах. Пойми, Белла, если гарнизон падет, ничто уже не помешает орде проделать то же, что они проделали уже с Ольдогольдом, с любым из стедгольдов отсюда и до самой Ривы. Уж лучше мы предложим помощь, а она не понадобится, чем наоборот.

— А дети?

— Старики увели их в глубь долины. В Бродяжью Пещеру и в другие такие места. Там безопаснее, чем в стедгольдах, — по крайней мере, на время, пока все не утихнет.

Белла набралась духу.

— А что с Джеффом? С моим братом? Кто-нибудь их видел?

Ответом было неловкое молчание. В конце концов, Фреди почесал в затылке и решился.

— Мне очень жаль, госпожа. Никто не видел и не слышал ничего о тех, кто ушел тогда в грозу. Мы решили, что вы все погибли или…

— Ладно, Фреди, довольно, — резко перебил его Рот. — Не видишь — женщина измождена. Белла, забирайся-ка ты с этой девицей в переднюю телегу. Отто, слышь, найди им чего согревающего внутрь и укутаться, да поедем дальше.

— Тоже верно, — согласился Отто и взял Беллу за руку. Другую руку он протянул было Каре, но та отшатнулась от него, негромко взвизгнув.

— Я сама, — сказала Белла и, пригнувшись к Каре, коснулась ее подбородка. Целый вихрь эмоций едва не захлестнул ее при этом прикосновении, и Белле пришлось сделать усилие, чтобы отогнать их. Она подняла лицо Кары так, чтобы та смотрела ей в глаза.

— Лезь в телегу, — бесшумно шевеля губами, произнесла она.

Кара посмотрела на нее пустым взглядом, но встала, когда Белла потянула ее за руку, и довольно охотно забралась в фургон, забившись там в угол и настороженно шаря взглядом из-под спутанных волос по остальным гольдерам. Белла забралась следом за ней, а секунду спустя тяжелые колеса снова загрохотали по брусчатке.

Кто-то передал ей теплое одеяло, в которое она завернулась вместе с Карой, а через минуту ей в руку сунули флягу с чем-то горячим. Она пригубила питье — вино с пряностями обожгло ей желудок, но согрело ее члены и немного сняло усталость. Она передала флягу Каре, которая некоторое время просто держала ее в руках, словно набираясь храбрости сделать глоток, а хлебнув, почти мгновенно свернулась под одеялом калачиком и провалилась в сон.

— Вид у тебя изможденный, — сочувственно заметил сидевший спереди Отто. — Постарайся отдохнуть немного. До гарнизона уже недалеко, но ты все же попробуй.

Белла передала ему флягу и мотнула головой.

— Я не устала, Отто, честно. Просто слишком много всего в голове.

И все же она привалилась к борту фургона… и не просыпалась до тех пор, пока возница не окликнул Отто:

— Гольдер! Гляньте-ка!

Белла тряхнула головой, просыпаясь, и выпрямилась, чтобы заглянуть вперед. Утро холодило ей лицо и шею, а на земле поблескивала в рассветных лучах ледяная корка.

Над гарнизоном погребальным саваном висел дым.

Сердце у Беллы тревожно защемило. Неужели они опоздали? Неужели на крепость уже напали? Она перебралась на скамью рядом с возницей — одним из гольдеров Отто, который как раз начал придерживать лошадей, тормозя фургон после ускоренной астелами гонки. Лошади фыркали, оставляя в холодном утреннем воздухе клубы пара.

Они подъехали к западным воротам гарнизона, и Белла увидела на стене у них одного-единственного часового. Голова его была перевязана, причем, судя по пятнам свежей крови на закрывавшей лоб и левый глаз повязке, совсем недавно. Щека его потемнела от ссадины, полученной сутки, если не больше, назад. Часовой, совсем еще молодой легионер, перегнулся через парапет, глядя на неожиданных гостей.

Уорнер махнул ему рукой.

— Эй, там, на стене! Впустите нас!

— Сэр, — в замешательстве отвечал юнец. — Сэр, вам сюда нельзя. Мараты, сэр, мараты напали. Зря вы сюда гольдеров своих понавезли.

— Сам знаю, что мараты, — рявкнул Уорнер. — Мы к вам на подмогу, так что пусти по-хорошему.

Молодой легионер нерешительно топтался на месте, но тут рядом с ним на стене появился мужчина в помятом центурионском шлеме.

— Стедгольдер Уорнер?

— Джерами, — с облегчением вздохнул Уорнер и кивнул центуриону. — Мы слышали, у вас тут гости, вот и надумали заявиться без приглашения — помочь их развлекать.

С минуту Джерами смотрел на них, потом кивнул.

— Знаешь, Уорнер, — сказал он. — Тебе бы лучше развернуться и двинуть в Риву, пока дорога еще открыта.

При этих словах все гольдеры внизу притихли. Белла поднялась со скамейки фургона.

— Доброе утро, центурион. Вы не видели моего брата?

Джиреми прищурился, вглядываясь, потом глаза его расширились.

— Белла? Благодарение астелам! А брат твой здесь. У восточных ворот. Белла, граф тяжело ранен, а Лилия уехала в Риву к дочери. Харгер и легионерские целители делают что могут, но говорят, что без помощи кого-нибудь более опытного ему не выжить.

Белла кивнула, осторожно прощупывая при этом чувства Джирами. Злость, усталость, а более всего отчаяние обволакивали его словно глиняной коркой, и Белла невольно поежилась.

— Я так понимаю, мараты уже напали?

— Пока только авангард, — буркнул Джирами. — Орда подойдет примерно через час.

— Тогда мы зря теряем время на болтовню, Джерами. Отворяй ворота.

— Я не уверен, что граф…

— Граф сейчас ничего не скажет, — заявила Белла. — И если мараты захватят гарнизон, они смогут уничтожить все, что у нас есть. Мы тоже имеем право защищать свои дома и семьи, Джерами, и все, кто сюда приехал, — ветераны легионов. Отпирай.

Джерами насупился, но кивнул молодому легионеру.

— Астелы свидетели, нам нужна помощь. Давай.

Гольдеры быстро, но организованно втянулись в ворота, и Белла обратила внимание на то, что всеми повозками правят закаленные ветераны легионов. Они и держались так, словно до сих пор оставались на военной службе: расставив телеги и фургоны аккуратными рядами на западном дворе, они занялись уходом за лошадьми. Все военные лагеря легионов устроены одинаково, и это дает возможность и ветеранам, и вновь прибывшим частям без труда ориентироваться на новом месте. Пока одни распрягали лошадей, поили их и вели под навесы, другие строили своих людей перед оружейными складами, где Джерами и молодые легионеры начали выдавать им щиты, мечи, копья, кирасы и шлемы.