"№Фантастика 2024-162". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Варава Алевтина Ивановна - Страница 922

3

Флаер шел над краем леса. Эта часть планеты терраформировалась одной из первых, лес успел вырасти. Стройные сосны и коренастые дубы возвышались над реденькой полоской кустарника. Лес наступал на степь. Небольшие отряды молодых разлапистых сосенок вырывались вперед, на продуваемый ветрами простор. Пройдет лет сто, и они вытянутся вверх к солнцу, встанут непреодолимой стеной и развеют свои семена над полем, чтобы те в свою очередь проросли молодой зеленой порослью.

Машина летела вдоль поросшей лесом гряды холмов. Всеслав внимательно вглядывался в проносящийся за окном пейзаж, вот на вершине одного отдельно стоящего холма блеснуло сверкающее на солнце здание. Все, нашел! Всеслав специально не пользовался автопилотом и заложенной в коммуникатор картой, интересно было вспомнить навыки ориентирования на местности. В свете грядущей командировки это может оказаться полезным.

Совещание в Детинце закончилось быстро. Короткие доклады, обмен информацией, корректировка планов. После планерки Всеслав уклонился от предложения отца пообедать вместе и быстро покинул резиденцию. Лететь в город не хотелось, на работе опять ожидают шумиха и вечная спешка. Подняв в воздух свой скоростной комфортабельный флаер, Всеслав подчинился сиюминутному порыву и направил машину к располагавшемуся недалеко от Детинца Храму. Захотелось перед дальней дорогой зайти, поговорить с одним старым знакомым. Может, даже что хорошего подскажут. Всеслав не был религиозным человеком, но иногда, подчиняясь импульсу, заглядывал в храмы или святые места. Есть в этом что-то, не зря люди тысячелетиями Богов славили.

Всеслав опустил флаер на стоянку, расположившуюся у подножия холма, выключил двигатель и открыл дверцу машины. В нос тут же ударил запах хвои, смешанный с ароматом полевых цветов и прелых листьев. Ничем не передаваемый, несмотря на все ухищрения парфюмеров, аромат соснового бора.

Стоянка была пустынна, ни одной машины. Обрадованный этим фактом, Всеслав выпрыгнул из флаера и зашагал прямиком к лесу. Словно ниоткуда, вынырнула выложенная диким камнем дорожка. Деревья скрыли оставшуюся за спиной площадку и флаер. Больше ничего не напоминало о цивилизованном мире. Яркое летнее солнце проглядывало сквозь кроны дубов и сосен, росших на склонах холма, изредка к одинокому путнику склоняли свои ветви березы.

Незаметно исчезло внутреннее напряжение, пропало ощущение беспокойства, с каждым вдохом прибывало, росло ощущение свободы, силы, Всеслава буквально распирало чувство радости, гармонии с окружающим миром, родной планетой. Священный лес впитывал в себя глодавшие душу страхи, опасения, неуверенность и щедро одаривал прохожего человека своей чистой энергией, успокаивал, вселял уверенность в своих силах и ощущение неуязвимости. Может, поэтому предки старались ставить храмы в лесах и на вершинах гор. Потомки восприняли этот древний обычай, все русские храмы в княжестве были окружены рощами. Пусть пока молодыми, на планете не было дерева старше трехсот лет, но со временем будут и тысячелетние дубы, и мамонтовые секвойи, надо только прожить это тысячелетие. Ну а если не мы, так внуки точно увидят.

Тропинка, петляя между древесных стволов, вела в гору, невдалеке журчал ручей. Всеслав вспомнил, что родник на вершине холма забил почти двести лет назад, после того как в холм ударила молния. Волхвы посчитали это знаком небес и построили на холме Храм. После долгого подъема лес неожиданно расступился, и перед Всеславом возникла узорчатая деревянная арка. У опорных столбов арки росли два дуба. Со временем их кроны сомкнутся и образуют естественные живые ворота. Волхвы, служители Храмов, не признавали закрытых ворот и дверей, справедливо полагая, что вход в Храм должен быть открыт в любое время. Поэтому и дверей никогда не было.

Смело шагнув под арку, Всеслав очутился на широкой открытой площадке. Священные дубы ровным кольцом обступали вершину холма. Между ними зеленели заросли кустарника, живые стены. В конце поляны, прямо напротив входной арки, в небо устремлялся прозрачный купол Храма. И стены, и купол, и даже шпиль здания были выполнены из специального хрустального стекла, по прочности не уступавшего металлу. Внимательный взгляд мог заметить тонкие, почти невидимые титановые колонны и фермы, удерживающие конструкцию. Но на человека, впервые попавшего в это место, хрустальный Храм производил неизгладимое впечатление. Словно сверкающий на солнце огромный прозрачный кристалл, оброненный божеством на землю.

По обе стороны от входа возвышались каменные статуи богов. Всеслав вспомнил, что розовый мрамор привезли с Земли, на Голуни не было горных пород биогенного происхождения. У самого входа стояли Перун и Лада. Грозный взгляд громовержца был направлен прямо на приближавшегося к Храму человека. На плече Перуна восседал сокол, в деснице у бога был боевой топор. Изваяние излучало силу и буквально светилось энергией, невольно заставляло задуматься о величии Неба и Вселенной. В свое время оформлением этого Храма занимался сам великий Михайленко. Знаменитый скульптор до конца жизни считал этих идолов самыми лучшими своими работами.

Статуя Лады в противоположность грозному образу Перуна, наоборот, дышала любовью и нежностью. Скульптор вложил в свой труд всю душу, изобразив идеал Женщины, подруги и матери. Правая рука Лады открытым приглашающим жестом была простерта вперед. А левую богиня держала на слегка выступающем животе. Было заметно, богиня беременна. Так и должно было быть – Богиня жизни, Великая Мать, кому как не ей дарить жизнь?

Рядом с Перуном и Ладой выстроились Стрибог, Велес, Мокошь, огненосный Смаргл, Ярило. Взгляд Всеслава приковала к себе крылатая дева Магура. Воинственная дочь Перуна стояла, распростерши могучие крылья, готовая взлететь, воспарить над миром. Золотистые волосы богини выбивались из-под железного шлема, стройную девичью фигуру облегала кольчуга, на поясе висел меч. В руках Магура держала чашу в виде черепа. Сила таланта художника была такой, что казалось, через секунду скульптура оживет и шагнет навстречу человеку. Или это Богиня сама иногда оживляет свое изваяние? Всеслав склонил голову перед Магурой и, резко выпрямившись, зашагал к куполу Храма.

Внутри здания прямо перед вошедшим возвышался Сварог. Седовласый бог стоял, опираясь на увитый тонким растительным узором железный посох. Кузнец, Сеятель, Творец, Строитель был одет в простую длиннополую рубаху, на поясе висел тяжелый прямой меч, глаза бога светились крупными небесной синевы сапфирами.

Всеслав замер перед статуей божества. В голове исчезли все мелкие никчемные мысли, освободившийся рассудок заполнило ощущение безмятежного вселенского спокойствия. Сама атмосфера Храма смывала с души все мелкие грязные проблемки, освобождала от бытовых оков и дрязг, наполняла сердце человека светом и чистой мудрой силой. За хрустальными стенами святилища била жизнь, колыхались ветви священных деревьев, в небе светило солнце, одно из многих солнц, даривших свет Руссколани. Но здесь, перед ликом Сварога, время остановилось, свернулось в кокон, отступило, подчиняясь воле Творца. Здесь были только Бог и человек, и ничто не могло помешать их разговору.

К замершему в безмолвной молитве Всеславу неслышно подошел высокий крепкий старик. Сибирцев вздрогнул от легкого прикосновения к плечу и резко повернулся к человеку.

– Давно тебя не было видно, Всеслав, – с легкой улыбкой произнес волхв. Крепкий, жилистый, полный энергии человек, его длинные седые волосы скреплял на лбу простой кожаный ремешок, усы и окладистая борода окаймляли волевое лицо. Длинная белая косоворотка, украшенная вышивкой, была стянута широким кожаным поясом с кованой железной пряжкой. Чем-то он напоминал ожившую скульптуру своего небесного покровителя Сварога, только меч волхв никогда не носил. Он вообще старался не брать в руки оружие.

– Приветствую, Велимир, – Всеслав вежливо кивнул священнослужителю.

– С чем пожаловал?

– Не знаю, что-то в душе кольнуло, – развел руками Сибирцев, – потянуло сюда, я и пришел.