"№Фантастика 2024-162". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Варава Алевтина Ивановна - Страница 1296

Характеристики меня удивили, но особенно поразил показатель телосложения: в два раза больше, чем у меня! Разумеется, рост и ширина плеч должны приподнять рыцаря над обычными человеческими показателями, но ведь не в девять раз!

При создании этого парня явно использовали магию и эликсиры: сомневаюсь, что он такой сильный, ловкий и крепкий от природы. Хотя, Грай как-то упоминал про секты мечников: может, крепыш оттуда?

Рыцарь сжимал латными перчатками рукоять здоровенного меча, упирая острие оружия в собственный ботинок, дабы не повредить дорогой паркет. Я огляделся, насколько смог, но щита поблизости не нашел. Очень зря бронированный мастер не взял с собой защиту, понадеявшись на крепость артефакторных лат: воздушный удар, выпущенный в точку, куда я упираюсь носом, разнесет камень души, напоказ выставленный по центру нагрудника, и угробит всю защиту. Апелиус за такую ошибку пару дней подряд нудил бы, и правильно делал.

— Разумеется я не против, уважаемый. Не сочтите за дерзость, но сперва я хочу поговорить с хозяином лавки и забрать у него заказ, а потом уже уделить время вам.

Сыщики уставились на меня глазами голодных котов, но запрещать мне ничего не стали. Хотя с АРГУМЕНТОМ в виде рыцаря могли бы попытаться.

— Вы вольны делать, что угодно, господин адепт, — кивнул старый сыщик. — Мы просто просим вас уделить нам время, в вашем праве отказаться.

Ну-ну. Можно подумать, что рыцаря вы с собой в качестве сувенира водите.

— В таком случае, разрешите мне пройти, — попросил я гору артефактного железа. Рыцарь отодвинулся, царапая железными ботинками дорогущий паркет. Я усмехнулся — такое отношение к лавке мне по нраву.

Тулуп разместился на вешалке. Я подошел к прилавку и улыбнулся старикану.

— Ну, что с моим заказом?

Если старикан хотел увидеть на моем лице страх, или и вовсе натравить на меня государеву троицу, и увидеть, как я убегаю, то он здорово ошибся. Не исключено, что все это будет, но сейчас я улыбаюсь открыто и добродушно.

— Пожалуйста, — буркнул старикан, и достал из-под прилавка плотно набитую сумку. — Проверять будешь?

Разумеется, я проверил. На удивление, товар был в полном порядке и объеме: ингредиентов хватит на две портальные печати, которые потребуют ресурсов лишь при постройке ритуальной фигуры, а после я смогу хоть по десятку раз в день ходить туда-обратно. Знай, напитывай накопители для перемещения.

— Благодарю, — улыбнулся я. — В следующий раз буду доплачивать за срочность, но предоплаты не внесу, сами понимаете.

— Ничего, — растянул губы продавец в такой же неживой улыбке. — Был рад вам угодить.

Пока мы обменивались любезностями, рыцарь сместился к двери, заслонив ее собой: железная глыба неуклюже сделала вид, что изучает полку с хладолюбивыми зельями. Но мне не очень-то и хотелось на выход. А захочется, дверь вместе с рыцарем вынесу.

Надо было посох брать. Знал бы о сидящей здесь компании, точно взял.

Я бухнулся на диван напротив сыщиков. На их месте я занял бы как раз этот диван — с него отлично просматривалось все помещение, от входной двери с металлическим вышибалой, до прилавка с несносным стариком.

— В каком направлении вы обучались? — благожелательно спросил молодой сыщик и мельком взглянул на старого. Стажер?

Я раздумывал не больше пары мгновений. Сообщать правду не вариант — ребята явно ищут друида, который устроил на фабрике теплицу. С другой стороны, не заставят же они меня демонстрировать навыки, назови я не свою специальность?

— Химеролог, — пожал я плечами и сразу добавил, — а ещё артефактор и неплохой воздушник.

Сыщики переглянулись, причем старый ещё и дернул левой ладонью. Ох уж эти тайные знаки, по своему наличию ни разу не тайные для наблюдательного человека.

— А разве адепты — химерологи не ходят со своими питомцами? — вцепился в сказанное молодой.

— Ходят, — кивнул я. — И без питомцев ходят. Слухи, что мы без своих химер жить не можем, довольно стереотипны.

— Хорошо, — кивнул сыщик. — А в какой школе вы обучались? У какого мага-наставника?

— Да уже и не вспомнить, — махнул я ладонью, прощаясь со столицей и мыслями о спокойном отходе из города. — За прожитые месяцы столько всего в памяти намешалось: места, люди, лица… Даже все химерологическое уже позабыл. Зато все, связанное с артефактами, помню отлично. Например, если этому парню позади меня зарядить мощным заклинанием в центр нагрудника, в этот неказистый камушек, доспех станет самым обычным.

— А не друид ли ты часом? — спросил молодой сыщик, не разобравшись в ситуации. Старый уже все понял, и медленно поднимал ладони на уровень груди.

— Да какой друид? — натужно рассмеялся я, ловя удовольствие от наблюдения за нарастающим ужасом в глазах битого жизнью сыщика. — Говорю же, химеролог я. Препарирование зверушек, пересаживание рогов зайцам, ампутация муравьиных пупков — вот моя область.

— Вам придется пройти с нами, — с затаенным торжеством сказал молодой сыщик, и только потом перевел взгляд на старого, в поисках одобрения, и заметил поднятые ладони. — Сураж, ты чего?

— Не хочу я с вами идти. Прошу прощения, господа сыщики, но как говаривал староста моей родной деревеньки, хрен там плавал.

Во взгляде молодого сыщика отдавленная гордость боролась с благоразумием. И благоразумие побеждало.

Однако, нас в лавке было не трое. Если рыцарь колебался у двери, не зная, как ему действовать без приказов, то хозяин лавки не обладал ни благоразумием, ни разумом вообще. Оказалось, пока мы мило общались, шаловливые ручки адепта под прилавком возились с артефактом.

Когда прилавок взорвался щепками, время вокруг будто замедлилось: я ускорился до максимума и прыгнул в сторону сквозь тягучий воздух. Даже мысли в голове замедлились и утратили эмоциональный окрас. Будто сторонний наблюдатель, я смотрел, как по проявившемуся на долю секунды щиту скользнул каменный шип — единственное, что могло пробить прилавок и дойти до цели. Молодец старик. Правда, глупый, раз пытался пробить меня шипом: какой адепт вне школы ходит без защиты? Или лавочник хотел задержать меня до прихода рыцаря?

Рыцарь уже шагает в моем направлении, но гораздо медленнее, чем двигаюсь я.

В сторону старика летят два воздушных удара: не пробьют защиту, так истощат и прицел собьют. И верно: старикана швыряет на стену вместе с артефактом, который тот снова наводил на меня.

Следующим ходом я навесил скобы на сыщиков. Так они и под ногами мешаться не будут, и выжить смогут в замесе, если не попадут под отрикошетившее заклинание.

А потом я послал в рыцаря воздушный удар, до краев напитанный бао. И мысленно чертыхнулся: за метр до артефактных доспехов заклинание дестабилизировалось и втянулось внутрь лат. Хреново, зато теперь я знаю, каким свойством обладает доспех: возможностью впитывать бао! С таким я не сталкивался: маги подобного не делали хотя бы потому, что каждый рассчитывает в первую очередь на свои бао и заклинания, а антимагический доспех лишит возможности швыряться убийственными заклятиями и пользователя. А вот экипировать такой мерзкой штукой рыцаря, который вообще магией не обладает, очень умный ход. Вряд ли такая экипировка нормально сыграет против мага: у тех плотность бао невероятная, но против адептов слабее меня может и сработать.

Я выплеснул крохотную часть бао, поднимая вокруг старикана пыль, чтобы не думал прицеливаться, и помчался к рыцарю. Старик тоже оказался воздушником, и попытался перехватить контроль над пылью, но не зря же у меня на шее висит наполненный воздушной бао камень души: трепыхания старика были смехотворны.

Я выдернул из рук громилы меч — если движешься почти в три раза быстрее, проблем с таким не будет, и всадил кончик лезвия в камень души. Рыцарь зашатался, махнул рукой, пытаясь меня достать, и проревел:

— Зря ты напал на служителей закона! Я объясню твою ошибку на понятном тебе языке, языке боли!

Я вздохнул и едва подавил желание прикрыть лицо ладонью. Вместо этого я запустил воздушный удар, но магия втянулась в доспех: торчащий на виду камень души оказался обманкой. Пришлось действовать варварским способом: я замахал мечом, как тростинкой, уродуя доспехи, корежа металл. Один раз я отвлекся, чтобы с двух рук выдать в старикана-лавочника шкворчащую, под завязку напитанную молнию.