Адвокат киллера - Софи Баунт - Страница 12

В суде есть места, где я люблю прятаться. Например, архив. Их несколько. Но душевным убежищем я выбрала тот, что в подвале. Это место стало особенным. Здесь можно исчезнуть, слиться, провалиться в пространстве и мыслях, опираясь затылком о холодный стеллаж и слушая шелест старых дел.

Час назад произошло нечто странное. Один судья вызвал меня к себе и предложил стать его неофициальным помощником. Не бесплатно, а за символическую зарплату – для начала. Через месяц пообещал платить больше. Чем больше опыта, тем выше сумма.

Я никогда не помогала этому мужчине и не понимаю, с чего он позвал к себе именно меня. Хотя я должна быть счастлива. Теперь у меня есть работа. Оплачиваемая! Но почему внутри скребутся ржавые гвозди?

Их режущий скрежет не проходит с окончания лекции Лео, следует за мной как верный пес. А ведь я очень хочу забыть адвоката! Не нужно было идти с четвертым курсом на пару. Не нужно вспоминать! Как Лео мог заявиться, зная, что я там учусь? Ненавижу.

Сдув пыль с папки, я бьюсь головой об обложку. Надо бы проветрить мозги. Затхлый запах подвала уже вызывает тошноту.

Я поправляю толстовку и отправляюсь к выходу во двор. Свежий ноябрьский воздух гладит щеки и заливается внутрь чем-то жизненно необходимым – как глоток воды из деревенского колодца.

– Эмилия Лисовская?

Я оборачиваюсь, услышав чей-то голос, и вижу мужчину. Знакомое лицо. Где-то его видела. Шляпа и длинное коричневое пальто. Янтарные глаза рептилии – умные и проницательные.

– Мы знакомы?

– Не думаю, я Виктор Шестирко, хочу поговорить с вами об одном человеке.

– О ком это? – хлюпаю по грязи. Три шага назад.

– О Леониде Чацком, – Виктор окидывает меня взглядом. Всю. От макушки с растрепавшимися русыми прядями до носов ботинок. – Вашем друге.

Сердце кувыркается.

– Мы не друзья, – резко осекаю я. – Кто вы?

– Извините. Забыл представиться. Я… – Шестирко делает внушительную паузу, не отводя искрящихся янтарных радужек. – Оперуполномоченный. Мы ведем дело местного убийцы, две недели назад вы присутствовали на заседании.

– Вы из комитета?

– Нет.

Я прикусываю губу, понимая, что человек передо мной, вероятнее всего, из ФСБ.

– Того человека… киллера, маньяка или кто он там… его ведь отпустили.

– Именно. И настоящий убийца по-прежнему на свободе. Впрочем, мы и сами это знали. – Виктор наклоняется ко мне и шепчет: – А вы?

– Что? Вы знали, что тот человек невиновен? – ужасаюсь я.

– Могу я говорить откровенно, Эмилия? На заседании меня интересовал далеко не подсудимый. Думаю, вы догадываетесь, кто на самом деле был объектом интереса.

Я хмурюсь и скрещиваю руки.

– С каких пор быть адвокатом – это преступление?

О господи! Я стала говорить как Лео.

– Прикрывать убийцу – вот это преступление. Вы ведь понимаете? Понимаете, что ваш друг знает имя настоящего убийцы?

Сглатываю. Не настолько уж Шакал плох. Он бы не скрывал кровавого психопата, еще и от таких ведомств. Ладно… мелкие преступники. Но этого…

– Почему вы спрашиваете… у меня?

– Вы единственная девушка, которая, не будучи клиентом, проводила с Леонидом свободное время.

– Вы следили за мной?!

– Мы следили за Чацким. И видели вас… у общежития.

Меня кидает в жар. Они видели, как Лео меня целовал? Едва сохраняю равновесие от смущения и внезапно возникшей мысли. Я? Единственная девушка, с которой он гулял? Смешно. Уверена, Лео есть с кем ходить на свидания, хотя, возможно, он просто везет всех домой. Делает дело и… Я поджимаю губы.

Тошно.

– Все хорошо? – интересуется Виктор, почти не моргая вот уже минуту. – Не стоит переживать, дорогая. Я лишь хочу попросить вас о помощи. Верю, что вы очень ответственная девушка.

– И что вы хотите?

– Информацию. Вы поможете мне, а я помогу вам с трудоустройством. Нам нужны такие умные кадры. Думаю, вы справитесь.

– Какую именно информацию?

– У нас есть подозрения, что убийца – это кто-то из близких родственников или друзей Чацкого.

Я кашляю, подавившись холодным воздухом. Чувствую, что горю.

– Надеюсь, вы не меня имеете в виду?

– Убийце не меньше тридцати лет, Эмилия. Вряд ли вы начали сносить людям головы в девять.

Он открывает чемодан и достает десяток фотографий. Протягивает мне.

На первом фото труп мужчины на столе. С простреленной головой. Перекладываю фото. Следующее – муж и жена, все в цементе… Видимо, та пара, о которой рассказывали двойняшки. Следующее фото я роняю. Его подхватывает Виктор.

– Что это?!

– То, что осталось от человека, убитого десять лет назад.

На фотографии не человек, а алый конструктор. Непонятно, где какие части тела. Мужчину будто через терку пропустили! Если это вообще мужчина.

– Что вы от меня хотите?! – ужасаюсь я.

– Этот человек – беспринципное чудовище. И самое страшное – никто не может его найти. Но ваш Леонид… Я уверен, он знает многое… Только есть проблема. Его допрашивали. И не один раз. Вы даже не представляете, что с ним делали, но выбить, представьте себе, ничего не смогли. Одно я вам скажу: Леонид сам себе могилу роет. И полетит за решетку следом. Однако…

– Если я добуду имя, вы ничего ему не сделаете, так? Это вы имеете в виду? – Я потираю лоб. – Слушайте, у нас с Лео была случайная встреча, не более. Я не могу вам помочь.

– Случайная ночь в его квартире?

Чувствую, как горят уши. Это уже слишком! Разворачиваюсь, чтобы уйти, но пальцы Виктора обхватывают мое плечо.

– Лео не пострадает только в том случае, если вы нам поможете.

– Чем?! Он не делает ничего подозрительного! И уж точно не станет рассказывать мне секреты убийцы! Я ему никто.

Виктор упрямо продолжает, будто не слышит меня или не верит:

– Возможно, вы сумеете подслушать какой-то разговор, что-то найти, увидеть. Отыскать зацепку. Я в долгу не останусь. Обещаю, – он протягивает ладонь для рукопожатия. – Если вы мне поможете, я помогу вам. У вас совсем нет связей в городе. В нашем деле вас сожрут. Но я готов оказать услугу. Возьму вас под крыло, устрою на работу. Подумайте.

– Простите, – сиплю я. – Не могу ничем помочь. Мы с Лео больше не увидимся.

Слова царапают горло. Виктор проницательно смотрит. Читать пытается? Я разворачиваюсь и спешу вернуться в суд, чтобы не показывать эмоций. Сердце сжимается. Я не верю в этот бред! Лео не может знать, кто настоящий убийца. Я уверена. Он бы не стал скрывать имя. Зачем?

Мерю шагами коридор, сталкиваюсь с прохожими. Не могу больше здесь находиться. Бегу в канцелярию за сумкой и нахожу там Венеру, которая пьет чай с секретарями. Хватаю ее за предплечье, отвожу в сторону и говорю на ухо:

– Скажи всем, что мне стало плохо, ладно?

– В смысле? Ты домой?

– Нет. Мне нужно сделать кое-что очень безумное.

Глава 9

Закат над Черным морем напоминает портал. Розово-оранжевая дорога тянется к огненному диску, зовет ступить на теплую поверхность, последовать за тем, кто покидает тебя вновь и вновь. Но всегда возвращается. Вода спокойная, застилает берег полупрозрачным одеялом и пахнет солью, иногда шепчет в такт моим мыслям. Холод камней не дает впасть в забвение. Внутри же я задыхаюсь от жара – волны пламени накатывают и отдаляются, вопросы вонзаются и растворяются, оставляя дыры, которые залатает только ответ. Его ответ.

– Давно ты здесь?

Звук мужского голоса рвет тишину на лоскуты.

– Около часа.

Шакал садится рядом. Он в длинном черном пальто и перчатках, вид слегка настороженный.

– Как добралась? Неужели запомнила путь? – Лео ухмыляется. – Я думал, ты в трех домах теряешься.

Поворачиваю голову и смотрю в его хвойные глаза. Шакал мгновенно ловит мой настрой, понимает, что я здесь не ради светской беседы.