Сын Петра. Том 7. Поступь Империи - - Страница 13

– Я повесть прочитал о путешествии отважных моряков в далеких землях.

– Это какую? – Алексей, к своему стыду, просто не успевал читать все, что сочиняла собранная им когорта писателей. Даже краткое изложение, которое готовили для него, далеко не всегда читал.

– Это где аборигены на далеких островах съели лейтенанта Семецкого.

– Что, прости?

– Корабль его остановился пополнить припасы. И он по незнанию местных обычаев погиб, попав в руки племени людоедов. И только героическими усилиями…

– Погоди, – перебил брата царевич. – Ты сказал – лейтенанта Семецкого?

– Да.

– Но мне же докладывали, что он не лейтенант, а поручик и погиб в Молдавии, воюя с австрийцами.

– Как? Не может такого быть!

Алексей нахмурился.

Снова этот Семецкий. И снова погиб. А он никак не мог вспомнить, где слышал эту фамилию. Казалось, что она откуда-то из далекого прошлого. Может быть, даже из былой его жизни, но… Память подводила. Ему и тогда эта новость не понравилась, теперь же он откровенно напрягся. Слишком все это выглядело странно.

– Так ты поможешь мне? – нарушил тишину Павел.

– Ладно. Пойдем к отцу…

Глава 6

1714, август, 3. Копенгаген – Москва

– Ваше Величество, – произнес адмирал Апраксин, встав и почтительно поклонившись, когда в помещение вошел король Дании.

– Рад вас видеть, – вполне искренне ответил ему Кристиан VI. – Как вы устроились?

– Отменно. Не ожидал такого радушного приема.

– Это отрадно слышать. Хм… У западных берегов Дании видели французский флот. Вы уже знаете?

– Учения?

– Да, говорят, учения. Но почему они их проводят у наших берегов?

– Ваше Величество, вам не стоит и переживать. В Бремен-Фердене и Мекленбурге стоят два русских армейских корпуса, которые при необходимости помогут вам отразить любой десант.

– Я понимаю, – покивал Кристиан, – но чего французы добиваются?

– Вероятно, эта обычная демонстрация силы, но вряд ли она направлена против Дании. Насколько мне известно, в Париже обсуждают вопрос престолонаследия Англии и рассчитывают восстановить старинные обычаи, объединив короны этих держав личной унией.

– Это точные сведения? До меня тоже неоднократно доходили такие слухи. Но это же вздор! Англичане не потерпят католика на престоле!

– Не потерпели бы, – заметил Апраксин. – Треугольная торговля в целом отошла в прошлое. Богопротивная торговля людьми больше не приносит сверхприбыли обитателям Лондона. После тяжелого поражения в последней войне в силу текущих экономических обстоятельств флот Англии ныне чисто символический и ни на что претендовать не может. Сколько там больших боевых кораблей? Десять, включая фрегаты?

– Одиннадцать. – поправил его Кристиан. – У них один линейный корабль все еще на ремонте, который год. Из-за чего злые языки поговаривают, что он там и сгнил уже.

– Вот! – произнес Апраксин. – В торговом флоте кораблей больше 20 тысяч пудов водоизмещением не осталось вовсе. Да вообще мало у них сейчас кораблей. Их едва хватает для обеспечения собственного каботажа и небольшой торговли с материком. Да и чем торговать? Многие мануфактуры закрыты, а поля, где некогда пасли овец, вновь распаханы. Англия сейчас может вывозить только то, что накопает: олово, свинец, медь, каменный уголь, графит и прочее. Но этого всего они добывают мало из-за дорогой еды. Королевская казна при этом пуста. Хуже того, корона задолжала французам очень большие деньги.

– Они же им продали часть колоний. Этого не хватило?

– Увы. Долги ОЧЕНЬ большие. Они же в приступе паники спешно готовились воевать на суше и начали создавать в суете современную армию, способную противостоять нам. В условиях резкого сокращения поступлений в казну. Вот и нахватали кредитов. На чем французы и играют. Один факт того, что с Англии спишется ее огромный долг, достоин того, чтобы закрыть глаза на католического короля. Особенно если тот окажется в конфликте с Папой.

– И в России считают, что это реально? – спросил хмурый Кристиан.

– Более чем. Королева Анна тяжело больна. Ее наследник Георг, курфюрст Ганновера, не устраивает Францию. Вы не хуже меня знаете, что они угрожают морской блокадой Англии в том случае, если он взойдет на престол.

– Не блокадой в чистом виде. Просто пиратами.

– Да. Все так. Но у Англии сейчас недостаточно сил для противодействия им. Появление же многочисленных каперов поставит ее в совсем уж плачевное положение. К тому же права на престол у Георга весьма сомнительны. Он ведь сын Софии, младшей дочери Якова I. Занятие им престола против всех правил и обычаев. София – младший ребенок короля, почившего в 1625 году. Почти век назад. После него правили другие. И есть масса наследников, имеющих куда больше прав на английский престол. Принятый же в 1700 году акт о престолонаследии ничтожен даже по английским законам. Ничем не оправданные двойные стандарты.

– Думаете, будет война?

– Думаю, что в скором времени парламент Англии окажется в сложной ситуации. Особенно если королева Анна преставится. Призвать на престол Джеймса Стюарта они не смогут. В силу того, что это будет означать катастрофу для Англии. Георга короновать – тоже. Не уверен, что он вообще до нее сможет добраться – в Ла Манше постоянно дежурит французский флот. И им придется решать этот вопрос как-то иначе. Например, объявить династию Стюартов низвергнутой и выбрать новый правящий дом.

– У Людовика сейчас нет взрослых наследников.

– У Людовика есть Филипп, герцог Орлеанский. Сейчас именно он самый вероятный наследник короля Франции. Вполне зрелый, деятельный, с большими связями, да еще и не замеченный в особо ревностном поклонении Папе. Его можно даже назвать врагом папизма. Если Филипп предложит англичанам свободу вероисповедания, то именно он, скорее всего, и станет новым королем. А эти учения… Они просто должны мягко намекнуть парламенту Англии сделать правильный вывод. Демонстрация силы на тот случай, если кто-то из парламентариев начнет думать неправильно.

– Боже… боже… – пробубнил обеспокоенный Кристиан. – Но если Филипп станет королем, то… Они же закроют Ла Манш.

– Возможно. Но наши дипломаты уже прорабатывают этот момент. Для Франции покорение Англии является вопросом престижа. Излечением старой, наболевшей ситуации еще времен Столетней войны. Да и в рамках идеи империи Запада это тоже актуально. В Париже даже обсуждается возрождение стены Адриана на границе с Шотландией.

– Мне все же кажется, что Джеймс имеет неплохие шансы.

– Он – да. А вот шотландская и ирландская аристократия, на которую он опирается и будет вынужден в дальнейшем опираться, – нет. Ирландцы люто ненавидят англичан после того, что те у них сделали. Тут все просто и однозначно – кровная вражда. Потребуется много лет, чтобы ее забыть и сгладить. Шотландцы же испытывают ненависть в меньшей степени, но и их чувства тоже не стоит списывать. Вы ведь в курсе того, как они обошлись с протестантами в своих владениях?

– Сурово, – хмуро произнес Кристиан.

– Это мягко сказано. Все их имущество было конфисковано, а сами протестанты либо изгнаны, либо убиты. В Англии боятся такого исхода. Помня о том, что есть еще и ирландцы, которые просто резали протестантов. Джеймс заложник ситуации. Возьмешь еще? С ним придут ТАКИЕ люди, что всю страну в крови утопят.

– Как будто французы будут лучше… – фыркнул король.

– В известной степени лучше, – улыбнулся адмирал. – Да, я убежден, не пройдет и десяти-пятнадцати лет, как все, что может приносить прибыль, окажется в руках французов. А старая английская аристократия будет оттерта и от должностей, и от денежных дел. Но французы не будут их убивать. К тому же для Англии такое объединение с Францией открывает определенные возможности и дарит надежды.

– Хм… возможно… возможно… Значит, вы считаете, что для Дании эти учения не представляют угрозы?