Наханни: долина безголовых - Мамон Антон - Страница 1

Антон Мамон

Наханни: долина безголовых

Трудно поверить, но в мире, где проживает восемь миллиардов человек, еще можно отыскать совершенно безлюдные места. Одно из них – неприступный заповедник Наханни, затерявшийся на бескрайних просторах Канады. Тысячи квадратных километров непокоренных вершин, непроходимых лесов и необузданных рек… Дикий уголок Земли свободный от туристов, автомобильных пробок, камер видеонаблюдения, строгих полицейских и фастфудов… Настоящий рай для экстремалов и авантюристов всех мастей… Терра инкогнита, ступив на которую непременно узнаешь, кто ты такой и чего стоишь!

Как и многие, я слыхал о Наханни всякое. Как и единицы сорвиголов, решил своими глазами увидеть земли, что зовутся проклятыми. Тогда меня охватили азарт и жажда острых ощущений! Если бы я только знал, что ждет меня в том путешествии…

***

– Послушай, такое случается раз в жизни. Нам всем за тридцать… Если не сейчас, уже никогда! Прикидываешь? – Егор зажмурился в ожидании ответа.

– Понимаю, – вздохнула Айрис. – Но, если честно, я не очень-то и расстроюсь, упустив эту возможность. Звучит как-то… безрассудно, что ли?

– Абсолютно, но таков и есть замысел! Разве ты не чувствуешь?

– Чего?

– Этого! – Егор едва не перешел на крик. – Этого… Безрассудство утекает, словно песок сквозь пальцы. С каждым днем его становится меньше! Жизнь делается пресной, больше ничего такого не происходит. Наша фантастическая четверка, считай, распалась! Ким теперь мамочка двоих ангелочков и владелица гребанного питомника. Меня, признаться, тошнит от ее сторис. Там уже давно нет ничего кроме слюней, подгузников и… слюнявых подгузников! Хотя, кому я рассказываю, ты и сама все видишь в ленте каждое утро.

– Ну да… – равнодушно признала Айрис.

– А Калеб! – не унимался Егор. – Долбанный Калеб Янг! Лентяй и вечный прогульщик! Кто бы мог подумать, что именно он построит удачную карьеру в Гугле и будет важничать на международных конференциях, деловито кивая партнерам! Ты в это веришь? Я нет! – мутный рокс до краев заполнился виски. – Думаешь про тебя ничего не скажу? Еще как скажу! Перри, ты тоже стала занудой! Это все твоя галерея, будь она неладна! К слову, как там идут дела?

– Да все нормально, спасибо, – неловко усмехнулась Айрис. – Знаешь, все, что ты сказал – правда. Но это нормально, мы просто повзрослели.

– И поскучнели! Это кошмар, подруга! Мы стали теми, над кем смеялись в студенчестве. Но ведь не поздно обернуть время вспять? Мы еще можем…

– Джордж, – Перри не дала закончить приятелю мысль. – Всему свое время. Молодости – всевозможные безумия и риск. Зрелости – созидание и покой.

– Говоришь как бабка!

– А ты как тот, кого раньше времени накрыло кризисом среднего возраста.

Егор плюхнулся на диван рассмеявшись, но так и не нашел, что ответить. Где-то в глубине души он знал: Айрис права.

– Давай лучше встретимся на выходных где-нибудь в пабе. Если уж очень хочешь вспомнить молодость, заглянем к старине Феликсу, как раньше. Калеб говорил, он по-прежнему работает в «Donkey D».

– Все так же не доливает пива на целую фалангу? – Егор перевернулся на бок и ему открылся шикарный вид на запущенный бардак в его холостяцкой студии.

– Даже не сомневайся. Так что, примешь мое предложение? – судя по голосу, Перри улыбалась.

– Если нельзя обменять его на поход в стрипуху за счет Янга, приму… Что остается!

– Хорошо. Тогда позвоню и забронирую столик на субботу. Черканешь приглашение в общий чат?

– Угу. Спасибо.

– Давай, до встречи.

– Айрис! – спешно произнес Егор.

– Ну что там еще? – протянула девушка.

– На самом деле я не считаю тебя скучной. Ляпнул это красного словца ради. А если говорить серьезно, я ужасно горжусь твоими успехами!

– Знаю. И я твоими. Ладно, мне пора, тут посетитель.

– Счастливо! – зачем-то произнес Егор в ответ на первые короткие гудки.

Егор Зимин. Он же Джордж Уинтер. Талантливый разгильдяй с синдромом Питера Пена. Востребованный колумнист. Алкоголик. Бывший капитан университетской команды по академической гребле… Сегодня он увидел в своей растрепанной шевелюре первый седой волос и тут же вырвал его безжалостно. Удивление было столь ярким и неприятным, что пришлось отложить все дела. Раз за разом Зимин подходил к зеркалу и аккуратно прочесывал каштановые пряди в поисках новых признаков старости. Судя по всему, ничего. Пока ничего…

«Но ведь будут и другие!» – сам себя напугал мужчина. – «Оглянуться не успею, как вся башка посеребрится, или, того хуже, станет гладкой, как куриное яйцо!». От подобной мысли Егору сделалось взаправду плохо. Он сел на край ванны и задумался о жизни. О том, чего достиг к своим тридцати пяти, а с какими мечтами пришлось навсегда распрощаться…

Со стороны его путь казался успешным. Заметки в «New York Times», «USA Today» и «The Wall Street Journal». Постоянная рубрика в «The New Yorker». Да, пожалуй это то, к чему стремится каждый амбициозный болтун, метящий в журналисты. Даже если речь идет о выпускнике Стоуни-Брук.

И все же, та ли это жизнь, о которой мечтал Егор, подавая документы в один из лучших университетов США? Да, однозначно. Но приносит ли это хоть капельку радости? Увы, нет. В отчаянных попытках вспомнить себя счастливым, Егор мысленно включил обратную перемотку.

Первое, что пришло в голову – переезд в Америку, в загородный дом дальних родственников по отцовской линии. Второе, как ни странно, – победа на студенческих соревнованиях по академической гребле. Звучит несерьезно, но тогда команда Егора произвела фурор! Изначально мужская четверка в день соревнований стала смешанной. В нее добавились сразу две девчонки: Кимберли Ван и Айрис Перри. Это противоречило правилам, но судьи решили сделать исключение, пойти на уступки. Никто, абсолютно никто не верил в успех «Русской лодки», но она сотворила чудо! Побила прошлогодний рекорд и стала первой среди прочих. Назло соперникам и на радость болельщикам. Зимин танцевал от радости и мысленно благодарил Господа за то, что двое его приятелей перебрали пива накануне вечером, а утром сказались больными. Приди они, как обещали, не случилось бы триумфа!

Все, что закрутилось после университета, тоже походило на водные гонки. Только на этот раз Зимин был в лодке один. Вернее, его партнеры так часто менялись, что единственным постоянным спутником казалось одиночество. Тогда Егору было плевать. Дерзкий, голодный до признания и славы, он греб изо всех сил. Греб, когда все тело и мозг ныли от усталости. Греб, даже когда упрямое течение возвращало его хлипкий плот обратно, к стартовой черте… И вот, он доплыл. С горем пополам, с кучей вредных привычек, с хроническим гастритом и бессонницей, он все же отстоял свое место под солнцем.

Препоны и трудности со временем забылись, а приятные воспоминания, напротив, будто подсветило. Первый громкий успех, знакомства с кумирами юности, профессиональные премии и покупка недвижимости в Мидтауне. Да, Уинтеру и впрямь есть чем гордится в прошлом. Но что впереди? Новые седые волосы? Старые проблемы с желудком? Геморрой?

Усмехнувшись незавидным перспективам, Егор залпом выпил ледяной виски и тут же налил еще. Сознание приятно спуталось, а в районе солнечного сплетения разошлось тепло. Не меньше получаса журналист глядел в потолок, отгоняя всякие мысли. Ему совершенно не хотелось думать. Ни о прошлом, ни о работе, ни даже о том, сколько еще мороженного таится в морозильной камере. Голова стала пустой и гулкой. Именно так на Зимина действовал бокал виски натощак.

Пребывание в алкогольной нирване кончилось со звонком. Новое сообщение. Айрис, так и не дождавшись приглашения от нерадивого приятеля, сама инициировала встречу. Ее сообщение оказалось коротким, но симпатичным. Разбитое на абзацы, украшенное смайлами, не испорченное лишними запятыми – в этом вся Перри! Она, как никто другой, ценит прекрасное и выкладывается по полной, за что бы ни бралась.