Она должна была стать идеальной женой - Уорнер Хелен - Страница 37

Я пожалела, что не могу видеть его лица, увидеть те муки, которые выдавал его голос. Хорошо. Он заслужил страдания.

— Прости, — быстро ответил Бен. — Мы были так заняты ребенком. Я просто не уследил за временем.

— Чушь! — фыркнул Питер. — Не забывай — мы сами воспитали двоих детей. И да, это тяжкий труд, но можно же найти время на один чертов телефонный звонок! Как ты мог тянуть так долго?! Ты хоть понимаешь, какое это было мучение?!

Одним движением я открыла дверь спальни и прошла через прихожую в гостиную.

— Это из-за меня, — сказала я, и мой голос заставил их вздрогнуть.

Джо и Питер обернулись ко мне одновременно и ахнули. Мы встретились взглядами с Питером, и я на секунду уловила в нем суматошную борьбу похоти с уже угасающим гневом. Усилия, затраченные на внешний вид, не пропали даром.

— Я не хотела, чтобы Бен звонил вам. Простите, — продолжила я, стараясь казаться спокойной и уязвимой. — Просто произошедшее на Рождество так ранило меня, что…

— Ну конечно же! — Джо вскочила на ноги, и на какой-то ужасный миг мне показалось, что она вот-вот обнимет меня, поэтому я закрылась руками, словно защищаясь.

Похоже, это сработало, и она отступила чуть назад:

— Прости меня за те слова, Белла. Я сказала их сгоряча и была не в себе после аварии с Эммой…

Джо замолчала, не зная, что сказать дальше.

Я кивнула и, придав лицу спокойное выражение, ответила:

— Все хорошо. Забудем об этом.

Джо охотно кивнула.

— Спасибо, — прощебетала она. — Как ты, Белла? Выглядишь просто потрясающе! Поверить не могу, что ты так быстро привела себя в форму.

Я улыбнулась. Мои старания окупились. Я несколько недель почти ничего не ела.

— Похоже, у моей мамы со мной было так же. Видно, повезло с генами, — весело сказала я, прежде чем подсыпать соли на рану. — Она говорит, что Элоди — точь-в-точь как я в детстве, поэтому, надеюсь, и она тоже их унаследовала.

Мои слова достигли цели, и Джо стало явно не по себе. По правде сказать, моя мама в последнее время тоже нечасто у нас бывала, потому что она меня бесила, но Джо вовсе не обязательно было об этом знать.

Она быстро-быстро заморгала, словно прогоняя подступившие слезы.

— Какая она? В смысле — Элоди? Мне не терпится ее увидеть.

Я видела, что она осторожничает, чтобы я не поняла ее слова неправильно. На этот раз я решила проявить милосердие. В конце концов, мне не хотелось, чтобы кто-нибудь из них решил, что я — безумная стерва.

— Само совершенство. Она скоро проснется, но вы пока можете тихонько взглянуть на нее, если хотите.

Лицо Джо засветилось от счастья.

— Очень хочу! — выдохнула она.

Хотя я и не смотрела на него, я чувствовала, что карие глаза Питера наблюдают за мной. Я не предложила ему присоединиться к нам: хотела, чтобы ему пришлось ждать как можно дольше, прежде чем он увидит дочь.

Мы вдвоем на цыпочках прокрались в комнату Элоди, и я заметила, что Джо изо всех сил старается не шуметь. Мы подошли к белой деревянной колыбельке в углу, в которой Элоди мирно спала, лежа на спине. Я наблюдала, с каким восхищением Джо смотрит на нее. Она приложила ладонь к груди, явно сдерживая слезы.

— Какая же она красавица! — прошептала она. — И как она похожа на тебя!

«Да, уж на тебя-то она точно похожа не будет», — злорадно подумала я.

— Спасибо. Да, я тоже считаю ее красивой, но я немного пристрастна.

— Имеешь право. Ведь ты — ее мама, — сказала Джо, прежде чем выйти из комнаты.

На кухне Бен накрывал на стол и вполголоса беседовал с отцом. Я намеренно избегала встречаться глазами с Питером, когда мы вошли, но постаралась быть предельно очаровательной. Я смеялась над всеми дурацкими шутками Бена и внимательно слушала унылые россказни Джо, чувствуя, что Питер не спускает с меня глаз. Мне стало интересно, не чувствует ли он сожаления. Не пытается ли он представить себе, каково было бы жить в одном доме со мной и его дочерью. Мне было мучительно больно осознавать, что скажи он лишь слово, и я тут же убежала бы вместе с ним.

— Бен хорошо за тобой ухаживает? — вдруг подняла голос Джо, прервав мои мысли.

— Просто потрясающе, — ответила я, осознав в этот момент, что так оно и было. — Но он так много работает. Боюсь, нам придется кое над чем подумать.

Я заметила, как прищурился Питер при этих словах, пытаясь угадать, к чему я клоню.

— Над чем? — встрял в разговор Бен с набитым лазаньей ртом.

— Над твоей работой. Не похоже, что она тебе так уж и нравится. Нам всем было бы неплохо начать все заново где-нибудь подальше от Лондона.

В моей голове начала зарождаться идея.

— Ты раньше об этом не говорила. С чего это вдруг?

— Ну… не знаю. Наверное, наслушалась рассказов твоих мамы и папы о том, как ты рос в Саффолке. Просто идиллия… — я намеренно сделала паузу. — Я бы хотела, чтобы Элоди выросла также.

— А как прошло твое детство, Белла? — спросила Джо, перебив меня. — Кажется, ты никогда о нем не рассказывала.

— Просто не хотела никого загонять в смертную тоску. Оно было тухлое, как вода в канаве, — я закатила глаза, показывая, что не хочу продолжать говорить об этом. — Вот честно — совсем не о чем рассказать.

— Не может быть! — настаивала Джо. — Так где, говоришь, вы жили?

Я приложила ладонь к уху:

— Кажется, я слышу, как кое-кто зашевелился!

Я встала и вышла из комнаты. По-другому ее было не заткнуть.

Мне вовсе не хотелось будить Элоди, но выбора не было. Я раздвинула плотные шторы и расстегнула ее спальный мешок, осторожно встряхнув при этом. Она удивленно открыла глаза, потянулась ручками и ножками и широко зевнула. Я смотрела на нее и улыбалась про себя. Она была так прекрасна, что было невозможно не влюбляться в нее каждый раз заново.

Я взяла ее на руки, вдыхая теплый запах сна, все еще окутывавший ее, и понесла на кухню, где ожидали, затаив дыхание, Джо и Питер.

— А вот и она!

— Честное слово, она — само совершенство! — заворковала Джо, когда они оказались по обе стороны от меня. — Верно, Питер?

Я посмотрела на Питера, разглядывавшего Элоди с нескрываемым восторгом.

— Верно, — выдохнул он. — Можно ее подержать?

Он посмотрел на меня с выражением, которое мне о многом говорило.

— Конечно, — ответила я после секундной паузы.

Я опустила Элоди в его руки, внимательно наблюдая за ним. Казалось, все мои чувства обострились. Я ощущала его запах, его прикосновение, в ушах отдавался звук его голоса.

— Ну, что скажешь, папа? Похожа на меня? — Бен подошел и пощекотал Элоди живот, отчего та принялась извиваться, одновременно улыбаясь.

Я подумала обо всех тех ужасных вещах, которые могла бы ему рассказать и которые разнесли бы его мир вдребезги.

— Не совсем, сынок, — тихо сказал Питер, и у меня похолодело в животе.

Неужели сейчас он в приступе безумия все разболтает? Я затаила дыхание, и он закончил:

— Она гораздо красивее тебя!

Мы все разразились громким облегченным смехом, и я уловила взгляд Питера. Он чуть заметно улыбнулся. Значит, вот как теперь будет: словно фехтовальный поединок, в котором обе стороны будут постоянно наносить друг другу уколы. Что ж, меня это устраивало.

Позднее, когда тарелки были уже убраны и мы допивали кофе, я встала и положила Элоди на плечо.

— Кажется, кому-то пора сменить подгузник, — пояснила я, собираясь выйти из комнаты.

— Я помогу, — сказал Питер, предостерегающе глянув на Джо, чтобы она не пошла за нами.

Он не спрашивал разрешения, и не успела я возразить, как мы оказались вдвоем в комнате Элоди.

— Ну, что скажешь о своей дочери? — спросила я шепотом, чтобы мои слова не разнеслись по квартире.

Питер зло посмотрел на меня:

— Я должен был увидеть ее раньше.

— В самом деле? — я прикинулась, что взвешиваю его слова. — Только мне помнится, что ты очень хотел, чтобы я сделала аборт. Не думала, что ты так уж захочешь ее повидать.