Сын Петра. Том 5. Ветер перемен - - Страница 18

– Не выдумывая? Звучит сомнительно. Вы разве не слышали о их паровых машинах?

– Паровые машины выдумали еще в Античности. Принц предельно внимателен к старым книгам и скупает их в огромном количестве. Вот и узнал о изобретениях Герона Александрийского, ныне забытых. Осмыслил. И применил, скрестив с кое-какими идеями других людей.

– Герон Александрийский… – покачал головой Людовик. – Отчего же в его трудах не разглядели ничего дельного?

– У варваров есть некоторые преимущества в таких делах, – грустно улыбнулся Кольбер. – Если возвращаться к войне, то они вдумчиво и очень внимательно изучали то, как воевали в Европе. Помните, как во все столицы приехали их люди, что совали свой нос всюду? Это все было не просто так. Вероятно, именно тогда они обратили внимание на то, что шведские рейтары и драгуны сразу бросаются в рукопашную драку, через что достигают устойчивого успеха. Огляделись. И обнаружили в Великом княжестве Литовском старую традицию копейной конницы. Откуда можно брать обученных этому бою людей. А они намного лучше подготовлены для ближнего боя. Не забыли и про доспехи, ведь для ближнего боя они жизненно важны. В итоге огромный успех их улан. Карабинеры же стали осмыслением драгун и рейтар. Спешенных драгун никто не применяет практически, поэтому и смысла в них как таковых нет. Вот они и сделали полноценных конных стрелков, правильно их обучив и вооружив. Которые также себя неплохо проявили. Лучше обычных драгун. Намного лучше.

– Все так просто?

– Да, сир, – кивнул вместо Кольбера маршал Франции. – Мы тщательно изучаем все, что они делали. Ничего нового и оригинального. Они смотрели на практику войны и брали то, что лучше для нее подходило. Не ограничиваясь никакими традициями или модами. Им просто было плевать на то, как и что принято делать. Они выбирали то, как им добиться успеха, игнорируя все остальное. С совершенно варварским цинизмом.

– И с пехотой у них так же?

– Конечно! Они же просто довели до ума шведских каролинеров, разгадав их секрет. И дополнили хорошей стрелковой подготовкой, взятой у нас и австрийцев. Огневой бой пехоты очень важен. Но Карл XII показал, что без решительного натиска с белым оружием все это лишено смысла.

– В битве при Венеции нашу армию разбили именно огненным боем.

– Да. Им пренебрегать нельзя. Но там для его применения были все условия, – серьезно произнес Камиль д’Отён де Лабом.

– Если бы вы командовали моей армией там, то как бы поступили?

– Не спешил бы. Если противник, зная о твоем численном превосходстве, собирается дать бой, то, очевидно, имеет какие-то хитрости и заготовки. А значит, нужно провести разведку. И вполне вероятно, я атаковал бы австрийцев на самом рассвете, еще по темноте, с тем чтобы наши солдаты вошли с ними в рукопашный бой. Через что нивелировал бы огонь артиллерии противника и воспользовался преимуществом численного превосходства. Либо постарался дождаться дождя, чтобы сойтись штык на штык.

– Задним умом мы все крепки.

– Да, сир. Конечно. Но это же очевидно. Ты знаешь о том, что враг мал числом. Он тоже об этом знает. И он стоит. Почему? Притом не имея явных преимуществ. Это либо самоубийственная храбрость, либо какая-то ловушка. Если бы были какие-то удобные позиции – да. Но нет. Там ровное поле, в котором он соорудил наспех небольшой вал.

– А вал не преимущество?

– Не такое, чтобы компенсировать вдвое превосходящую числом армию.

– Ясно, – кивнул Людовик, задумчиво глянув на Камиля.

Тот после завершения войны за испанское наследство оставил действительную службу и занялся наукой. Военной наукой. И ныне оказался одним из тех, кто реформировал французскую армию. Его слова выглядели неприятно. Болезненно. В чем-то их смягчали слова Кольбера о том, что поражение было выгодно Франции. Но сам король так не думал. Слишком много поражений.

– Сир, – произнес министр иностранных дел, приглашая его двигаться дальше. К кавалеристам – двум полкам, которые собирались продемонстрировать свою выучку. Тоже образцово-показательные. Чтобы потом отправиться инструкторами в другие.

– А где артиллерия? – поинтересовался Людовик, осмотревшись. – Пехота есть, кавалерия есть, а пушки куда подевались?

– Мы пока не начали реформирование артиллерии, – произнес Камиль.

– Отчего же?

– У нас очень мало сведений по русской артиллерии. Мы просто не понимаем, в чем причина ее крайне высокой эффективности. Проведя опыты с 6-фунтовыми пушками, мы не смогли добиться даже близко такой же дальности.

– И как скоро у нас появятся все необходимые сведения? – поинтересовался король у Кольбера.

– Мы работаем над этим.

– Сколько времени?

– В этом или, может быть, в следующем году. Русские не берут иностранных офицеров в артиллерию. И выяснить что-то обычным образом довольно сложно. А их люди не болтают.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.