Когда говорит море (СИ) - Игровая Алина - Страница 23

В конце концов, обессилев от рыданий, я добралась до своей спальни. Забравшись в дальний угол, поджала хвост к подбородку и съежилась в комочек, по-прежнему содрогаясь от приступов дрожи. Ни сна, ни отдыха для меня больше не существовало. Единственное, о чем я могла думать — это Джейсон, мой прекрасный Джейсон.

Я обязана была придумать как спасти его и себя, отвести от нас угрозу, какой бы ужасной она ни была. Но, казалось, все было против нас! Под водой меня преследовал проректор. В море на Джейсона охотился Эндрю Ройс. На берегу расставлял свои ловушки Виктор.

Эти мысли повергали меня в новые волны душевной апатии. Порой мне даже хотелось не предупреждать Джейсона, а просто сбежать, исчезнуть из его жизни навсегда. Но любовь не позволяла этого сделать. Слишком глубоко запало его имя в моем сердце, слишком сильны были чувства, связывающие нас.

Что бы ни ждало меня впереди, я должна была увидеть Джейсона еще раз. Хотя бы единожды взглянуть в его прекрасные глаза.

С этой решимостью в душе я забылась тревожным сном, полным кошмарных видений. Мне весь сон виделся проректор, нагой и отвратительный, пожирающий меня взглядом полным вожделения. От его прикосновений моя плоть покрывалась струпьями и язвами, из которых сочилась гниль. А я все плыла, плыла без остановки, но никак не могла скрыться от его пылающего, пожирающего меня взора…

Очнулась я в полном изнеможении, спеленатая стыдом до последней чешуйки. Но на этот раз вместе со стыдом во мне пробудилась решимость. Что бы ни ожидало меня в ближайшем будущем, я обязана увидеться с Джейсоном и предупредить его об угрозе!

Проснувшись в своей спальне, я сразу же поняла — никакого уединения мне больше не видать. У самого входа в покои топтался могучий стражник из числа приспешников Себастьяна. Уродливое чудовище с вытаращенными глазами и вечно оскаленной пастью источало такую ауру угрозы, что у меня сразу же свело живот.

При моем появлении в дверях тварь шевельнулась и проскрежетала жуткими зубастыми челюстями:

— Приказ ректора. Ты не можешь выходить из комнаты. Ты находишься под стражей до особого распоряжения. Попытка бегства — смертная казнь.

Глава 9

При моем появлении в дверях страж шевельнулся и проскрежетал:

— Приказ ректора. Ты не можешь выходить из комнаты. Ты находишься под стражей до особого распоряжения. Попытка бегства — смертная казнь.

Его слова подействовали как пощечина. Так вот какая участь меня ожидала после сделки с Себастьяном! Я оказалась в заточении, отрезанной от внешнего мира. Похолодев от ужаса, я поспешно нырнула обратно в комнату, прижалась к стене и разразилась рыданиями.

Какой же я была дурой! Неужели могла всерьез поверить, что ректор просто так отпустит меня после случившегося? Видно, Себастьян и не думал отпускать меня. Конечно, он рассчитывал заточить меня в кабалу, овладев моим телом и душой без остатка.

От этой мысли судороги ужаса пробегали по всему моему телу. Теперь я оказалась в хитрой западне, в ловушке унизительной и безвыходной. Стоит Себастьяну лишь пожелать, как меня изгонят из Академии, или отдадут под суд. А он вновь потащит меня на свое ложе бесчестия, точно приговоренную. А после каждого подобного визита меня будут запирать здесь вновь, лишая остатков моей свободы.

Самое же страшное было в том, что безумного ректора уже не остановить. Как скоро я превращусь лишь в пустую оболочку — измученное, сломанное создание без воли и стыда? Такая участь страшила меня куда больше самой смерти.

Но как же быть с Джейсоном? Как известить его о том, что я взаперти в этой темнице? Что я не бросила его? При одной мысли о том, что может случиться с моим возлюбленным, который будет ждать меня ночами напролет на берегу, меня охватывала дрожь. Я просто была обязана не допустить этого!

Весь оставшийся день я просидела неподвижно, скорчившись в дальнем углу комнаты и безостановочно прокручивая в уме все возможные способы освобождения. Но все идеи казались бессмысленными и ненадежными: могучий страж уж точно не уснет на посту, а попытка прорваться силой обречена на неудачу. Мои телесные и магические силы были ничтожны против этого закованного в броню монстра. Я просто маленькая русалка…

Наконец, когда тень за окном сгустилась, а уставшее тело начал сковывать холод, в голову пришла отчаянная мысль. У меня осталось всего одно колдовство, на которое я еще была способна. Это было очень опасно, но другого выхода, кажется, не было!

Сосредоточившись изо всех сил, я выбросила из головы все посторонние мысли и сконцентрировалась на образе человеческого тела. Внутри меня начали происходить странные метаморфозы. По хвосту словно пробежала судорожная рябь, а весь фигура охватило ощущение бесформенности и дряблости. Я закусила губы до крови, мысленно все глубже уходя в образ. В какой-то момент тело свело жуткой сковывающей болью, но я не дрогнула. Когда же боль достигла апогея, прямо на моих глазах хвост распался на две конечности, а я словно выскользнула из своего обычного облика.

Через некоторое время передо мной предстало новое существо — высокая стройная женщина с роскошными формами. Лишь промелькнувшая боль напоминала мне о перенесенных муках. Преодолев ее, я осознала, что трансформация завершилась успешно.

Я чувствовала себя очень странно, вода давила на меня со всех сторон, мои глаза почти ничего не видели и еще… я не могла больше дышать!

Задержав дыхание, я, не теряя ни минуты, встала во весь рост, затем оттолкнулась ногами от стенки и поплыла к выходу. Костистое чудище с челюстями по-прежнему торчало на страже, провожая меня безучастным взглядом своих громадных глаз навыкате. Оно меня не видело, ведь я не принадлежала более к миру сирен! Я скользнула мимо, стараясь двигаться легче бестелесного призрака. Вскоре стражник уже остался позади, а я поспешила вдоль коридора в сторону выхода из Академии…

Когда я выбралась из здания Академии, я поняла, что уже почти на свободе. Но без воздуха мои легкие уже горели огнем, в глазах темнело, а ноги предательски подкашивались. Изо всех сил я оттолкнулась от дна и взмыла вверх как поплавок. Работая изо всех сил ногами, я с каждой секундой приближалась к поверхности воды и вот уже где-то вдалеке я разглядела отсвет луны…

Оставалось всего несколько метров до спасительного воздуха, я уже видела, как волны колышутся на поверхности моря и тут я изо всех сил врезалась в прозрачное стекло, огромную мембрану, укрывающую Мармарис от взоров людей. Как я могла забыть про нее! Потеряв на секунду ориентировку, я начала барахтаться и пытаться растянуть мембрану, чтобы выбраться наружу. На мое спасение тут были воздушные карманы, и я даже смогла пару раз глотнуть затхлого нагретого воздуха. Однако я уже видела, как сверкают по всей защитной мембране тревожные огни — сообщение для Внешней Стражи о вторжении в город. А вскоре я увидела и самих стражников, стремительно приближающихся ко мне снизу…

При виде меня их плавники встопорщились, и они преградили мне дорогу мощными хвостами.

— Стой, женщина! — прогудел один из них, угрожающе потрясая трезубцем. — Как ты здесь очутилась?

— Я… я всего лишь случайно заплыла… не туда… — залепетала я, силясь не выдать себя. — Отпустите! Я ищу выход на берег…

Стражники настороженно переглянулись. Второй уставился на меня излишне пристально.

— Случайно заплыла? — проворчал он, недоверчиво сощурившись. — Как-то это подозрительно…

Мое сердце пропустило удар. Видно, выдавать себя за человека у меня получалось плохо. Теперь единственный шанс на спасение — бегство.

Не раздумывая более ни секунды, я рванулась вперед что было мочи. Стражники опешили, но быстро пришли в себя. Вслед мне вслед полетели потоки парализующих молний из их трезубцев. Уклоняясь и извиваясь, я пыталась отплыть в сторону, но неповоротливое человеческое тело в воде не могло соперничать с быстрыми тритонами.

Сделав отчаянный рывок, я попыталась проскочить у преследователей под ластами. Чьи-то щупальца схватили меня за волосы, и я заверещала, брыкаясь из последних сил. На помощь тут же подоспели новые стражи. Вскоре меня со всех сторон оплела извивающаяся сеть лап и жгутов. Я бессильно забилась, скручиваясь в клубок, но не тут-то было. Исполинская клешня хватила меня за горло, и прямо сквозь нос я вдохнула порцию парализующего яда.