Когда говорит море (СИ) - Игровая Алина - Страница 13

Мимо меня прошел хмурый моряк, неся под мышкой тяжелые бухты свернутых веревок. Поймав мой заинтересованный взгляд, он остановился и сплюнул сквозь щербатый рот:

— Это брамсели, радость моя. И лучше их не трогать, если не хочешь, чтобы мачта рухнула тебе на башку.

Я кивнула, запоминая новые слова и старательно отодвигаясь, чтобы не прикасаться к этим брамселям. Тем временем моряк прошел мимо, бросив напоследок:

— И побереги эти пальчики, милашка. Джейсону они еще пригодятся ночью…

Я залилась краской, услышав его грубоватое ворчание, но тут же вновь вернулась к своему изучению. Теперь я пристально разглядывала само судно, открывая для себя массу новых интересных вещей.

Бока корабля украшала резьба в виде языков пламени и чешуйчатых морских змеев. Наверное, именно так художники на суше представляли наш подводный мир. Эта мысль развеселила меня.

Я протянула руку и провела пальцами по шероховатой обшивке корпуса. Волокна дерева оставили следы смолы на моей коже. Удивительная штука — создавать суда из целых стволов дерева! В моем жилище из жемчужной ракушки такие строительные излишества были немыслимы.

Под ногами я нащупала люк и сдвинула его в сторону. В образовавшейся дыре показалось несколько ступенек, ведущих куда-то вниз в темные глубины корабля. В благоговейном трепете я опустилась на колени и выглянула в эту бездну. Тут пахло плесенью и чем-то затхлым. Однако это отнюдь не отпугивало меня — напротив, лишь распаляло интерес.

Я спустилась по шатким ступеням и вскоре оказалась в обширном полутемном трюме. Вдоль стен громоздились бочки, сундуки и тюки с грузом — вероятно, это и была та пресловутая «контрабанда», о которой мне ночью рассказал Джейсон. Я поняла, что так в этих местах называют товары, перевозимые кораблями. Я открыла один из сундуков и обнаружила внутри целую гору разноцветных шелков и тканей. Они переливались в полумраке, точно рыбьи чешуйки на солнце. Восхищенно охнув, я зарылась лицом в эту бархатную роскошь, вдыхая терпкие запахи дальних портов и приключений.

Внезапно позади меня раздались шаги. Обернувшись, я увидела одного из матросов Джейсона, по его настороженному виду — главного за трюм.

— Ты что здесь делаешь? — грубо окрикнул он меня, топая сапожищами и спускаясь по ступенькам.

В приступе страха я прикрылась от его взгляда шелками, забыв, что стою полуобнаженная.

— Я… я подруга капитана Джейсона… я осматриваю ваш корабль… — пролепетала я.

На лице моряка расплылась гнусная усмешка.

— Ах вон оно что! В таком разе развлекайся, голубушка. Только смотри, чтобы эти шелка вновь лежали как лежали. Мне за них шкуру сдерут, ежели хоть одна тряпка пропадет.

С этими словами он вновь зашагал к выходу, оставив меня одну среди драгоценных тканей и тайн человеческого мира, приоткрытых только для меня…

После моего посещения трюма интерес ко всему корабельному разгорелся во мне с новой силой. Я бродила по палубе, разглядывая каждую мелочь и стараясь запомнить все новые термины. Чем больше я узнавала, тем глубже погружалась в мир людей.

Джейсон, кажется, не возражал против моего любопытства. Напротив, он время от времени подходил и подсказывал названия разных снастей и морских принадлежностей. Кивая на толстенный канат, он говорил: «Вот это трос, Ариэль». А потом показывал на бочонки: «А это анкерок, место для хранения пресной воды».

Я жадно ловила каждое его слово, стараясь все запомнить. Жизнь под толщей вод отныне казалась мне бледной и безжизненной. Здесь, на поверхности, меня окружало столько загадок и открытий! У людей было столько разных предметов и для каждого из них были свои слова!

В один из таких моментов мое внимание привлек странный предмет в углу. Это оказалась большая деревянная коробка, но с двумя круглыми отверстиями по бокам. Я заглянула в одно из них и с изумлением обнаружила внутри немного соломы и кольцо, приделанное к стенке.

— Что это такое, Джейсон? — не удержалась я от вопроса, повернувшись к капитану.

На его лице мелькнула легкая тень беспокойства, но он быстро рассмеялся и ответил:

— Это наш карцер. Прочный деревянный короб, куда мы сажаем провинившихся матросов. Можно подвесить его над бортом и подержать там нарушителя спокойствия, пока он не образумится.

Я ахнула от ужаса, представив себя запертой в таком крошечном пространстве и подвешенной над открытым морем. Одна лишь мысль об этом вызвала тошноту.

— Но разве это не жестоко? — пролепетала я, глядя на капитана умоляющими глазами. — Неужели нельзя найти другой способ?..

Моя наивная человеческая реакция, должно быть, снова позабавила Джейсона. Он сурово нахмурился и буркнул:

— К сожалению, нет, Ариэль. Такова жизнь на море — суровая, без сантиментов. Либо держишь команду в кулаке, либо она разнесет корабль на щепки.

В этот момент из-под палубы выбрался здоровенный матрос с кривым шрамом через все лицо и маленькими злыми глазками. Он что-то ворчал себе под нос, расчесывая редкие волосенки на голове.

Джейсон выпрямился и окинул моряка цепким взглядом.

— Что ты там бормочешь, Лодж? Выкладывай начистоту.

Моряк оскалился и шагнул к нам. Вблизи от него разило каким-то отвратительным запахом.

— У нас пропал ром, капитан, — прохрипел он. — А эту девку, говорят, уже видели в трюме. Может, она приговорила последний бочонок, а?

Джейсон резко выбросил руку, отталкивая его от меня.

— Закрой пасть, мерзавец! — рявкнул он, гневно сверкая глазами. — Ариэль была у меня все это время.

— А я-то думал, капитаны обычно следят за тем, чтобы их шлюхи не шарились по судну, — осклабился Лодж, показывая желтые зубы.

Повисла тяжелая тишина, во время которой я боязливо прижималась к Джейсону. Неужели он поверит в эти безумные обвинения?! Но когда я подняла глаза, то увидела, что лицо капитана потемнело от ярости.

— Заткни свою гнилую пасть, пес, — процедил он сквозь зубы. — Или я заткну ее твоими же зубами!

С этими словами Джейсон обхватил меня за талию, разворачиваясь так, будто закрывая меня от Лоджа.

Матрос презрительно сплюнул под ноги, но развернулся и ушел, злобно бормоча проклятья. Никогда еще я не видела человека таким разъяренным.

Едва звук его шагов стих, Джейсон резко отстранил меня и вперил в меня горящий взгляд.

— Ариэль, прошу, не доверяй этим скотам, что бы они ни говорили, — произнес он тихо, но с нескрываемой яростью в голосе. — Я знаю их всех, как облупленных. Если хоть кто-то обидит тебя, они ответят передо мной.

Слезы благодарности навернулись на мои глаза оттого, что он так смело встал на мою защиту. Я прильнула к его груди, на миг вдохнув запах соли и мужского пота. Джейсон бережно погладил меня по волосам, укачивая, как ребенка.

— Не бойся, я присмотрю за тобой, Ари…

Ночь окутала палубу призрачной дымкой. Бархатная тьма стирала все очертания, превращая корабль Джейсона в зыбкий морской мираж. Я стояла у борта, опираясь локтями на потертый лак поручней. Прохладный ветерок шевелил распущенные волосы, путаясь в них и завязываясь морскими узлами.

Я прислушивалась к дыханию моря, размеренным вдохам и выдохам прибоя. Это было моей настоящей стихией, той самой, что зовет меня вернуться в глубины и быть частью Великого Потока. Но мои мысли уже не жаждали бездн — я стремилась наверх, к человеческому миру и его новым горизонтам.

Шаги Джейсона нарушили ночную тишину. Он неторопливо подошел и встал рядом, тоже облокотившись на поручни. Некоторое время мы молчали бок о бок, разделяя дыхание океана.

— Что-то тревожит тебя, Ариэль? — наконец нарушил тишину Джейсон, бросив на меня внимательный взгляд.

Я покачала головой, не в силах облечь в слова переполнявшие меня чувства. Как объяснить ему всю глубину моих перемен, мою жажду обрести что-то новое, что-то исконно человеческое? Он бы не понял.

Но Джейсон не торопил меня с ответом, позволяя собраться с мыслями. Лишь осторожно коснулся моей руки, словно ободряя.