"Фантастика 2024-125". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Кун Антон - Страница 1185

— Ты вот иногда как скажешь, блин… — девушка поднялась с кровати и принялась натягивать одежду. — Я подумаю. Вот прямо сейчас и подумаю. Вопрос серьезный, на самом деле, и много на что влияющий, — уже полностью одетая Гайка стояла у дверей. — Ну, мы идем?

Я кивнул и пошел первым, показывая дорогу. Возле входа в баню крутился Банан и, увидев нас, призывно замахал руками.

— Всё как у людей, Метиз! В парилке жара, в бассейне вода чуть выше двадцатки, в холодильнике пива там и всякого остального завались. Отдыхайте, в общем. А как закончите, так мне сообщение скинь, добро?

— Так и сделаю, Банан! Спасибо! — крепко пожал ему руку и закрыл входную дверь на засов.

Для начала минут пятнадцать посидели на разогреве в парилке. Я поддал жару и, чувствуя, как приятное тепло растекается по телу замер. Но уже через семь секунд мне этого показалось мало. Встал, взял ковшик, наполнил его водой и снова плеснул на разогретые камни. Снова пшикнуло и густой пар заполнил всю парную. Хорошо! Когда еще через десять секунд я встал и забросил очередной ковшик, Гайка пискнула и переместилась на лавку ниже. Я же от избытка наслаждения замахал руками, еще больше нагоняя разогретого воздуха в чресла. Хотелось еще больше температуры, та, что была в парилке, меня уже не устраивала.

— Отдохну, — быстро оповестив меня, Гайка вылетела из парной.

Я же, встав напротив камней, принялся плескать на них воду. Толстые паровые облака впивались в моё тело, принося неимоверное наслаждение. Завышенная Выносливость нивелировала все негативные воздействия, от высоких температур оставляя лишь только чувство радости и перерождения. Ополоснувшись, вышел из парной, взял протянутую мне Гайкой бутылку холодного пива и с жадностью приник к горлышку.

— Ты меня парить при такой же температуре собрался? — скептически глядя на меня поинтересовалась девушка.

— Ты против?

— Конечно я против! Я же не ты, у меня статы в небеса не задраны.

— Но ты же хочешь, чтобы тебе хорошо стало? Значит, придется потерпеть немного.

— Немного я смогу, — с внутренним напряжением согласилась она.

— Ты, как ни разу в бане не была… — я хмыкнул.

— На Континенте не была. Сам что ли был?

Кхм… Подловила. В бане я точно не был. Но, вот я абсолютно точно уверен, что люблю это дело. И не просто люблю баню как место, где можно помыться, а именно как некий ритуал. Соответственно и сама баня должна быть определенной, не всякая подойдет. Сауны с сухим паром, это сразу мимо. Воздух в бане должен быть влажным, практически доползать до точки росы и никак иначе. Ну и еще пара правил есть, но это уже не в этот раз.

— Не был, — кивнул я, соглашаясь, после чего сграбастал девушку и понес в парилку.

Нахлобучив на неё банную шляпу, поддал пару, совсем чуть. Так посидели минут пять, после чего я еще раз немного добавил температуры. Вот теперь можно и попариться. Кадку с заваренным веником поставил на нижнюю лавку, и попросил Гайку улечься горизонтально. Та легла на спину, прикрыв рукой пах и соски грудей. Ну вот, а говорит, что не в бане не была. Всё ведь правильно делает. Или это память тела?

Пробежался по телу девушки падающими с вениками каплями холодной воды и понемногу начал опускать веник на её тело. Сначала медленно, но с каждой секундой наращивая темп понемногу. И уже буквально через минуту Гайка начала повизгивать. Поработав пару минут, перевернул её на живот и повторил. И так еще раз, по кругу.

— Всё, можешь идти, — разрешил я, посчитав, что девушка получила свой причитающийся ей заряд бодрости.

Та не переставала визжать последние минуты три и умоляла отпустить её, но всегда натыкалась на одно лишь слово: «Рано!». И вот услышав желанное предложение, она вылетела из парной как на крыльях. Послышался частый топот босых ног, всплеск воды и очередной визг прокатился по бане. Ясно, в бассейн нырнула. Пора и мне попариться. Накидав пару, так что в метре терялась видимость, принялся нещадно хлестать себя веником так, как будто делаю это в последний раз. И ничего удивительно не было в том, что минут через десять от веника остались одни лишь палочки. А второго я не взял, не посчитал нужным. Ладно, и так вроде бы неплохо. Встал с лавки, опрокинул на себя приготовленный тазик с водой. Вышел из парилки и, подпрыгнув, нырнул в воду, в которой плескалась Гайка.

— Как тебе парная? — выныривая возле нее, поинтересовался я.

— Как заново родилась! — девушка сверкнула глазами и с какой-то звериной жадностью впилась в мои губы.

С игрищ в бассейне мы переместились на диван, а после, на кровать в комнате отдыха. В Гайке, будто демон вожделения проснулся и никак не хотел засыпать. И я со всей своей хваленой Выносливостью еле справился. Но, справился. И вот теперь угомонившись, она лежала на моём животе и, смотря в потолок, тяжело вздыхала.

— Не кручинься, красна девица. Всё решим, — поддел я её.

— Да что ты говоришь, добрый молодец? Вот прямо так возьмём и решим?

— Ага, только для этого надо, чтобы мне сказали, что конкретно волнует и тревожит барышню.

— Если очень коротко, то ты.

— Оп-па, приехали…

— Есть такое, — Гайка встала и сходила за пивом. Протянула мне одну банку, открыла свою и за пару глотков осушила её. — Пошли, погреемся немного. А то вроде как в баню пришли, а сами ею не пользуемся.

Возражать даже и не подумал. Молча поднялся, схватил еще пару банок пива и направился в парную. Там бросил пару ковшиков воды на камни, забрался на лавку и приготовился слушать. В то, что мне сейчас поведают нечто новое и возможно интересное я не сомневался.

— Ты пойми, Метиз. Я, как и любая дурочка, мечтаю о постоянстве, — глотнув пива начала Гайка. — Постоянство во всём. В месте жительства, планах, мужике, заработке… Только, вот это Континент и здесь такое практически не встречается. А отряд, он как семья. Нечто такое, что каждый из нас становится лишён, приходя в этот мир. Если ты действительно сможешь организовать что-то такое, я буду очень рада. Мы мало знакомы, это, правда. И особо романтических чувств между нами быть не может, но если я тебя устраиваю как боевой друг, и та, что дарит тебе тепло по ночам, то я с тобой. Я не настаиваю на кандидатурах Совы и Шибера, тебе самому решать. ТЫ — лидер и этим всё сказано.

— Что пойдешь со мной и в огонь и воду и далее по тексту? — я хмыкнул, хотя внутри себя всерьез обдумывал её слова.

— И даже дальше! — очень серьезно отозвалась девушка.

Думал и не мог никак понять, от чего я бегу? Что мне вот прямо сейчас мешает сказать «да»? Ситуация ведь на данный момент гипотетическая и в ней куча «если» и «возможно». Хочу ли я сам быть частью такого отряда? С одной стороны, да, а вот с другой…

Все мои размышления прервал требовательный стук во входную дверь. После которого из-за двери раздалось очень томным голосом: «Мальчики, мы пришли!». На требовательный взор Гайки я только пожал плечами, мол, это не я и вообще тут не при делах.

— Эх, — тяжело вздохнув, девушка поднялась с лавки и направилась к выходу из бани. — Давно я шалав на место не ставила.

Посчитав, что девушка вполне сама справится с проблемой внезапного появления жриц любви, блаженно прислонился к стенке. Поддать немного надо, а то снизу уже холодком тянет, там бетонное основание и слив, вот и остывает всё быстро. Или это не снизу?..

Мозг, мгновенно всё осознав, отдал приказ телу. Буквально скатился с лавки, открыл дверь и влетел в коридор. Два шага по нему и, не сбавляя скорости и крича «Стой!», вывалился из-за угла, упав при этом на пол. Я не успел.

Сухо прострекотал короткоствольный автомат с глушителем и нашпигованное свинцовыми осами тело Гайки, повалилось на дощатый пол, заливая его кровью. Вскочил, понимая, что Гайке уже не помогу ничем и, собираясь уйти в Мерцание, поднял взгляд на убийцу.

Густые черные вьющиеся волосы, уложенные в затейливую прическу, с соединением на голове трёх косичек. Глаза девушки, чуть раскосые, с необычайно длинными ресницами, были чёрными, как самая безлунная ночь и столь же божественно желанными. Полные, алые губы, ярко выделяющиеся на тёмном лице. В девушке явно прослеживалась толика восточной крови, придающая ей томную загадочность. И даже армейский камуфляж не портил её фигуру, достойную императрицы всех живых людей в этом мире. Тяжелая, не ниже четвертого размера грудь равномерно вздымалась вверх и также опускалась вниз, заставляя думать только о её упругости. Тонкая талия, на которую хотелось опустить руки, и бедра, сводящие с ума одними своими изгибами.