"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - "NikL" - Страница 949

Загнав патрон в ствол, я прицелился сквозь оптический прицел, совместил крестик с блестящей башкой, выдохнул и…

Ба-бах!

— Ай, сука! — возопил я, когда отдача толкнула меня в плечо, отбрасывая назад, в руки генерала Ингве и заместителя.

Кстати, как моего заместителя зовут? Впрочем, неважно, он мне разонравился. Дам ему второй шанс в следующей жизни. Если со второго раза запомню имя — значит, он не зря старался.

— Лсихулу попал!

— Какой прекрасный выстрел!

— Почти победа!

Приближённые, стоя чуть в отдалении, делали именно то, ради чего я их терпел. Выполняли обязанности моих собутыльников и группы поддержки. Вот и сейчас они успели заметить моё шикарное попадание! Я, кстати, тоже!

— Я перестреляю их, как в тире, смотрите!.. — рявкнул я, доставая новый патрон.

Новый выстрел, и новый враг падает на землю. А я в этот раз удержался на ногах. Какая же жуткая отдача! Не было бы компенсатора, я бы после каждого выстрела летал, как пуля — только в обратном направлении. А так хоть был шанс устоять на ногах.

Мимо с рёвом и гиканьем пробежала третья волна бойцов. Со стороны роботов полетели плазменные шары, взрывчатые дроны, какие-то лучи… А я повернулся к Ингве.

— Генерал! Отправляй всех, кто остался в резерве! Мы сомнём эти жестянки! — провозгласил я.

— Так точно, мой Лсихулу!

— Но… Но, может, оставить резерв? — подал голос мой заместитель.

Я бережно передал своё ружьё генералу, вытащил револьвер и стал его перезаряжать.

— Слушай, я тебя зачем сделал моим заместителем? — спросил я у парня. — Чтобы ты умничал, что ли? Советы мне давал?

— Мне… Мне казалось, что да, мой Лсихулу… — растерянно ответил тот.

— Твоя задача — восхищаться мною! И делать так, чтобы я не скучал! И вначале у тебя получалось, мой заместитель. А теперь ты стал плохой… В следующей жизни постарайся быть хорошим заместителем!

— Йини? — удивился тот, уставившись на меня.

Я стрелял от бедра, как заправский ковбой из Америки! Башка моего зама разлетелась ошмётками, а приближённые разразились аплодисментами.

— Прекрасно!

— Как красиво!

— Бух! И он дома!

— Кто там, вашу ниггерскую мать, домой захотел? — нахмурился я, резко повернувшись к придворным.

Они резко расступились, указывая на полненького Хевзи. Меня всегда удивляло, как это существо умудряется набирать вес на наших скудных харчах… Но факт остаётся фактом.

— Домой захотел? — спросил я у Хевзи, а тот часто закивал в ответ.

— Да! Да, мой Лсихулу! Тут плохо пахнет! — ответил мне этот изнеженный ниггер.

— Это запах плазмы, гари и настоящих мужиков! — рявкнул я, заставив его задрожать. — Но раз ты домой, то забери-ка моё ружьишко! И смотри не потеряй!

— Да, мой Лсихулу! Да! — сразу закивал Хевзи. — Я всё донесу!

— Не смей меня предать! Я тебя из-под земли достану! — предупредил я.

— Нет! Мой Лсихулу! Никогда! — сразу же соврал Хевзи.

— Всё, встретимся в лагере, жирный ниггер! Проваливай! — отмахнулся я.

— Но, мой Лсихулу, а как же победа? — удивился генерал Ингве.

— Победа… Генерал, конечно же, у нас будет победа! — я остановился и посмотрел, как вдалеке в разрядах плазмы гибнут бойцы второй и третьей волны. — Неужели ты сомневаешься?

— Нет, мой Лсихулу! — сразу же ответил Ингве. — Но, видимо, не сегодня?

Плох тот вождь, кто не может угробить несколько тысяч ниггеров ради своей цели. А моя цель — спасти этих ниггеров. Каламбур же! А? Угробить несколько тысяч ниггеров ради жизни этих угробленных ниггеров. Красиво, да?

На Земле бы не оценили, а тут — ничего, хорошо звучит.

Но ещё хуже вождь, у которого одна убойная пуха против роботов, и ту он потеряет на поле боя. Ведь не могу же я отпустить всех бойцов в хорошую драку, а сам скучать! Ха-ха-ха!

Мы завалили по пути десяток этих железяк. Оказалось весело. И зачем мне сейчас пропустить такое веселье? Покажем жестянкам, что и мы, вожди — крутые парни!

Возможно, я псих… Впрочем, я точно псих! Но я такой не один. Вокруг меня нет ни одного нормального человека. Вся эта свора приближённых, которые только и ждут, как бы нажраться во славу своего вождя… Мой заместитель, который решил, что он важная птица… Генерал Ингве… Вот он, кстати, ещё ничего такой ниггер!

Но даже он слегка псих. Самую малость! Я вообще не понимаю, почему он меня слушается и как терпит на должности вождя. Он почему-то верен мне, психу! Значит, он тоже псих. А что отличает меня от других психов?

Да то, что я не скрываю свою суть! Отрезав при редактировании матрицы всё лишнее, я стал жить полной жизнью! Мне нужна власть ради власти! Я не хочу страдать от несбыточных желаний и амбиций! Я тот, кто есть прямо сейчас и прямо здесь. И все мои желания исполнятся прямо здесь и сейчас! Я знаю, что я псих! Я этим горжусь!

А все остальные пыжатся изобразить из себя нормальных! Даже мои бойцы бегут прямо на смерть с радостными воплями и думают, что всё это ради высоких целей. Полные дебилы… Всё это потому, что одни роботы на орбите не справились с другими роботами. И теперь нашими руками хотят их добить.

Я не против, чтобы меня использовали. Но с каждым сражением тут будет оставаться много-много оружия. И каждый раз мы будем приходить с новым оружием. И так до тех пор, пока я не пойму, что оставленный в этой земле боезапас не обеспечит мой народ нормальным оружием на сотню лет вперёд!

И только тогда я, Лсихулу, приведу свой народ к победе. Полной и окончательной.

— Что, Ингве? Ниггеров стало жалко? — спросил я генерала.

— Оружие жалко, мой Лсихулу! — ответил тот.

— Оно будет лежать здесь и ждать, когда мы придём с новым оружием, — ответил я. — Мы все возродимся в лагере, купим всё новенькое и снова отправимся сюда. И так день за днём. Месяц за месяцем. Мы завалим этих роботов трупами, и каждый из нас сделает это, как минимум, раз двадцать!..

Я вытащил револьвер, поднял руку над головой, и вместе с набегающими бойцами резерва кинулся в бой. Я кричал: «Вперёд, мои верные ниггеры!». А они отвечали мне: «За Лсихулу!».

Впереди рвались взрывы, летели плазменные шары, а мы шли в атаку, чтобы показать всем, что мы, ниггеры — крутые психи! Даже япошки!

Глава 27

Чрезвычайно небоевая

Дневник Листова И. А.

Пятьсот двадцатый день. Награда и наказание.

Эмили грустно выла.

Увы, девушка, временно назначенная руководить факторией, и руководителем оказалась не очень, и бойцом никаким. В её случае Семён конкретно дал маху…

Успев перед боем перекинуться парой слов с учёными, Мелкий выяснил: они тоже ей недовольны.

К сожалению, с самого начала Эмили повела себя как тиран, деспот и самодура. И первое, что она сделала — запретила подходить к Большому Алтарю без её разрешения. Мол, раз в Алтарном такие порядки, то и здесь будет так же. В её милой голове даже не попыталась задержаться мысль, что свободный доступ — это дополнительный стимул для работы в фактории.

Поставки из Алтарного шли неравномерно, но даже при нехватке чего-либо Эмили отказывалась подпускать людей к Большому Алтарю. И, конечно же, совершенно не желала покупать нужное для работ в фактории за свои баллы. Хоть они ей и начислялись СИПИНами в больших количествах.

Причиной такой щедрости было то, что любые исследования Эмили требовала проводить под её руководством. И все результаты надо было получать в её присутствии. Бур с тремя помощниками открыл ещё два месторождения меди, и оба раза приходилось ждать прибытия девушки, чтобы на её долю перепали баллы.

В общем, хоть Эмили и обзывала меня похотливым кобелём, но сама уже давно получила прозвище — Бледная Кака. И если со второй частью прозвища всё было понятно, то насчёт первой единого мнения не было…

Одни учёные говорили, что это из-за её светлого цвета волос. Другие настаивали на том, что Эмили помешана на здоровье кожи и боится загара. Третьи осторожно намекали на то, что после этого выезда в факторию многие хотели бы видеть её именно бледной. И совсем чуточку неживой.