"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - "NikL" - Страница 938

Молился, чтобы станция не села на наш лагерь.

И радовался тому, что лежу в высокой траве, и меня не видно моей отважной, но тупоголовой армии.

А потом я выдохнул… Потому что хорошо помнил, где находится вершина, на восточном склоне которой стояли капсулы. И станция как раз подлетала к ней, но была по-прежнему высоко!.. Я даже открыл рот, чтобы призвать гвардейцев. Пусть найдут и накажут того, кто вспомнил про Невезучего Нэо!..

Но именно в этот момент станция резко клюнула вниз…

Зацепилась за вершину…

Прогромыхала по ней…

А потом эта огромная конструкция, которая сама была размером с проклятую гору, обрушилась на землю!.. Обрушилась не там, где был наш лагерь. Но взорвалась при обрушении, железяка бесчувственная!..

Наверно, взрыв стоил того, чтобы на него посмотреть… Не каждый день увидишь подобное зрелище.

Но я не стал… Поэтому, едва лишь появился крохотный купол света, я тихонько перевернулся на живот. И пополз. Ведь как только мои воины поймут, что случилось — они перестанут быть моими воинами.

Я полз так быстро, как только мог. Сначала на восток, потом — на север. К реке.

Именно там было моё спасение! Переправиться через бурные воды, выбраться на другой берег… И бежать. Иначе мне не жить. Эти суеверные идиоты меня не простят, чтоб им пусто было…

Впрочем, им и так уже пусто. Но мне-то от этого не легче! И особенно нелегко мне будет, когда они начнут меня убивать. Возможно, даже с особой жестокостью. А репликационной капсулы у меня больше нет…

Я решил бежать на восток. Так далеко, насколько получится. А ещё решил не отчаиваться. Мне просто нужно добраться туда, где есть большие репликационные комплексы!..

Когда умерла моя капсула, я как раз успел проползти несколько метров. И я почувствовал всё… Связь лопнула, будто струна, больно щёлкнув где-то внутри. Мой дом, моя надежда на возрождение… Будто ты всегда знал, что у тебя есть дом, в который можно вернуться. А потом возвращаешься и видишь: дом сгорел. И твоя семья сгорела вместе с ним.

От этой сосущей пустоты хотелось выть!.. И я слышал, как воют мои бывшие люди. От боли из-за потери капсулы. Из-за смерти своих женщин. От безысходности и отчаяния.

А значит, сейчас они очень хотят сорвать на ком-нибудь свою злость и боль.

И самой подходящей кандидатурой был я.

Могу их расстроить: меня не устраивал такой вариант! Поэтому, сжав зубы, чтобы тоже не завыть, я продолжал ползти. Навстречу тому ужасу, который должен был прийти с востока.

И он пришёл!

Его я тоже почувствовал… Этот страшный гул и грохот, этот треск ломаемых растений и деревьев, рёв ветра… И жар… Слабенький, но всё же ощутимый жар того ада, который разверзся у гор. Я вжался в землю, в пересохшее русло ручья, стараясь вытянуться в струну.

Но я слышал крики боли и страха со стороны лагеря. Те, кто не успел спрятаться от взрывной волны, получили по полной. И мне это было сейчас на руку!

Стоило признакам взрывной волны ослабнуть, как я снова пополз.

Я полз даже тогда, когда волна воздуха ударила с другой стороны. Я всё ещё был в пересохшем русле, и мне было плевать. Да, меня немного помотало, но я продолжал ползти. Я знал, что у меня есть, как минимум, несколько минут, прежде чем меня начнут искать.

Погоню я тоже почувствовал, не глядя!..

Но я уже свалился в воду и плыл к другому берегу, не особо борясь с течением. Чем дальше получится убраться — тем лучше для меня.

Я выбрался на берег через полкилометра. Выбрался и сразу же пошёл на север. Там, как я знал, был Алтарь Вознаграждения. А у меня пока ещё были баллы моей группы.

Много баллов. И я собирался потратить их на снаряжение.

По пути я молился об одном: лишь бы у моих болванов не хватило ума сразу меня сместить. Или чтобы они не смогли быстро собрать для этого нужное число голосов.

И у меня получилось! Как же приятно было тратить баллы на себя!..

Больше года я не позволял себе этого! Ни разу! Я всегда тратил на своих людей! Всегда! Даже когда покупал для себя командирский шатёр — это было не моё решение.

А сегодня я решил забрать своё. С процентами. Поэтому тратил всё, что накопилось. И пусть предательские голоса в голове шептали, что, возможно, мои обездоленные воины, наоборот, сплотятся вокруг меня… Но я решительно отметал эти глупые мыслишки.

Нет, Невезучий Нэо! Не стоит ждать от людей добра, если не видел его. Сегодня, Нэо, ты сам по себе. Нет больше войска Страны Восходящего Солнца. Нет больше твоего народа.

Остался только ты. Ты и твой последний шанс выжить. Так что набирай, как в последний раз! Набирай столько, сколько сможешь унести. И уходи!

Так я решил. И так я поступил.

От Алтаря Вознаграждения я пошёл на северо-восток, обходя по широкой дуге и владения зулусов, и возможные маршруты моих бывших людей. Это было начало конца, в котором я не хотел принимать участия. И который не хотел видеть.

А вечером у меня пропал доступ ко всем общественным функциям в интерфейсе. Я спросил у СИПИНа, что это значит… Но этот предатель мне не ответил. И я вспомнил, что они больше не отвечают одиночкам… Хотя, может, ему просто не до меня было после того, что произошло в небе?

И я продолжил свой путь. Любой конец — это новое начало. Для того, кто сумел выжить и сохранить боевой дух. А значит, это только начало моего пути. Я найду себе дом и завоюю там уважение. Чего бы мне это ни стоило!

Глава 22

Чрезвычайно роботизированная

Дневник Листова И. А.

Пятьсот пятнадцатый день. Маленькие металлические уродцы!

— Так! А теперь тихо! — попросил Пилигрим.

Вот только мы и так старались не шуметь, честное слово!

Ведь там, буквально в нескольких километрах от нас, рос самый настоящий кибернетический муравейник. Я-то сначала думал, что роботы заделывают поломки станции. Но чем больше мы сидели в промоине на склоне, тем понятней было: они её разбирают!

Просто делают это очень аккуратно. Чтобы вся эта циклопическая конструкция, которая и так стонала, как огромный раненый великан, не обрушилась им на головы. Где-то приходилось закреплять проходы, где-то, наоборот, растаскивать завалы. Но, в общем и целом, если судить по кучам материалов, росшим рядом с упавшим сегментом станции… В общем, стоны конструкции явно были её лебединой песней.

Ну а мы оказались в плачевном положении! Во-первых, трое из девяти извозчиков были ранены, и весьма серьёзно. Кроме того, ранение получил один из багов — причём на загривке, где крепилась та штука, которую отец Фёдор называл ярмом.

К счастью, хотя бы повозки и снаряжение практически не пострадали. А большинство бойцов отделались либо царапинами, либо лёгким испугом. Значит, по крайней мере, в убойной мощи мы не потеряли. Но стоило ли этому радоваться? Роботы всё-таки были представителями высокоразвитой цивилизации. Мало ли, какие у них сюрпризы по наши души найдутся…

В общем, к продолжению пути мы подготовились основательно. Скрепили все фургоны в единый поезд, запряжённый восемью багами. Раненых уложили в кузова. Проверили оружие, набили карманы и подсумки патронами.

А выходить всё равно было боязно.

Да что там… Мы понятия не имели, куда теперь идти. Был же и ещё где-то на севере взрыв. А, судя по высоте и форме выросшего гриба, нельзя было исключать чего-то ядерного или термоядерного. Роботам-то плевать, фонит от них или нет. А вот нам как-то… Некомфортно будет.

И, что печально, СИПИНа дозваться не получалось. А у меня к нему было много неприятных вопросов. Да хотя бы понять, о каком предательстве он говорил… Уже было бы полегче. А больше всего мне хотелось понять, не ждёт ли нас впереди выжженная радиоактивная пустошь. Но ответа не было…

Я решил отталкиваться от того, что гибель своей капсулы всегда чувствуешь. А раз мы этого не ощутили, то наши капсулы целы и невредимы. И, значит, Алтарное должно было устоять. А уж есть ли там радиоактивность или нет… Разберёмся по факту.