"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - "NikL" - Страница 911

Горы забрали многих колонистов. Но тем, кто выжил — много и подарили. Год назад я и подумать не мог, что у меня будет собственная винтовка, револьвер, ружьё, Кэт… Тоже с винтовкой, ружьём и револьвером… А ещё состояние в баллах. И статус в немаленьком таком обществе.

Горы научили нас ценить тех, кто рядом и готов помочь. Мы поняли, как важно держаться друг за друга.

Мы вышли к морю измотанные, уставшие и растерянные. А теперь наша группа была одной из самых влиятельных в Алтарном.

И теперь мы снова были в горах… Чем на этот раз они нас одарят? И что заберут взамен?

Глава 10

Чрезвычайно перевальная

Дневник Листова И. А.

Четыреста семьдесят четвёртый день. По снежной дороге.

Наш лагерь был неподалёку от снежного языка, который натоптали гигантские черепахи. Год за годом, миграция за миграцией, эти огромные существа переносили на ногах снег с гор, а потом — грязь из долин. И этот слоёный пирог из грязи и снега всё рос и рос, превращаясь в своего рода ледяную дорогу — по которой утром и выдвинулась наша экспедиция.

Ноги багов — это отдельный шедевр здешней природы. Круглые, будто слоновьи пятки, покрытые плотной мозолистой кожей. Широко расставленные пальцы-когти с плоским треугольным основанием. Этот набор «читов» позволял багам быть природными вездеходами, перемещаясь практически по любому типу местности. А почти незаметные на первый взгляд острые бороздки поперёк когтей, как рисунок протектора, держали этих сильных животных на льду.

Единственное, к чему баги не были приспособлены — это к недостатку кислорода. Впрочем, мы тоже. Но это не мы тащили багов, а они — нас. Бедные зверюги вонюче потели, жалобно ревели, но всё-таки шли, куда их направляли возничие.

Ну а я, сидя в фургоне, переделанном в сани, пытался побороть симптомы кислородного голодания: слабость, лёгкую тошноту и головокружение. И остро сочувствовал багам.

Даже Русый решил на сей раз остаться в кузове. То ли понимал, что бесполезно искать очередной допинг на голых камнях, то ли просто неважно себя чувствовал. А вот Хромая никакого дискомфорта не испытывала. Этой горы были явно привычны.

Баги тащили фургоны всё выше и выше, мало-помалу огибая горный пик и выходя на перевал, ярко освещённый солнцем. И вскоре вокруг нас засверкали вечно-белые снежные шапки гор, нетронутые никакой грязью.

Снег так блестел, что приходилось щуриться. А иногда и приставлять руку ко лбу, как козырёк, защищаясь от вездесущего света. Пока сам с этим не столкнёшься — как-то не верится, что человек может ослепнуть, просто глядя на солнечный свет, отражённый от кристалликов льда.

Когда мы готовились штурмовать перевал, Пилигрим уговорил меня активировать Алтарь. Сказал, что нужно закупить всем солнечные очки с боковыми шторками. Тогда это предложение вызвало недоверчивые улыбки: мол, старина Грим — тот ещё перестраховщик.

А теперь все разом полезли в рюкзаки, напяливая эти самые очки. Просто чтобы не ослепнуть. Всё-таки яркое южное солнышко и снег — убийственное сочетание…

А ещё пришлось останавливать багов, чтобы защитить их глаза тоже. Для этого им на морду к сбруе прикрепляли куски ткани. Правда, с тонкими дырочками — ну чтобы через них хоть как-то видеть. Обновка консервативным животным не понравилась, и теперь они недовольно похрюкивали на возниц.

А ещё стало совсем холодно. С перевала вниз срывался пронзительный, пронизывающий до костей ветер. Это на Земле альпинистское снаряжение включает тёплый комбинезон. А мы обходились купленной тёплой одеждой, которая явно не была рассчитана на такие условия.

Минимум синтетики, максимум натуральных материалов! Видимо, это девиз ассортимента одежды, которую продают на Алтарях. Флис, нейлон, микрофибра, полиамид, болонья, таслан? Забудьте! Будем использовать парусину из девятнадцатого века! Практично и натурально, блин!

И нет, я про ткани вообще ничего не знаю. Это Кэт сзади бурчит, кутаясь в товарную позицию «натуральный шерстяной плед».

За время остановки мы, кстати, все успели утеплиться. Я, например, надел поверх летнего экс-трико тёплый свитер и плотную кожаную куртку с меховым подбоем. На голову водрузил меховую же шапку-ушанку, а на ноги натянул вторые штаны с начёсом и меховые ботинки. И всё равно чувствовал себя не очень комфортно…

Первое время нам везло. Баги хоть и замедлились, но всё ещё держали приличную скорость. Да и перевал меж двух горных пиков оставался пустынным. В итоге, мы просто ехали по дороге, утоптанной огромными ногами, держась правой стороны. И старались не забираться в снежные завалы по центру.

А высота снега с каждой сотней метров увеличивалась. Да и снежные шапки на склонах как-то не внушали спокойствия… Это гигантским черепашкам на лавины плевать. Подумаешь, занесло снегом по колено! А вот нас такая лавина надёжно погребёт под собой.

Понимали это все до единого. Включая, похоже, даже бестий. И очень старались не шуметь, с опаской поглядывая на горные кручи. А я изо всех сил надеялся, что мы всё-таки проскочим без приключений. Зря, что ли, СИПИН говорил о нашей с отцом Фёдором везучести?

Зря, видимо…

— О-О-О-О-О! — прозвучало за гребнем перевала, едва из-за него показалась огромная покатая спина.

Этот вздох отразился от горных стен, и снег в километре от нас медленно потянуло вниз… Всё быстрее, быстрее…

И вскоре с гулом, свистом ветра и грохотом в проход обрушилась та самая лавина, которой мы так боялись. К счастью, впереди, а не прямо на нас.

А спустя секунду что-то дёрнуло меня обернуться назад…

И вовремя.

Рядом с шестым в цепи фургоном снег буквально взорвался, выпуская наружу ревущего «пушистика»…

— Но! Но! Давай, родимый! — отец Фёдор принялся подгонять бага.

И этим сейчас занимались все возницы, заставляя животных перейти чуть ли не в галоп. Сани рванули прочь от «пушистика»…

Прямо навстречу огромным ногам гигантской черепахи.

Я перескочил в кузов фургона, чуть не вывалившись из-за тряски. Быстро достал из-за спины ружьё, затолкал в него патрон с пулей — и попытался прицелиться в хищника.

А это оказалось сложно… Мало того, что фургон подо мной ходуном ходил, так ещё и «пушистик», опомнившись, кинулся ловить разгоняющуюся добычу. Правда, никак не мог решить, кого выбрать, и метался из стороны в сторону.

С фургонов, что были поближе, уже стреляли вовсю. Кто-то даже «слонобой» умудрился использовать. Вот только заряд картечи прошёл мимо цели, впустую взорвав снег по центру перевала.

И да, «пушистик» был поменьше своих полярных собратьев. Но всё равно крупнее, чем самые большие мишки на Земле. И бегать умел хорошо. Хоть и не быстрее улепётывающих багов. И пусть его шерсть не держала пулю, но и раны пока были не слишком опасные. Несколько попаданий пустили ему кровь, но не убили. И не обездвижили.

Первый выстрел я сделал как раз в тот момент, когда «пушистик» понял, что не сдюжит сожрать столько добычи в одиночку.

И заревел на весь перевал.

Откликаясь на его рёв, впереди нас из снега вырвалась пара его собратьев. А где-то в стороне тоже послышались новые голоса в «перекличке».

К счастью, только первый «пушистик» прятался по центру перевала. Остальные предпочитали спать на горных склонах. Иначе бы я сильно засомневался, что стоит сворачивать в центральный сугроб, чтобы увернуться от ног гигантских черепах. Одна из которых, к слову, как раз приближалась к нам…

А снег, даже на утоптанной части пути, между тем становился всё глубже. Ревущие баги изо всех сил рвались вперёд, утопая в снегу по колено — несмотря даже на свои чудесные широкие ноги. Фургоны-сани истерически дёргались, то и дело застревая в сугробах. И пусть «пушистикам» тоже приходилось непросто, но нам-то от этого было не легче!..

— Вперёд! Стреляйте по тем, впереди! — кричал Пилигрим, переключая внимание нашего фургона на цели выше по склону.