"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - "NikL" - Страница 1442

— Больно уж халатно Зевс спрятал вас. Тупо надеялся, что никто не заглянет в гости к изгоям? Его аферу раскусили бы на раз-два.

— Три столетия, — напомнила Метида. — На что бы он ни надеялся, но его надежды оправдались. К тому же… Ты пробовал говорить с Аидом или Прокрустом? Или, может быть, с Немезидой? Зевс поставил на нас мощную защиту. Мы не могли ничего рассказать по существу: кто нас проклял, зачем и когда. Мне стоило огромного труда намекнуть тебе на закономерность, с которой появляется Зевс. Но его погубила сентиментальность. Он не пожелал расстаться со мной навсегда. Сохранил возможность, чтобы меня проглотить вновь. Но не подумал, что это может сделать кто-то другой. Даже человек.

— Он бы не согласился. Ну, будучи на вашем месте.

— Моя гордость умерла много лет назад. Единственная лазейка, чтобы освободиться. Я бы была пустоголовой казаркой, если бы не воспользовалась шансом.

— Погодите-ка, — я прикрыл глаза, мысленно прокручивая всю информацию. — Перун поделил магическое ядро и вставил его в ваши тела, сотворив своеобразные якоря. Но… Разве это его не ослабило?

— Примерно на четверть от исходной силы, но Перуна он убил до этого.

Прозвучало то, о чём я уже подспудно знал.

— Но зачем делать всё под чужой личиной? Лишняя морока, — я пристально взглянул в зеркало, словно пытаясь рассмотреть Метиду внутри своего тела.

— Путь отступления, — если бы Богиня могла, она бы пожала плечами. — На случай, если Зевс потерпит поражение. Все будут думать, что преступник — Перун, чей облик он принял. К тому же это позволило бы ему объявить войну славянскому Пантеону вполне официально. Ведь Перун проявил агрессию первым.

— Ладно… — протянул я задумчиво. — Но всё равно странно. Если он задумал всё давным-давно, то почему так долго ждал? Целых триста лет притворяться Перуном, рискуя разоблачением?

— Переоценил свои силы, — усмехнулась Метида. — Зевс едва не погиб во время сражения с Перуном. Он победил не благодаря своему могуществу, а коварству. Перун его почти выиграл. Он сильно ранил Зевса, и тому не оставалось ничего, кроме как сдаться. Перун поверил ему… Всё же когда-то они считались друзьями. Он посчитал, что на Зевса нашло какое-то помутнение. Именно поэтому он имел ошибку повернуться к Зевсу спиной. Та битва заставила Зевса переосмыслить план. Он осознал, что не сможет уничтожить всех Богов без подготовки. К сожалению, через несколько дней он выплюнул меня и приковал к стене, так что о его дальнейших планах я не в курсе.

— Зато я — вполне. Во всяком случае, об одном оружии массового поражения знаю, — я открыл сознание и показал Метиде всё, что успел выяснить о Виктории Столыпиной и её способностях.

— Плохо, очень плохо, — Богиня не смогла скрыть озабоченность. — Сколько таких монстров у Зевса?

— Один.

— Один? — переспросила Метида. — Ерунда. Он что, собирается навещать Богов по очереди? Приходить в гости и натравливать на них свою прожорливую собачонку? Он не сможет этого скрыть. Очень скоро Боги узнают, что кто-то их истребляет. Вопрос времени, когда они выяснят, кто именно это делает. Чушь. Таким образом он ничего не выиграет, а только обречёт себя на гибель.

— Значит, у него есть туз в рукаве. Нужно сообщить Олимпийским Богам, что Громовержец свихнулся. Сомневаюсь, что он их пощадит, — я поднялся и направился на выход.

— Торопишься умереть? — со смешком поинтересовалась Метида.

— Почему это?

— Ну ладно, ещё тебя могут навсегда запереть в подземном царстве. Туда обычно ссылают провинившихся смертных, — добавила она снисходительно. — Ты оцениваешь, как нужно поступить, со своей точки зрения. Но… Во-первых, тебя не отпустят, потому что ты поглотил меня. Прости, я кое-что утаила, иначе бы ты не согласился на сделку… Я не могу ни с кем говорить. Только с тобой. Так что тебя обвинят в нападении на Бога и будут судить. Во-вторых, даже если Олимпийцы поверят в преступления Зевса, им невыгодно, чтобы кто-то об этом пронюхал. Ты — опасный свидетель. Они постараются тебя изолировать и замять дело. Мы оба знаем, чем всё это закончится.

— В лучшем случае — войной Богов, — сказал я. — В худшем — смертью всех Богов, кроме Перуна. Что ты предлагаешь?

— Усилить тебя, — судя по голосу, Метида улыбалась. — Я поделюсь с тобой небольшим секретом. Ты поднимешься на следующую ступень эволюции. Но мы можем только подготовиться. Сделать так, чтобы в нужный момент ты увеличил запас своей магии. Если провернуть всё до конца прямо сейчас, Зевс почувствует.

— Что для этого требуется?

— Короткая прогулка по Олимпу.

Нам потребовалось больше семи часов, чтобы завершить обряд. Метида подробно объяснила каждый этап, каждое действие. По итогу я получил два миленьких артефакта — кажется, Метида приложила руку, чтобы украсить их цветочками и бабочками. Первый — кулон в форме крохотной бутылочки, крышка с изумрудной бабочкой и рубиновой розой. Пустой. А вот второй — хрустальная сфера, наполненная тёмно-синим, почти чёрным туманом. Он клубился и вращался, словно живой.

— Если не сработает, мы — трупы, — пробормотал я, рассматривая бутылочку на свет.

— Я планирую сплясать на могиле Зевса, — холодно бросила Метида и замолчала. Её сильно задевало, когда я сомневался в её смекалке. А упоминание возможного провала вызывало у неё злость. Защитная реакция — за раздражением она скрывала страх. Но я улавливал исходящие от неё волны беспокойства.

Когда я покинул Олимп, Метида впала в состояние полусна. Я больше не ощущал её присутствия. Она превратилась в бесплотную тень на краю моего сознания. Первым делом я отправился в Данжи — до отъезда из Греции я твёрдо настроился подняться на десятый ранг. Монстры девятого ранга были сильными соперниками, однако благодаря управлению временем я расправлялся с ними за считанные минуты. Они не могли противопоставить мне ничего серьёзного. Я грёб кристаллы едва ли не лопатой. Половину поглощал, а вторую — отправлял друзьям, в Российскую Империю. Магическое ядро наполнялось с астрономической скоростью, я был на пороге десятого ранга. Нет, даже больше — я был готов вот-вот переступить этот порог. Магическое ядро лопалось от переизбытка энергии, но… Тут я столкнулся с внезапной загвоздкой.

— Ты знала⁈ — прорычал я и, не справившись с гневом, сломал гостиничный стол. Я отбросил этикет и обращался к Богине на «ты». — Твоя божественная сущность мешает мне развиваться! Ещё повезло, что я был на девятом ранге! Мог же с таким успехом застрять и на каком-нибудь пятом!

— Нет, — вздохнула Метида. — Я не предусмотрела этого. Моя оплошность, прости. Но ты не прав. Тебе мешает не моя энергия, а магия Зевса. Она как бы… обрублена. Я не могу от неё избавиться, она крепко вплетена в моё магическое ядро. И в то же время её не хватает для перехода на десятый ранг.

Я покатал в ладони кристаллы, которые сегодня раздобыл в Данжах. Если не ошибаюсь, эти выпали из Горгулий. Я швырнул их в сумку и усмехнулся:

— Прекрасно. Просто великолепно, если я правильно всё понимаю. В моём распоряжении огромное количество кристаллов высокоранговых монстров, но все они бесполезны. Никакой кристалл не перекинет меня на десятый ранг. Для этого нужно — всего лишь! — чуть-чуть энергии самого Зевса, — я потёр лицо. — Ладно, после драки кулаками не машут. Нет смысла куковать в Греции. Можно возвращаться в Российскую Империю. Подозреваю, что Перун… Тьфу! То есть Зевс! В общем, он скоро активизируется, и нас ждут трудные времена.

Пообедав в ближайшей пиццерии, я метнулся на Олимп — с Гермесом стоило объясниться по-человечески, а то, чего доброго, в мировой розыск объявят. Стоя посреди зелёного луга, я крикнул:

— Гермес!

— Да чего тебе⁈ — выпалил тот, представ передо мной обмотанным в одеяло и с засосами на шее. Его лысина блестела от пота, а глаза метали молнии. Ой, видимо, я отвлёк его от чего-то очень интересного. Отлично. Значит, он будет более сговорчивым, чтобы поскорее свалить обратно, в объятия страстной любовницы.