"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - "NikL" - Страница 1305

— Я тебя всё равно получу! — прорычала Виктория и швырнула вазу в стену. Осколки брызнули во все стороны и попали на шёрстку Матильды. Кошка сердито мяукнула и осуждающе покосилась на хозяйку, дёрнув хвостом. Она выглядела потрёпанной и помятой, словно с утра до вечера дралась с уличными котами. Виктория фыркнула и отвернулась. Она не понимала, почему вообще решила завести кошку. Действительно — почему? Ведь она никогда не любила животных. Надо бы сплавить её в приют, не выкидывать же на улицу… Виктория прошлась по комнате туда-сюда и пробормотала: — Нет уж, Марк, так просто ты от меня не отделаешься… Такое оскорбление я тебе с рук не спущу. Остальных я отпускала, но тебя… Я попрошу Психотроника, чтобы он сделал тебя моей марионеткой навеки!

Матильда вальяжно прошествовала через спальню и запрыгнула на туалетный столик, нагло подвинув косметику и расчёску своей пушистой задницей. Проигнорировал предостерегающий крик Виктории, кошка посмотрела в зеркало, пошевелила ушами и принялась неспешно умываться. Неожиданно её внимание привлекло сияние изумрудной подвески, и Матильда быстрым движением лапки смахнула её на пол. Вместе со шкатулкой, в которой лежала подвеска. Драгоценности рассыпались по полу, бриллиантовые серьги ускакали куда-то под кровать. Виктория возмущённо завопила, подскочила к Матильде, приподняла её за шкирку и швырнула на балкон. Кошка, нелепо растопырив лапы, врезалась в балконную дверь и уязвлённо мяукнула. Её хвост дёргался из стороны в сторону, зрачки расширились так, что радужка полностью исчезла, а когти заскрежетали по каменному полу.

— Я тебе усы оторву, — пообещала Виктория. — Наглая, противная…

Она не успела договорить — по спальне пронеслась сильная магическая волна. Со стола упали книги и тетради, Викторию отбросило на кровать, и она больно ударилась затылком о её изголовье. Проморгавшись, она увидела, что посреди комнаты стоит высокая девушка с тёмными волосами и ярко-зелёными глазами. За её спиной раздражённо мёл хвост. Темноволосая девушка случайно на него наступила, оглянулась, сердито нахмурившись, и хвост с тихим шелестом исчез. Виктория открыла рот, чтобы закричать, но неведомая сила запечатала его и прижала её к стене. Темноволосая девушка — Матильда? — медленно приблизилась к ней, присела на край кровати и постучала пальцами по покрывалу.

— Ты мне не нравишься, — сообщила она Виктории. — Если честно, мне не нравятся все люди в целом, но ты — в особенности. Ты — наглая, противная, заносчивая, мерзкая, отвратительная, самолюбивая… и в то же время — удивительно бесполезная. Не понимаю, почему мой господин тебя выбрал. Очень жаль, — Матильда вздохнула с нарочитой грустью. — Очень жаль, что он так тебя защищает. Мне приглянулось твоё тело ещё там, в Интернате. Я хотела убить тебя и скопировать твой облик, чтобы проникнуть в Академию. Однако господин запретил мне… Он сказал, что ты ему ещё понадобишься, — она взяла Викторию за подбородок и повертела её голову. — А ведь так и не скажешь, что в тебе есть что-то ценное… Но я подожду. Я вообще терпеливая. Когда-нибудь мой господин забудет о тебе, и тогда…

Матильда начала снова превращаться в кошку, и, когда её облик почти полностью изменился, она мяукающе добавила:

— И тогда уже я оборву твои усы.

Аргентина, дом Марии Кошкиной.

Утро началось в четыре часа вечера. Маша никогда не спала так долго — хоть и не любила вставать ни свет ни заря, она всё-таки старалась просыпаться не позже полудня. Но сегодня она с огромным трудом продрала глаза, когда солнце уже клонилось к горизонту. Голова нещадно болела, спину ломило, на правой руке откуда-то взялась длинная неглубокая царапина. Маша со стоном уткнулась в подушку лицом, набираясь сил, чтобы встать. Наконец, она встала и поплелась в ванную — умылась, оделась и пошла на кухню, завтракать. Её не отпускало ощущение, что на сегодня было запланировано какое-то очень важное дело. Однако… она не могла вспомнить какое. Она упорно копалась в памяти, но по всему выходило, что у неё свободный день. Маша заварила кофе, пожарила яичницу и уселась за стол, потирая виски. Нет, определённо, она что-то забыла. Позабыв о еде, она поднялась и прошлась по дому, надеясь, что наткнётся на подсказку. Бесполезно. В итоге она бросила эту затею и вернулась к завтраку.

До поздней ночи она читала учебник по предсказаниям, а когда уже собиралась идти спать, неожиданно почувствовала чужое присутствие. Это было необъяснимо — за окном тихо стрекотали сверчки, в доме царила тишина и спокойствие, ни скрипа, ни шороха, ничего подозрительного. Однако Маша не сомневалась — кто-то проник в её жилище. Она отложила книгу и потянулась к тумбочке — за пультом для вызова охраны. Отец рассовал тревожные кнопки по всему дому, на случай если не сработает сигнализация. Маша считала это глупой предосторожностью, но, как оказалось, это было не пустой паранойей. Однако она не успела нажать на кнопку — чья-то невидимая рука подняла пульт и выбросила его на улицу. Маша активировала первую ранговую способность и атаковала по области плотоядными воронами. Она пыталась вычислить, с какой стороны к ней подбирается враг, однако вороны никого не учуяли. Покаркав и похлопав крыльями, они растворились в воздухе.

— Умная девочка, — похвалил низкий мужской голос, который раздался прямо у неё над ухом. Маша подскочила и помчалась к выходу, приготовившись отбиваться, но никто не попытался её остановить. Когда она выбежала на улицу и спряталась в тени невысоких яблонь, тот же мужской голос как ни в чём не бывало сказал: — Я не хочу причинить тебе вред. Не бойся. Мне нужно только поговорить с тобой. Прости, я давно не общался с людьми. А у Богов немного другой протокол.

— Богов? — повторила Маша. — Кто ты? И как докажешь, что ты Бог?

— Ну, я мог бы показаться в своём истинном обличье, но тогда твоя голова треснет как спелый арбуз, — предложил Бог. — Или ты можешь завтра утром отправиться в Храм Перуна и поговорить со мной через жреца.

— Ты Перун? — с недоверием уточнила Маша. Она не понимала почему, но это имя вызывало у неё необъяснимое отторжение. Как будто она забыла что-то важное… Неожиданно для самой себя, Маша разозлилась на своё воображение — целый день из-за него беспокоилась на пустом месте, а теперь ещё готова послать куда подальше главного покровителя Российской Империи! Нет уж, она не упустит такой шанс. А если Перун позволит ей вернуться на родину? Если он поможет ей справиться с Психотрониками? Ведь есть вероятность, что он просто не знает о творящемся беспределе… Маша вздохнула, твёрдо решив поговорить с голосом, и вежливо проговорила: — Я схожу в Храм, но сначала мне бы хотелось узнать, зачем я вам нужна?

— Быстро сориентировалась, недаром я тебя выбрал, — снова похвалил Бог. — Гм, зачем ты мне нужна? Всё очень просто. Мне нужна не конкретно ты. Я ищу оракула, который поклянётся мне в верности и будет служить мне до конца своей жизни. Буду честен с тобой, ты далеко не первая. Но и не последняя. Оракулов, которые остались в здравом уме, довольно мало, и я разыскиваю вас по всему миру. К сожалению, очень долго я не интересовался предсказателями… — Бог помолчал и продолжил печальным голосом: — Вы казались мне… бесполезными. Магами, которые годны разве что повеселить народ забавными фокусами. Однако я ошибался, и люди увидели, как вас можно использовать. Мне больно видеть, как оракулов превращают в инструмент. Обещаю, я постараюсь изменить это как можно скорее, однако для этого… и для многого другого мне нужен личный оракул. Ты талантлива и, несмотря на все испытания, любишь свою страну и хочешь вернуться. К тому же после плена у Психотроников ты заметно повзрослела.

— Мне надо пройти какие-то тесты? — спросила Маша. — Ну, чтобы доказать, что я лучше остальных претендентов.

Бог рассмеялся:

— Неужели ты думаешь, что главе Старшего Пантеона требуются тесты? Я вижу всех людей насквозь. Все их помыслы и желания. Если тебе так нужны тесты… Что ж, считай, что прийти в мой Храм — это твой главный тест.