"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - "NikL" - Страница 1028

— Стоять! — рявкнул Анаксагорас, когда ко мне рванули другие воины.

Одновременно по толпе пробежали взволнованные шёпотки:

— Тени!

— Неужели новый Повелитель Теней⁈

— Да какой из этого нищеброда Повелитель⁈ Тени не выбирают слабых! Никогда!

— Смотрите, смотрите, у него туман по всему телу!

— Точно вам говорю! Это тени!

Я едва мог пошевелиться. Надо мной склонился Анаксагорас, бережно вытер с моего лица кровь и ласково улыбнулся. Я подумал, что у меня предсмертные галлюцинации, когда он сказал:

— Мой первый ученик.

В тот день он выбрал всего двоих — меня и Николая Крузенштерна, с которым мы впоследствии подружились.

Когда я проснулся, то почувствовал, что меня куда-то тащат. Над ухом раздаётся капризный женский голосок:

— Нет, не сюда! — приказывает он. — Посадите его в кровать. Да, вот так! А теперь переоденьте в пижаму! И не забудьте подгузники! Если он снова наделает в постель, вы будете это вылизывать. Понятно⁈

Цоканье каблуков и хлопок двери. Я чувствую, как надо мной кто-то склоняется. Едва-едва могу приоткрыть веки — тело ослабло, я сейчас ему не хозяин. Пока меня переносят и укладывают на мягкую перину, я концентрируюсь и тянусь к магическому ядру — чтобы быстрее восстановить мышцы, нужно разогнать по всему организму магию, разбудить все энергетические каналы.

— Такой красивый, — бормочет шатенка в форме служанки, протирая мне лицо мокрой тряпкой. Её волосы собраны в высокий хвост, на изящную шею падает несколько прядок.

Её напарница, рыженькая невысокая девица, каждый сантиметр кожи которой покрыт веснушками, с негодованием цокнула языком и сказала:

— А кто тебе не красивый? — её нежные руки аккуратно меня раздели и начали разминать мышцы, разгоняя кровь. — Не спи, подгузник давай! А то сейчас королева подков вернётся и нам не поздоровится!

— Да разве ж это справедливо? — возмутилась шатенка, натягивая на меня шёлковую рубашку с рюшами. — Господин Марк никогда слуг не обижал. Красивый, умный, молодой… И лежит в плену у этих… этих… Этих!

— Язык прикуси, — посоветовала рыжая и тихонько добавила: — Несправедливо. Но что мы сделать-то можем? Массаж разве что, чтобы пролежней не было. Да и то — пока принцесска погулять выходит. Хотя мне кажется, это бесполезно. Я слышала, что господин Марк, тогось, помер.

— Рано хороните, — прокряхтел я, и обе девушки негромко вскрикнули, принялись меня тормошить и причитать. Магия стабильно циркулировала по телу, организм постепенно крепчал. Через десять минут я смогу ходить и даже бегать. — Почему я не в больнице? Разве я не болею? Последнее, что я помню…

— Господин, вас отравили, — подсказала рыженькая. — Прямо на приёме Императора.

— Вас спасли, но вы не приходили в сознание, — влезла шатенка, восторженно всматриваясь мне в лицо. — Но я знала! Я знала, что…

— Что здесь происходит⁈ — дверь в спальню открылась, внутрь вошла девица лет двадцати. Светлые волосы сплетены в косу, розовые банты, нарумяненные щёки, длинное ядовито-фиолетовое платье. Она уставилась на меня и визгливо прокричала: — Почему моя игрушка не спит⁈

— Игрушка? — переспросил я, только сейчас подмечая, что вся спальня была сделана в розовом цвете. Множество кукол, ленты, по всем столам рассыпаны блестящие драгоценности, нелепая драпировка и везде — глянцево-лоснящиеся шелка. Звенящая пошлость.

— Ты. Ты — моя игрушка, — пояснила мне девица, словно распоследнему дураку. — Мне подарил тебя отец. Ты не имеешь права говорить! Ты должен молчать. Ведь ты моя игрушка, — она запнулась, нахмурилась и пошла на второй круг: — Мне подарил тебя…

— Да плевать, — я поднялся, поправил съехавшую пижаму и пошёл на выход.

— Не смей двигаться! — девчушка в розовом топнула ногой.

— Или что? — я подошёл, навис над ней и поймал её взгляд. — Что ты мне сделаешь?

Она испуганно отступила и, споткнувшись о подол платья, тяжело упала в бархатное кресло.

— Мой отец тебя накажет! — пригрозила она, скорчив капризную гримасу. — Он всем здесь владеет!

— Обязательно, — я не стал спорить и вышел в коридор, поманив за собой служанок: — Милые дамы, проводите меня, пожалуйста до моих покоев.

Рыжая и шатенка послушно побежали за мной, даже не оглянувшись на истерящую девицу в розовом. Несколько минут мы шли молча, служанки с нетерпением поглядывали на меня, ожидая, когда же я начну расспросы. Я не стал их разочаровывать, хотя и мог бы снова подключиться к информационному полю.

— Что делает это существо в родовом гнезде Ломоносовых? — спросил я, махнув назад.

— О, господин Марк, вы же были последним человеком в Роду. Когда вас отравили, кто-то должен был управлять имениями, следить за семейным бизнесом и выплачивать жалованье слугам, — поспешно выпалила шатенка и оттеснила рыжую в сторону, прижалась грудью к моему плечу. — Ваши Боги-покровители объявили аукцион на опекуна.

— Мои покровители меня продали? — я действительно удивился. Не думал, что божки-пьяницы настолько опустились.

— Да, — с сочувствием произнесла рыжая и погладила меня по спине, как будто пытаясь успокоить. Не то чтобы удачно. С каждой секундой мне всё сильнее и сильнее хотелось надрать задницы тупой пятёрке Богов. Рыжая поняла моё молчание по-своему, прижалась с другого плеча и тяжело вздохнула: — Но так как Род ослабел, обеднел, да и Боги у него… проблемные, то дворянство отказалось от этого счастья. Ой, — рыжая смутилась и закрыла рот ладошкой. — Не слушайте меня, господин.

— Продолжай, я не из обидчивых.

— Да чего продолжать? — влезла шатенка. — Как говорится, из грязи — в князи! Отдали вас и всё ваше имущество разбогатевшему кузнецу. Чокнутая семейка! На вашем месте, я бы первым делом проверила банковские счета, больно уж часто они таскались со всякими бумагами, а ещё в дом постоянно захаживали такие представительные дядьки… — она важно надула щёки и выпятила вперёд пышную грудь. — Гордые такие, как петухи!

— Как хорошо, что вы проснулись! — пропела рыжая и остановилась перед дверью в мои покои, уточнила: — Вам помочь, господин?

— Сам справлюсь, — я их отпустил и сразу же направился в душ. Попытался подключиться к информационному полю, но наткнулся на стену. Больше я не мог получать информацию из эфира. Странно. Я спешно вызвал Тени и с облегчением выдохнул — на месте. Но в любом случае необходимо выяснить, почему мои способности внезапно ограничились.

Искупавшись, я обнаружил, что слишком рано отослал служанок — в покоях Марка не было никакой одежды. Комнату полностью очистили от личных вещей. Выкинули, что ли? Вздохнув, я снова оделся в розовую шёлковую пижаму — ну не в простыню же заворачиваться — и направился на кухню. От голода сосало под ложечкой, а желудок выводил соловьиные трели.

За вторым же поворотом я столкнулся с высокой, чуть ли не под два метра ростом, женщиной — её волосы были идеально уложены, в глубоком декольте блестело жемчужное ожерелье, а платье идеально подчёркивало фигуру. Но несмотря на это, она выглядела… нелепо, словно не привыкла так наряжаться. Она в бешенстве ругалась себе под нос, как матрос, но как только увидела меня, расцвела в льстивой улыбке и распахнула объятия:

— Марк, мой дорогой мальчик! Ты проснулся! Мы так рады были это услышать! Гена ждёт-не дождётся с тобой поговорить! Вам так много нужно обсудить… Пока ты лежал в коме, столько всего изменилось!

— А вы, простите, кто? — я увернулся, не позволяя себя обнять.

— Ой, конечно, конечно, — она всплеснула руками и представилась: — Анжелика Ракова, жена Геннадия Ракова — твоего временного опекуна. Мы управляли твоим состоянием, пока ты лечился. Пройдём, пройдём со мною, я провожу тебя к Гене, он очень просил тебя привести…

— Я бы сперва переоделся.

— Немедленно прикажу всё принести! — пообещала Анжелика. — Мы отправили ваши вещи на хранение, чтобы моль не поела. Всё доставят в кабинет мужа, пока вы будете с ним обсуждать дела.