Иван Московский. Том 4. Большая игра - - Страница 3

Прошествовали по ковровой дорожке, с трудом сдерживаясь от того, чтобы не ёжиться на февральском морозе. Вошли в атриум, где было уже сильно теплее. Там специально стояли жаровни, дающие в ограждённом со всех сторон пространстве какое-то подобие тепла.

Ну а дальше их ждал хорошо протопленный импровизированными буржуйками[4] храм.

На улице Иоанн с будущей супругой шли вдоль своих воинов, выстроившихся с двух сторон от дорожки от самого их дома до собора. Внутри же было настоящее столпотворение. И послы, и гости, и различные иерархи католиков, православных и иных деноминаций христианства. Тех же армян. А ещё уважаемые купцы, старшие армейские командиры, ключевые чиновники, аристократы, включая дядю – Андрея Васильевича, который по этому случаю впервые со своего Крымского похода появился в Москве. И так далее, и тому подобное.

Натурально толпа.

Причём кто-то стоял у дорожки. А кто-то – на импровизированных эрзац-трибунах. Именно стоял. Ибо они представляли собой небольшие ступеньки, дабы расположившиеся сзади оказывались на голову выше впереди стоящих. А так как это был храм, то большие головные уборы мужчины сняли, женщины же стояли в платках – один другого краше.

Венчание прошло без сучка без задоринки. Спокойно. Без каких-либо промахов или ошибок. А вот дальше произошёл инцидент, удививший всех вокруг…

Иоанн под ручку с супругой направился обратно – к выходу.

Узкий коридор из людей, по которому шли король и будущая королева, сузился до предела. Все хотели выступить вперёд и поздравить. Все хотели что-то сказать, чтобы именно их запомнили.

Впереди шла четвёрка адептов Сердца[5] в своих золочёных латных доспехах. И если бы не они, то короля бы окончательно зажали в этих удушливых объятьях выражения верноподданнических чувств. А так они выступали как своего рода волнолом. За спиной ещё четвёрка. Но в этот зазор постоянно лезли всякого рода уважаемые люди. И спешить было нельзя. Требовалось по возможности заметить каждого. Каждому что-то сказать в ответ на поздравления…

И один из незнакомых Иоанну персонажей, так же как и все ринувшийся к королю, выхватил из рукава стилет. Шаг. И он попытался его вонзить нашему герою в основании шеи. Сверху вниз. Так, чтобы клинок пронзил лёгкие и по возможности сердце.

Но в самый последний момент он промахнулся, из-за чего клинок ушёл чуть вперёд и прошёл по рёбрам сверху вниз. Видимо, его толкнули или как-то ещё слегка ускорили. А может, и сам потерял ориентацию в этой давке.

Удар.

Мгновение.

Он вырвал кинжал и попытался нанести второй. Но не успел.

Несмотря на то что всё происходило очень быстро, адепты Сердца успели отреагировать. И его банально отпихнули, заодно заблокировав руку с оружием.

Непродолжительная возня – и вокруг короля образовался широкий круг. Нападающий уже схвачен. Но он истерично засмеялся, а из его рта пошла какая-то пена.

– Вот тварь… – тихо процедил Иоанн, зажимая правой рукой рану.

– Куда его? – деловито спросил один из адептов Сердца.

– В морг. Он, судя по всему, принял яд…

Так и оказалось. Истеричный смех сменился хрипением, сопровождаемым энергичным сучением ножками. И довольно быстрой смертью. Причём обоссался этот индивид до того, как умер. Видимо, яд имел весьма болезненный характер действия, вызывая целую гамму «приятных» ощущений.

Но самому Иоанну от этого легче не стало, потому что рану начало потихоньку подпекать. Видимо, стилет был тоже смазан ядом…

Часть 1. Ламбада со смертью

Глава 1

Темнота.

Одна сплошная темнота.

Иоанн находился в ней и не ощущал себя. От слова вообще. Ни ног, ни рук, ни даже отдалённого намёка на тело.

– Я мёртв? – попытался сказать он. Но не было звуков. Ничего не было. Ощущалась лишь пустота, темнота и какая-то лёгкость, что ли.

Но вдруг впереди едва заметно проступил силуэт тропинки чуть заметным мерцанием. Он потянулся к ней и стал приближаться. Словно бы полетел. Всё быстрее, быстрее и быстрее, разгоняясь до совершенно безумной скорости. Во всяком случае, так ему казалось.

И вместе с этим движением пришло ощущение, что ему нужно как можно скорее добраться до конца этого пути. Ибо сзади как будто что-то преследовало его. Ведь он, по сути, нарушитель. Умер. Но вместо смерти забрался в чужое тело в чужом времени. И это вряд ли укладывалось в норму мироздания. Как это произошло – бог весть. Но Иоанну показалось, что если его догонят, то спросят сполна…

Тем временем в Москве стремительно разворачивался кризис.

Малый возраст наследника[6] и его неопределённый статус привели к тому, что общество раскололось на четыре фракции. Ведь все посчитали, что король доживает свои последние дни, если не часы. И поэтому нужно думать о том, кто станет править дальше.

Первая партия стояла за малолетнего Владимира. Ему ещё не исполнилось пяти лет, поэтому аббатиса Элеонора, бывшая по совместительству экс-королевой, развила активную деятельность по его поддержке. Ясное дело, с собой в качестве регента.

И её в этом деле немало поддерживали те, кто был завязан на итальянскую торговлю. Иными словами, представители Милана, Генуи и, разумеется, Неаполя. За эту же партию стояли католические иерархи, присутствовавшие в Москве. Но осторожно, опасаясь нарваться.

Эта была партия денег. Больших денег. Нет. БОЛЬШИХ денег. Что поставило на сторону Элеоноры купцов и ту часть родовой аристократии, которая «грела лапки» на этой торговлишке. Так что, несмотря на статус бастарда[7], Владимир имел весьма непризрачные шансы занять престол.

Ей противостояла партия Андрея Васильевича – дяди Иоанна, за которым стояла Степь и практически вся родовая аристократия.

Степь держалась герцога Боспорского по вполне понятной причине. Он ведь был женат на дочери главы Белого ханства. Да и вообще имел со степными аристократами много тесных рабочих контактов. Например, втихую помогал приторговывать рабами. Понятно, на Русь они не ходили, опасаясь «отцовских лещей» от Иоанна. Но деньги как-то зарабатывать нужно было. Вот они и ловили кого могли найти и тащили в Крым, откуда на генуэзских кораблях вывозили в Константинополь.

Прежде всего они совершали набеги на всякие народы Севера, которые не могли противостоять степнякам. Да, ценились сильно дешевле выходцев с Руси, но на безрыбье и рак за колбасу сойдёт. Ну и жители северного Кавказа страдали немало. Они буквально взвыли от эпидемии малых набегов. И ладно бы просто набегов. Так ведь ещё хорошо вооружённых бандитов. Степные дружины-то немало укрепились от сотрудничества с королём Руси и теперь могли похвастаться и хорошим доспехом, и добрым оружием, что делало их намного опаснее прежнего…

Родовая же аристократия видела в Андрее Васильевиче надежду и опору их попранных прав. Иоанн правил самостийно и самодержавно. Опираясь на армию, он игнорировал интересы старых аристократов, и те молчали в тряпочку. Очень уж показательными были первые годы правления короля, когда он буквально растерзал крупных игроков, посмевших ему перечить. А тут свой человек на престоле. Он-то традиции предков не забудет.

Третьей партией были сторонники Евы – королевы Руси. Ведь до покушения их с Иоанном успели обвенчать. А потом статус дочери Казимира IV был вполне легальный. За неё стояла Польша с Литвой и та часть купцов, которая сотрудничала с Бургундией и Фландрией. Это была тоже партия денег, но куда меньших. Ведь торговля с этими регионами хоть и приносила Руси большую выгоду, но не шла ни в какое сравнение с итальянскими прибылями.