Двуликий бог (СИ) - Кайли Мэл - Страница 14

— Ты никогда раньше не пила ничего крепче воды, верно? — всё ещё смеясь, уточнил рыжеволосый мужчина, заботливо поддерживая и помогая мне сесть на полу, что давалось непросто. Я была немного потеряна в пространстве, а моё тело словно лишилось костей и стало таким гибким и невесомым, что теперь норовило выскользнуть из крепких и тёплых рук бога огня. — И, вероятно, мало ела сегодня… — заключил собеседник.

— Почти не ела, — подтвердила я, бессильно склонив голову вбок. Странно, но до этого момента я и правда не испытывала голода, хотя всю вторую половину дня проходила без росинки во рту. Кажется, я была слишком сильно погружена в свои переживания, чтобы вспомнить о простых насущных потребностях. И теперь они давали о себе знать. Покачав головой и ухмыльнувшись, бог обмана легко поднял моё податливое тело на руки и вернулся за стол. Он был так близко, что я могла слышать мерный стук его сердца. И я испытала непреодолимое желание прильнуть к нему всем своим неверным телом, вдохнуть его запах, уткнуться носом в грудь… Однако я сдержалась.

— Самообладание вернётся к тебе, когда ты поешь, — мягко пояснил пламенный ас, протягивая кусок дичи к моим губам. Я не сопротивлялась и ела, не в том я находилась положении. Еда была горячей и вкусной, и очень скоро мне действительно стало легче. Печальные мысли на время отступили, а тело вновь стало преданным и послушным. Смутившись своего поведения, когда голова немного прояснилась, я попыталась встать и вернуться на своё место, но сильные пальцы уверенно держали меня за талию. Я повернулась к мужчине, покраснев, кажется, до кончиков ушей. — Что такое? — насмешливо уточнил он. — Ты меня боишься?.. — и его губы жарко коснулись моего уха и шеи, заставляя дрожь пробежать по телу сверху вниз. Глубоко вздохнув и судорожно сглотнув, я всё же вырвалась из его крепких объятий и сделала несколько шагов прочь от стола. Локи, казалось, только забавляло моё смятение.

— Негоже жениху распускать руки до свадьбы, — рассерженно выдохнула я, чтобы хоть как-то скрыть замешательство. Щёки мои пылали, и, наверное, не только они выдавали, как податлива я была рукам и губам огненного бога. Локи медленно поднялся со своего места, сделал ленивый шаг в моем направлении и остановился, словно передумал. Изо всех сил стараясь скрыть дрожь, прошедшую по телу горячей волной, я обратила на него задумчивый взор.

— Вот как? — с шальной улыбкой переспросил мужчина, вызывавший во мне такой сильный трепет. Глаза его, совсем янтарные в отсветах пламени, казалось, смеялись надо мной, но в то же время завораживали, словно у дикого зверя. Это зрелище было зловещим и чарующим одновременно. — Значит, сыграем её завтра же. А тебе лучше лечь спать — ты устала и не до конца владеешь собой. Грядущий день обещает быть ещё безумнее предыдущего, — я промолчала, только сильнее смущённая его метким замечанием. От зорких глаз бога лукавства невозможно было что-либо утаить.

Некоторое время мы шли вместе по галереям и переходам чертога Локи. Я не поняла, говорил ли лукавый бог обмана всерьёз, и, если так, когда и как он собирался успеть завершить необходимые приготовления к свадебному обряду, поэтому не спорила с женихом. Наверное, мне просто хотелось решить всё раз и навсегда. И я была готова стать хозяйкой огненного чертога прямо завтра, если придётся. Может, решимости мне прибавлял жаркий пряный мёд в крови, но раз уж судьба велела мне стать женой двуликого бога, отступать было больше некуда.

Наконец, слуга, сопровождавший нас, завёл повелителя в небольшие уютные покои. Две служанки, уже ожидавшие распоряжений, беззвучно поклонились нам, откинули покрывало с просторной постели. При виде неё я вновь ощутила тяжёлую усталость, навалившуюся на всё моё тело, и глубоко вздохнула. Усмехнувшись в последний раз, Локи мягко подтолкнул меня вперёд и, круто развернувшись, ушёл вместе со слугой, оставив меня на попечение девушкам. Помощницы оказались ловкими и умелыми, быстро расстелили кровать, так же скоро раздели меня, заплели волосы в косу и уложили в постель.

Я пыталась заговорить с ними, познакомиться хоть с кем-то в новом, малознакомом и чужом для меня месте, но девушки оставались безмолвными. Я задумчиво рассматривала их и размышляла над тем, что же делало их такими безликими: покорность богу огня или, напротив, страх рассердить своенравного властелина неосторожным взглядом, непродуманным словом? А, быть может, такой была прихоть самого аса, не терпевшего лишней суеты и глупости? Как бы то ни было, среди безразличных, казалось, ровным счётом ко всему слуг мне становилось не по себе, даже немного жутко, будто это были только подобия людей. Как бы я ни старалась, пока я была неспособна вернуть незнакомок к жизни, даровать им голос и собственное мнение.

В конце концов, я сдалась, поблагодарила их и отпустила. Прислужницы затушили большую часть свечей, которыми освещались гостевые покои, и покинули меня. Я осталась одна в полумраке, лишь ещё немного теплились угли в небольшой камине, который, кажется, был неотъемлемой частью каждого нового помещения. Впервые за этот нескончаемый день и не менее долгую ночь я смогла расслабиться, закрыть глаза и не думать больше ни о чем. Наверняка время близилось к полуночи, а значит, надо было успеть отдохнуть хоть немного. Я по-прежнему сомневалась, шутил ли Локи насчёт свадьбы тем же утром или нет, но, если бы он успел всё устроить, я даже не была бы удивлена. С недавних пор мне казалось, что бог огня может абсолютно всё и всегда добивается своего.

Глава 6

Утром меня разбудили яркие радостные лучи Соль, ласкавшие лицо. Потянувшись и почувствовав себя практически счастливой, я приоткрыла глаза, щурясь от ослепительного света. По опочивальне плавно скользили какие-то тени, хозяев которых я ещё не могла рассмотреть из-за солнечных лучей. Странно, прошлым вечером я не заметила окон в гостевых покоях, должно быть, они были плотно занавешены темной тканью или закрыты ставнями. Утром чертог преобразился, казалось, он стал просторнее, легче, светлее. Даже золотое убранство в солнечных лучах казалось не таким пышным. Мысли мои от красоты палат постепенно перешли к незнакомым слугам, вольно распоряжавшимся покоями, в которых я гостила. От этой запоздалой мысли мне поначалу стало неуютно. С другой стороны — и в чертогах Бальдра было принято, чтобы слуги незаметно входили в опочивальню под утро, наводили порядок, готовили наряд на новый день. Некоторое время я колебалась, пребывая в смешанных и взволнованных чувствах, но любопытство, в конце концов, взяло надо мной верх.

Я лениво приподнялась на локтях, не слишком торопясь встать с постели и сбросить с себя сладостную и соблазнительную истому, хотя чувствовала себя намного лучше, нежели прошлой ночью, и тело моё наполняли бодрость и юношеская сила, а сердце — какая-то необъяснимая радость, перекрывавшая все прочие чувства и мысли. Мне очень хотелось осмотреться. В покоях господствовала неясная мне суета: служанки отворяли тонко вырезанные из дерева ставни, наводили повсюду порядок, а спиной ко мне стоял какой-то невысокий мужчина в сопровождении ещё двух молоденьких девушек. Я смутилась и испугалась было, но деловитая прислуга не позволила мне окончательно растеряться. Едва только одной из них довелось заметить, что я проснулась, всё внимание оказалось приковано только ко мне. От этого становилось неловко вдвойне.

— Пора вставать, госпожа, — тихо, но настойчиво произнесла одна из девушек, и я удивлённо перевела на неё взгляд. Оказывается, обитатели чертога Локи всё же имели голоса. Сама не зная почему, я беспрекословно повиновалась и села на кровати, спустив босые ступни на пол. Наверное, слишком уж взволнованным и возбуждённым был голос служанки, и это состояние против воли передавалось и мне. — У нас очень много дел и очень мало времени. Сначала необходимо хорошенько выкупаться и приготовиться, затем — примерить платье. Это очень важно, госпожа: этот мужчина — главный портной чертогов, он подгонит его под Вас. У него золотые руки, но повелитель велит отрубить ему пальцы, если наряд не придётся Вам по вкусу, — я вздрогнула от этих слов и перевела взгляд на несчастного незнакомца. Тот весь сжался в один единый комок смутного беспокойства, тревожно проведя по воздуху пальцами, которые пока ещё были при нём.