"Фантастика 2024-64". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Ежов Михаил - Страница 1099

Вернувшись в игру, Корсо застал удивительную картину. Догорающий остов заброшенного дома штурмуют пара трехметровых каменных големов, на которых наложили десятки бафов. Появившийся из невидимости разбойник падает на пол со сломанной шеей, а оторванная голова его коллеги летит в сторону приближающегося паладина. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы прочитать название гильдии «Фарго» в никах собравшихся игроков и понять, что же тут происходит. Любители хлеба и зрелищ решили лично удостовериться в том, что гоблин владеет паранормальными способностями.

Маги использовали заклинание для проверки дома и окрестностей на наличие невидимых мобов и других игроков. Стоило подумать, что Шуз и Корсо тут единственные живые существа, как беднягу паладина смяло в кашу и засосало в миниатюрную черную дыру. Ближайший к гоблину голем начал отбрасывать угольно-черную тень, но самого источника света не было. Спустя пару секунд на месте трехметровой громадины появилась горка каменной пыли.

Второму голему повезло еще меньше. С неба ударила молния такой силы, что все игроки получили дебафы и травмы различной степени тяжести, а сама цель удара превратилась в лужу раскаленного камня. Это было последним предупреждениям для тех глупцов, что решили попробовать за зуб представителя темных сил. И это был не высший вампир, не древний лич, не архидемон из преисподней, а едва проснувшийся гоблин в костюме шута.

Возвращение в город для Корсо вылилось в маленький подвиг. 27 дебафов, два проклятья, перелом левой руки, трещины костей обеих ног и только один глаз, видящий монохромно. У ворот в квартал ремесленников, куда шел Шуз, удалось найти игрока-жреца, который смог вылечить большую часть мелких травм, заодно убрав две трети дебафов.

Гоблин неспешно прошел через район гильдий и свернул в квартал высшей знати Вердена, куда запрещалось входить большинству игроков и местных жителей. Только Корсо видел, как призрачный силуэт Шуза растворился в белой дымке на глазах у пары растерянных стражников. Спустя несколько секунд полупрозрачный шут появился за спинами охранников квартала и свернул на боковую улицу.

Сотни выполненных заданий в Калирских Эмиратах прокачали репутацию Корсо до таких значений, что пес войны мог попасть почти во все районы и учреждения с ограниченным допуском. Вот и сейчас стража только и сделала, что спросила цель пребывания, а потом спокойно пропустила в квартал знати.

Корсо использовал навык скрытности, чтобы незаметно подобраться к гоблину, но тот сидел рядом с калиткой шикарного особняка, смотря прямо в глаза следопыта. Невидимость не пропала, но Шуз видел преследователя. Казалось, он специально ждал, когда Корсо покажется.

Гоблин демонстративно достал одну из сандалий, сделанных вчера в заброшенном доме. Затем, шустро взобравшись на забор особняка, поставил обувь на одну из колонн, удерживающих массивные ворота с символикой эмира.

Услышав гневные крики охранников особняка, гоблин спрыгнул вниз и снова пропал из виду, показавшись уже за пределами квартала знати. Корсо пришлось уносить ноги, чтобы стражники не сочли его сообщником преступника, попытавшегося пробраться в имение родственника эмира.

Стоило выйти на оживленные улицы, как Корсо перегородил дорогу странный мужик в больничном халате.

— Стойте! Мне надо с вами поговорить… Корсо!

— Уйти с дороги, отец! Я на задании!

Человек, Фрост, 5 уровень

Но мужчина не отошел, всем своим видом показывая, что применит силу для того, чтобы оставить следопыта. Стоит на него поднять руку, как стражники поднимут тревогу.

— Сначала ответьте, почему только вас Шуз видит, как обычного человека, а всех остальных, как мертвые души.

— Отвали, старик. Он же сейчас уйдет! А тут город! Следы затопчут за пять минут!

— Не переживайте по этому поводу. Я всегда знаю, где находится этот мальчик.

— Откуда?

— Я его лечащий врач. А теперь давайте поговорим.

За десять лет игры Корсо слышал бредни сотен психов, но Пикаль превзошел всех своих конкурентов. Со слов доктора, Шуз — это игрок-ребенок, который в результате черепно-мозговой травмы находится в коме вот уже 14 лет. Оказывается, таких пациентов держат в закрытых локациях, но гоблин не только смог сбежать оттуда, но и ведет себя почти как нормальный местный житель. Доктор утверждает, что Шуз видит только души, но не живых людей. Не различает дня и ночи, смотря на мир в черно-белом зрении.

Следопыт так сильно хохотал, что прослезился и едва не упал на землю.

— Док, признавайся, что надо курить, чтобы додуматься до такого бреда? На игроков не выдают заданий. Шуз местный!

Доктор бессильно возвел руки к небу.

— О молодость, о глупость! Корсо, поступим следующим образом. Я отключу мальчика от Генезиса и скажу, где он был в последний раз. Если после повторного подключения он снова появится в том же месте, то вы мне поверите и расскажите то, что знаете о Шузе.

— Идет.

Стоило доктору выйти в реал, как Корсо вскочил и побежал по исчезающим следам гоблина. Еще пара минут, и можно будет забыть о выполнении задания. Доктор не соврал, но кое в чем ошибся. Шуз не исчез, а просто застыл на месте, никак не реагируя на то, что происходит вокруг. Фрост отключил своего пациента от Генезиса как раз в тот момент, когда шут отходил от дома в квартале ремесленников, оставив у порога вторую сандалию.

Корсо с разбегу нанес удар по гоблину, но меч прошел насквозь, не причинив цели никакого урона. Все атаки уходили в молоко, словно перед псом войны была иллюзия, а не живое создание.

Из отворившейся двери дома вышла заплаканная женщина, в которой по переднику узнавалась портниха. За спиной дамы показалась массивная фигура гнома, который первым заметил сандалию, оставленную гоблином. Стоило мужчине прикоснуться к обуви, как на пороге появился дух молодой девушки.

Призрак, Селена Ройл, 1 уровень.

Корсо начал понимать, к чему все идет, и попытался убить призрака раньше, чем тот начнет действовать. Но и в этот раз меч прошел сквозь эфирное тело, не нанеся цели урона. Обычно используется вселение духа в ослабшее тело или банальное убийство, но Шуз действовал куда тоньше.

Призрак заговорил.

— Тихо! Прежде, чем мама начнет впадать в истерику, а папа пойдет за успокоительным, скажу сразу. Да, я умерла и восстала в виде призрака. Спасибо за то, что отпевали и ставили свечки. Без этого мне бы не хватило сил на то, чтобы снова вас увидеть. Да, я знаю, кто меня убил. Вот теперь можете плакать, но времени у нас крайне мало. Мам, ну ладно тебе… всё будет хорошо…

Женщина зарыдала навзрыд, дав знать всей округе о размере своего горя. Дух мертвой дочери успокаивал скорбящую мать, а гном был не в состоянии вымолвить и слова. Из соседних домов начали показываться жители квартала ремесленников, желая узнать, что еще случилось в семье портного. Прохожие обращали внимание не на призрака посреди города, а на следопыта с оружием в руке.

Сам Корсо смотрел на безумную улыбку гоблина, который указывал пальцем на место воссоединения мертвой дочери со своими родителями. За спиной раздался холодный голос доктора.

— Я же говорил тебе! Шуз всех видит, как мертвые души, и только тебя — как живого человека.

Корсо больше не мог считать бредни старого доктора обычной выдумкой. Шуз не НПС, но и не игрок. А нечто среднее, находящееся между миром живых и миром мертвых. Вестник мертвых, апостол хаоса и представитель неизвестных темных сил.

— Док, я согласен на обмен информацией. Но скажу сразу, я в любом случае убью гоблина до того, как в городе начнется хаос.

— Возможно, именно это и нужно сделать. Вы — единственный, кого он видит, как живого человека.

— Док, а в чем ваш интерес? Только не заливайте про профессиональный долг врача. Тут должно быть что-то личное.

Пикаль Фрост потупил взгляд, а потом уверенно ответил.

— Скажем так. Принимая работу из рук предшественника, я обнаружил, что лечением этого мальчика намеренно пренебрегали. Мать пациента спонсировала лечение коматозных пациентов методом Бланшера, а больница всеми силами тянула из нее деньги, так как государство, проводя экономические реформы, каждый год урезало бюджет. Сейчас ситуация сложилась так, что или мальчик очнется в ближайшее время, или его отключат от системы жизнеобеспечения. В этот раз его мать уже ничем не сможет помочь.