Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович - Страница 1702

– Понятно… – кивнул Стас, на всякий случай пытаясь запомнить мудреные научные термины. – А какой из этих метеоритов вам привез тот фермер?

– Крайний слева, – пояснил декан. – Кстати, до позапрошлого года они лежали в музее нашего университета совершенно открыто, и их мог видеть всякий в любое время. Но как-то ночью наш музей попытались ограбить неизвестные. Благо охрана не подвела, и воры ушли ни с чем. После этого случая все наиболее ценные экспонаты – старые рукописи, узлы и детали старинных машин – было решено спрятать в хранилище. Кстати, видите вон ту деталь? Это часть шатуна «огненной машины» знаменитого Ползунова. Наши ребята были на Урале и им, уж не знаю как, удалось раздобыть там этот раритет.

Распрощавшись со своим собеседником, Крячко снова взял такси и отправился по адресу, который дал ему кадровик технического университета. «Девятка» в течение получаса доставила его в другой конец города, где и проживал разыскиваемый им Роман Флюгин. Но когда он поднялся на третий этаж старой хрущевки, столь жизнерадостно улыбавшаяся фортуна почему-то вдруг надумала ехидно показать ему язык – на звонки и стук в дверь никто так и не откликнулся. Вышедшая соседка подтвердила, что это и в самом деле квартира Флюгина. Но последние два года он проживает у своей сожительницы, а сюда пускает квартировать студентов. Адреса сожительницы соседка, к досаде Станислава, не знала…

Поскольку время уже приближалось к пяти, сев в такси, Стас распорядился ехать к вокзалу – не хватало еще опоздать на автобус! Теперь он вновь был полон самых радужных ожиданий. Купив у вокзала цветы и кое-каких «банкетных» аксессуаров, он сел в автобус и, мысленно предвкушая то, что его сегодня ожидало в Жукове, незаметно для себя задремал…

Глава 7

Ознакомительный визит Гурова на провинциальную «Хитровку» неожиданно для него самого оказался довольно результативным. Хотя на часах значилось уже начало четвертого, кое-кто в торговых рядах стоически дожидался своего покупателя. Впрочем, сам Просвирный рынок работал допоздна. Под его высоченными сводами, похожими на перевернутое огромное железное корыто с большими стеклянными окнами, неумолчно шумели торговые ряды. Но здесь торговали только съестным, а Льву требовались торговцы иного профиля. Сбоку от основного павильона рынка тянулись ряды прилавков с железными навесами, где торговали промышленными товарами. А далее, в скверике, судя по обилию разбросанных картонных коробок и прочего хлама, буйствовал местный блошиный рынок.

Шагая вдоль рядов, Гуров обратил внимание на деда лет семидесяти с лишним, который неспешно укладывал в ручную тележку всевозможные ручные поделки – мундштуки, мастерски выточенные из какого-то твердого дерева, ярко начищенные самодельные блесны, глиняные обливные свистульки… Напоследок дед начал укладывать в свою тележку небольшой матерчатый узел, в который, как Лев успел заметить, он увязал горку каких-то округлых предметов.

– А это что у вас такое? – Подойдя поближе, Гуров указал на узел.

– Это, мил-человек, камни на удачу, – невозмутимо, как о чем-то само собой разумеющемся, сообщил старик.

– И они помогают? – С деловитым любопытством Лев продолжил свои расспросы.

– А то как же!.. – Старик с интересом посмотрел на нежданного клиента. – Только смотря по какому случаю камень возьмешь. Что, хочешь поглядеть? Давай погляди. Авось что и понравится…

Старик вновь выложил на прилавок узел из тележки и развязал его концы. Гуров увидел на черно-белом клетчатом платке небольшой ворох самых разных камней всевозможных цветов и размеров. Но все они были аккуратно отшлифованы, все были округло-продолговатыми и имели в себе одно или два отверстия.

– Вот, смотри. – Старик взял в руки похожий на обычный голыш отшлифованный кусок серовато-зеленого песчаника. – Тут в камне ход поперечный. Он для того, чтобы во дворе скотина водилась, чтобы моровое поветрие во двор не заносило. Ну у тебя скотины-то нету, тебе это без надобности. А вот этот камушек, – старик указал на рыжевато-красноватый камень, просверленный вдоль, – штука похитрее. Он в делах сердечных способствует. Если у кого в жизни нелады пошли – исправит. Правда, тебе и этот ни к чему. У тебя с семьей все в правильности. Вот чего тебе надо, так разве что вот этот камушек.

Дед достал из груды камней полупрозрачный, просверленный крест-накрест, да еще и с двумя лунками с обеих сторон прямо над тем местом, где внутри камня пересекались отверстия.

– Постойте, постойте… А как вы узнали, что у меня скотины нет?.. – Лев потер подбородок. – Хотя это понятно – по моему виду можно догадаться, что я горожанин. А вот откуда вы знаете, что у меня с делами сердечными, как вы сказали, все в правильности?

– Эх, мил-человек, – старик важно разгладил бороду, – ты живешь по мудрости книжной, а я – по неписаной. А неписаная мудрость – книжной много сильнее. А хочешь, я скажу, по какому делу ты тут ходишь? Ищешь ты людей, и людей, в общем-то, скверных, опасных… Человек ты казенный, в милиции работаешь. Чин у тебя большой. Что еще сказать? Завтра домой поедешь… Фу-у… – Он утер тыльной стороной ладони взмокший лоб. – Ты, чем пустые вопросы задавать, лучше слушай сюда. Это камень – кварец. – «Кварц», – мысленно поправил его Гуров. – Камень очень сильный. Вот, с двух сторон в эти луночки вставь средние пальцы и сдави ими посильнее. А теперь думай про то, чего хочешь добиться…

Лев с невозмутимым видом, хотя в душе он ощущал некоторую неловкость – надо же: старший оперуполномоченный столичного главка занимается на провинциальном рынке магическими обрядами! – как и сказал старик, выпрямленными средними пальцами рук сдавил овал кварца. При этом одно сквозное отверстие было направлено вертикально, другое, внутри камня пересекающееся с первым, пистолетным дулом смотрело ему в грудь.

– Ни о чем стороннем не мысли. Смотри на камень и думай только о своем деле! – строго пояснил старик. – Как его лучше сделать.

«Ну ладно, – мысленно согласился Гуров. – Раз уж взялся… Попробую «мыслить» о своем деле. Итак, что же я должен думать? Ага!.. Пусть у меня все получится! Пусть завтра мы встретим того, кто нам поможет выйти на след бандитов! Пусть не позже чем послезавтра мы найдем пропажу и задержим убийц!..» Неожиданно он почувствовал, как по его рукам забегало множество невидимых букашек, а кисти разогрелись и потяжелели, словно к ним прилила кровь.

– Ну вот, теперь ты и повернул свои пути-дороги туда, куда и надо бы. – Дед одобрительно кивнул. – Если хочешь – можешь себе его оставить, чтобы он всегда был при тебе.

– А почем он у вас?

Гуров был очень далек от того, чтобы верить в «магические камни», но, дабы не обижать старика, потратившего на него время, да и взять из этого города что-то себе на память, он решил купить предложенный ему «амулет».

– Ну, сколько не жалко… – Дед махнул рукой. – Вот, сколько из кармана достанешь, столько и давай – хоть рубль, хоть десятку…

Лев сунул руку в карман и, взяв наугад бумажную купюру, вынул сторублевку.

– Столько не обидит? – спросил он, протянув деньги старику.

– Ничуть… – Тот как будто даже равнодушно взял бумажку. – Мужик ты не жадный, это хорошо. Пусть тебе всегда удача будет.

Лев положил обточенный кварц в карман пиджака и мельком взглянул на тот камень, который, по словам старика, помогал в сердечных делах. Мелькнула озорная мысль: «А что, если купить и этот камешек, так сказать, осчастливить Стаса? Интересно, как он отреагирует?»

– А этот камень за сколько бы вы отдали? – спросил он, достав еще одну сторублевку и ткнув ею в «камень дел сердечных». – Этого бы хватило?

– Хватит… – кивнул дед. – Бери. Только этот камень, скажи тому человеку, для которого его купил, пусть на ночь кладет себе под подушку. Он дурное от него отведет, а хорошее – при нем удержит.

– Слушайте, вы что, ясновидящий? – проницательность старика в очередной раз подивила Гурова.

– Ну, мил-человек! Ты меня еще каб за ведьмака не посчитал… – добродушно усмехнулся старик, завязывая концы узла. – Я ж тебе сказал, что надо жить мудростью не книжной, а неписаной. Что это такое – с годами поймешь. Одно скажу: надо не только смотреть, но и видеть, не только слышать, но и понимать, не только думать, но и смекать, что к чему. Остальное – приложится.