Загадочное наследство - Кренц Джейн Энн - Страница 33

– В мусоре! – ужаснулась Кейди. – Я думала, ты занимался только слежкой, а ты, оказывается, рылся в мусоре!

– Надо же мне было как-то обзаводиться данными, – пожал плечами Мак. – Для этого ты меня и наняла.

– Боже правый! Ты что, проник в квартиру Ардена?! Скажи, что этого не было!

– Этого не было.

– Тогда где ты раскопал свои данные?

– Сказано: в мусоре.

– Ага! А говоришь, не было!

– И могу повторить еще раз.

– Ты вломился к нему в дом, признайся! Иначе как ты мог добраться до мусора? Пойми, это совершенно недопустимо! Вдруг он и есть убийца. Он мог бы расправиться с тобой так же, как с тетей Вестой!

– Какое трогательное беспокойство за мою судьбу.

– Не смей надо мной подшучивать! Я не признаю ненужного риска! Одно дело – прийти на помощь во время ограбления Эмброуза Вандайка (там на ставке были две человеческие жизни), и совсем другое – лезть на рожон без нужды, только чтобы собрать доказательства для подкрепления теории! Я не потерплю подобного безрассудства, понятно? Нечего строить из себя героя!

– А! Так ты все-таки видишь в этом и героизм, не одно безрассудство? – сказал Мак, внезапно выказывая интерес к ее пылкой тираде. – Приятно сознавать, что в твоих глазах я не только потенциальный супруг, но и потенциальный герой. Я уж боялся, что после той ночи в пансионе ты меня разжаловала подчистую.

– Я же просила не упоминать об этом!

– Я вынужден заявить, мэм, что все эти бесчисленные ограничения сильно затрудняют работу. Может, ты отменишь их, если я скажу, что не считаю Джонатана Ардена убийцей?

– Ты не можешь знать наверняка…

– Начнем с того, что у Ардена не было мотива для убийства Весты Бриггз. Ему лично слияние с «Аустри-Пост» не принесет ничего. Далее, если он честный человек, то и говорить не о чем, а если профессиональный мошенник, то (по неписаному закону этой братии) никогда не пошел бы на «мокрое»: это не слишком выгодный способ делать дело и к тому же сильно все осложняет.

– То есть как это?

– Как правило, жертвы мошенничества не обращаются в полицию, не желая выставлять себя в дураках перед всем светом. В конце концов, отчасти это их собственная вина – нельзя быть такими доверчивыми. Особенно молчаливы на этот счет люди престарелые: ведь если будущие наследники узнают, сколько на этом потеряли, то вряд ли их поблагодарят.

– Это все понятно, но… – с минуту Кейди задумчиво смотрела в окно, – но я все же хочу тебя попросить – будь осторожнее. Если тебя арестуют за незаконное вторжение в частный дом, это сильно уменьшит шансы на успех…

Мак улыбнулся:

– Если я буду арестован, ты сможешь аннулировать контракт.

Он, как видно, издевается!

– Да, и притом на законных основаниях! – процедила Кейди, отдернув руку. – За решеткой ты будешь для меня бесполезен и как консультант, и как сыщик!

– А какую тень это бросит на твою репутацию… – добавил он.

– Подорвет безвозвратно! Обещай, что больше так не будешь!

– Ты, может, удивишься, но я знаю, что ты сейчас испытываешь. Примерно то же, что я испытал при виде твоей пустой машины у ворот Вандайка.

– Да, конечно, – с горечью произнесла Кейди. – Ты был вне себя от ярости.

– Не спорю, я был сердит.

– Ну, раз ты все понимаешь, вопрос решен, – сказала Кейди холодно. – Впредь придерживайся легальных способов сбора информации, а то, что уже собрал, скорми компьютеру. Пусть твоя крутая программа немного поработает. За это я тебе и плачу.

– Не совсем так.

– Поначалу ты все твердил, что консультант, а не сыщик. Сделай одолжение, приступи к своим непосредственным обязанностям. – Надменно выпрямившись, Кейди сделала глоток вина.

– Тогда мне придется войти в обе роли, в том числе в роль потенциального мужа, на данном этапе – просто любовника.

Набранное в рот, но еще не проглоченное вино брызнуло фонтаном. Кейди дико огляделась в поисках салфетки. Мак любезно протянул ей рулон бумажных полотенец и тактично ждал, пока она приведет себя в порядок.

– Раз нет зрителей, входить в роль ни к чему!

– Я с удовольствием порепетирую.

Так. Надоело развлекаться за ее счет, взялся провоцировать. Невозможный тип! Ничего, они еще посоревнуются в бойкости языка.

– Что-то не припомню, чтобы актер добился успехов в роли, когда за кулисами его поджидает полиция.

– Опасность обостряет таланты.

– Черт возьми, Мак!!!

– Что такое? – Он улыбнулся невиннейшей из улыбок. – Я же просто шучу, ни к кому я не вламывался.

– Шутишь? – Кейди впилась взглядом ему в лицо, ничего не разглядела и вздохнула. – И ты ждешь, что я поверю?

– А ты не веришь?

– Нет.

– Ну, значит, мы квиты.

– Это что еще за новости? Я тебе ничего плохого не делала!

– Я был глубоко уязвлен брошенными мне в лицо обвинениями, когда всего-то и осмелился заподозрить тебя в нечистой игре. Помнишь историю с неким предметом антиквариата?

– Что?! Ты ставишь эту историю мне в вину? Однако!

– Я тебя обидел, ты меня обидела в ответ. Мы квиты. Может, забудем прошлое и начнем все сначала? За это стоит выпить.

Не дожидаясь ответа, Мак поднял бокал. Кейди не спешила снова взяться за свой.

– Если ты не вламывался в квартиру Ардена, то как в твоем распоряжении оказалась его корзина для бумаг?

– Не сама корзина, а ее содержимое. Оно было в мусорном мешке и, пардон, в мусорном баке.

– Перерыл бак сверху донизу? – ехидно осведомилась Кейди.

– Зачем? Мешок лежал сверху. Я же сказал, что видел, как Арден выходил.

– И все равно мусорный бак!.. – Кейди возвела глаза к небу. – Фу!

– Я всегда ношу с собой резиновые перчатки – так, на всякий случай. Ведь никогда не знаешь, как повернется ситуация. И не нужно так буравить взглядом мою одежду – я ее сменил и принял душ. Странный там домишко: всего шесть квартир, а вчерашних коробок из-под пиццы, наверное, сотня! Не то молодежь устраивала вечеринку, не то там подобрался народ, который не признает другой еды.

– А если бы тебя застукали?

– На этот случай я придумал отговорку. Не бог весть что, но для пожирателей пиццы сойдет. Сказал бы, что гощу у одного из жильцов и что утром, одеваясь, нечаянно уронил в мусорное ведро часы.

– На редкость правдоподобно. Одевался над мусорным ведром, уронил часы и даже не заметил. Умственно отсталый купится без проблем.

– Почему умственно отсталый? Совершенно нормальные люди верят невообразимой ерунде, просто не вслушиваются в сказанное, если излагаешь уверенным тоном. Одно дело – застать постороннего у своей двери, и совсем другое – у мусорного бака общего пользования. Это вроде как ничейная территория.

– Пожалуй, верно. Ладно, вернемся к тому, что ты раскопал.

– Среди бумаг было полно рекламы, квиточков о получении денег в банкоматах, несколько пустых конвертов. Короче, макулатура.

– Раз так, что же ты надеешься из нее извлечь?

– Что-то. Но лишь в том случае, если мистер Арден склонен к беспечности и в этой сфере своей жизни.

– Ты прирожденный оптимист.

– Предпочитаю сохранять позитивный настрой. Только бы не вляпаться в GIGO.

– Это еще что такое?

– Из жаргона программистов: Garbage in – garbage out. «Мусор на входе – мусор и на выходе», в том смысле что и ловить там нечего.

Без пятнадцати одиннадцать Мак сидел перед компьютером.

– Невелик улов, – с сожалением заметил он, когда поиск был закончен. – На Джонатана Ардена нет никакого компромата, как будто он вовсе не подвизался среди аферистов от искусства – ни ради забавы, ни с целью обогащения. По крайней мере в моей базе данных его нет.

– Обидно, – вздохнула Кейди. – Выходит, он настоящий?

– Настоящий парапсихолог? Взаимоисключающее понятие.

– Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду!

– Понимаю. – Мак пожал плечами. – Нет, я не думаю, что он настоящий. Я думаю, что в том ареале, который охвачен моей программой, он просто еще не успел наследить в качестве крутого специалиста по психометрии.