Пробуждение Лимнида (СИ) - Лесков Антон - Страница 27

Взгляд его напарника стал чуть более ясным, и Костя почувствовал слабый, но ощутимый прилив облегчения. Кирилл улыбался, а слезы радости побежали по его заросшим щекам. Глаза Кости медленно открывались и быстро дергались, пока не открылись полностью.

"Кирилл… это ты?" — прошептал Костя, его голос был слаб, но полон надежды.

"Да, это я, Костя! Мы справимся, осталось немного," — ответил Кирилл, сияя от радости.

"Спасибо, друг мой… я чувствую, что лекарство действует…" — Костя пытался улыбнуться, но его лицо выражало боль и усталость.

"Отдохни, Костя, ты в безопасности. Я закончу то, что начал, и не покину тебя, пока не будешь чувствовать себя лучше," — пообещал Кирилл, глядя в глаза своего друга с теплом и решимостью.

"Спасибо, Кирилл… я знал, что могу полагаться на тебя…" — шептал Костя, его взгляд наполнялся надеждой и благодарностью.

Кирилл, сосредоточенный и настойчивый, продолжал смешивать ингредиенты, понимая, что их правильное сочетание — ключ к спасению его друга. Он вспоминал каждый шаг, каждую деталь, прокручивая в голове знания, полученные от учителей. Быстро собрав немного земли, в которой рос камнецвет, и сорвав пучок простой травы, он вернулся к Косте.

Смешивание шло медленнее, чем в первый раз, но Кирилл чувствовал, что на правильном пути. Когда зелье приобрело нужный вид, осталось лишь найти подходящую ткань для новой перевязки раны.

Судьба, похоже, испытывала его на прочность, лишив возможности использовать готовый материал. Однако он был настойчив и находчив. С аккуратностью и осторожностью он вырезал кусок ткани со своих собственных штанов, зная, что важнее всего — спасти жизнь друга. Он подошел к Косте с новым зельем и готовой повязкой. Остался последний шаг, который Кирилл мог совершить, и он был не менее важен, чем флакон с лекарством, который выпил Костя.

Прикоснувшись к ткани, Кирилл почувствовал, как сильно она была пропитана кровью. Это заставило его напрячься и надеяться на лучшее. Плавно и медленно тряся флакон с новым зельем над куском рваной штанины, Кирилл пропитывал ткань, придавая ей целительные свойства. Несмотря на истощение и приглушенную боль, он знал, что каждая капля этого зелья станет спасительным даром для его товарища.

Прошло немного времени, и лоскут превратился в символ надежды и спасения. Действовать нужно было быстро, развязывая старый платок, он мгновенно схватил в руки пропитанную ткань и начал обматывать ей ногу Кости. Как только лоскут коснулся поврежденной части, Костя завыл как дикий зверь, боль стала нестерпимой, он кричал во все горло. Боль была невыносимой, и Костя от неё потерял сознание.

К счастью, его дыхание постепенно стало спокойным и ровным, словно он переносил тяжесть своих страданий в мир сновидений. Подобно младенцу, он уснул, обретя покой после мучительного испытания. Кирилл прилег рядом с ним, понимая, что скоро наступит поздний вечер и нужно как можно скорее добраться до поселка.

Глава 14

****

"Бежать под свист летящих перьев долго мы не могли. Наш третий товарищ, не помню, как его звали," — продолжал свой рассказ Мэтью. Проговорил очень быстро

— "Мы полные идиоты. Нужно было забрать мешок у этого кретина Фомы," — сказал мой товарищ.

Быстро махнув головой, мы продолжали бежать дальше. В моей голове появлялись странные мысли, и я задумывался про себя:

"Вернуться и забрать мешок силой не получится," — . "Они, скорее всего, улизнули с ним," — конкретно эта мысль не давала покоя моему сознанию. Однако в ходе такой спешки, я быстро переключился на совсем другие мысли, а именно как нам выжить.

Практически без сил нам удалось практически выбраться из леса, и мы неожиданно выбежали на речку, протекающую широкой полосой. Соседний берег был виден где-то вдалеке. Лучи света играли на поверхности воды, словно маленькие бриллианты, оставленные таинственным ювелиром. Однако, спотыкаясь и падая, мы завалились на берег речки. Упав на спины и жадно глотая воздух, мы дышали, словно после марафона. Сил не оставалось, как и надежды на спасение; гогот приближался и казался совсем рядом.

"Вспомнил! Одного звали Степан, а второго — Стас!" — с восторгом почти закричал Мэтью.

Но его радостное восклицание было прервано новым поступившим больным, который угрожающе поднял палец в знак тишины.

"Будь добрым человеком и соблюдай тишину, как в библиотеке," — прошептал кто-то за соседней койкой, напоминая ему о покое.

Мэтью сам удивился своей реакции. Еле слышно он продолжал: "Мы начали рыскать в карманах и вещах, в поисках любого средства на спасение. Степану удалось найти в сумке склянку темного цвета. Что в ней было, я и сам не знал." Таких склянок мне не приходилось видеть. Она выглядела очень впечатляюще. В ней словно находилось что-то живое.

Он успел достать её и показать, вытянув руку вверх. В этот момент громкий топот лап, хруст веток и дрожащие деревья говорили только об одном: они нас настигли. Степан, показав склянку, сделал рывок в сторону и бросил её рядом с нами. Она разбилась, и чёрный туман окутал меня и Стаса. Сам же Степан следом открыл что-то наподобие портала, успев крикнуть: "Ещё свидимся!" Мигом нырнув туда, он исчез за долю секунды. Облако чёрного цвета медленно растворялась, оставив лёгкую пелену едва заметного белого цвета.

Все эти действия прошли очень быстро, и мы сами не успели осознать, как нашему взору предстала картина, одновременно завораживающая и внушающая ужас. Около десятка птиц стояли, внимательно осматривая берег реки. Я уже хотел сказать Стасу: "Похоже, наш конец," но Стас мгновенно схватил меня за руку, а другой рукой приложил палец к губам и, слегка поворачивая голову, дал сигнал о безмолвии. Чернокрылки мотали головами, словно пересматривая местность через перископ, гоготали и осматривали берег. Пелена, окружавшая нас, поглощала их взоры; для них мы стали невидимы. Однако Стас всё ещё держал меня за руку и стоял, словно окаменевший. Мы оба продолжали смотреть прямо перед собой, не издавая никаких звуков.

Внезапно раздался резкий, пронзительный звук, нарушивший спокойствие берега и нашего слуха. Одна из чернокрылок дёрнулась с места и побежала, за ней последовали остальные члены стаи. На берегу осталось только несколько из них, возвышающихся над прибрежным песком, словно островки темноты в море ночи. Они уходили от нас, притопывая мягкий песок, и скрывались всё дальше и дальше вдоль берега.

Каменная хватка Стаса постепенно ослабевала, и я чувствовал лёгкое прикосновение, словно освобождение от гнёта неведомой угрозы. Стас разжал руку, и напряжение ушло, будто тяжесть мгновенно снялась с моих плеч.

— Нам невероятно повезло, — сказал Стас, его голос звучал полон признательности и удивления. — Степан, хоть и странный парень, поступил неожиданно и отважно. Кто бы мог подумать, что у него есть такой редкий эликсир, да ещё и как он его использовал!

Я согласился, удивлённый и благодарный за спасение от неведомой опасности.

— Мне и в голову не пришло, что он так поступит, — ответил я, чувствуя себя одновременно изумлённым и облегчённым.

Мы начали медленно двигаться, пелена от магического зелья испарилась и слилась с воздухом, словно её никогда и не существовало. Угроза миновала, и мы, вполголоса, начали обсуждать наши перспективы по возвращению в поселок. Подсчитав численность чернокрылок, мы поняли, что их было не так много, как казалось на первый взгляд. Стас отправился к началу реки, чтобы оценить возможность её переплыть, а я решил исследовать направление, куда унеслись чернокрылки. Одним из вариантов оставалось вернуться обратно в лес и выйти на тропу, по которой нам будет легче сориентироваться.

Внезапно я услышал, как Стас мягко зовёт меня по имени. Он махал руками, призывая подойти к нему. Подойдя ближе, я спросил: