Песня смерти (СИ) - Громов Денис - Страница 5

— Ах ты ж недоносок! — вскричал кто-то из моих сослуживцев и бросил в меня разряд ветвистой молнии. Я инстинктивно закрылся руками и передо мной возник полупрозрачный щит, который частично смягчил удар по мне и отбросил к ближайшей стене.

Почувствовав чудовищную боль, я ощутил ноздрями запах паленого мяса и понял, что это мое собственное мясо. Нужно встать. Нужно драться! Сократить дистанцию и действовать как учили: «восемью конечностями».

Но сил подняться уже не было. Мой обидчик подскочил ко мне чтобы совершить окончательный удар, но тут его остановил гулкий командирский бас. Что было дальше, я уже не помню: шок от боли вырубил меня начисто.

Глава 3. Послали. Иду

Последствия драки

Мда. Косяк я упорол знатный. Мало того, что поднял руку на армейского товарища, так еще и нарушил дворянский кодекс, прямо запрещающий крестьянский мордобой. По правилам, я должен был бросить обидчику вызов на дуэль и решить все шпагой и магией.

Другая проблема крылась в том, что я нажил себе врага в лице князя Михаила Ивановича Троекурова, сына одного из влиятельнейших бояр Российской империи, ведущего свой род от самих Рюриковичей. Своим мордобоем я прилюдно унизил его и низвел до уровня простолюдина. Последствия могут быть самые разные. От вызова на смертельную дуэль, до уничтожения родного поместья.

Охо-хо, и как меня угораздило? И ведь это он сам нарывался! Как другим-то объяснишь? А ну и черт бы с ним! Не жили нормально, не хрен и начинать.

Тут другое последствие выплыло: вызвал меня к себе наш командир. Да отчихвостил так, что пена в разные стороны летела. Ох, сколько я про себя нового узнал. Ох, сколько я, оказывается, у всех кровушки попил! Так что выходит мне всего один путь: иди как ты, мил дружок, нафиг! Увольняют меня, короче. Без права службы в гражданских должностях.

Ну вот и все. Будущая карьера накрылась, даже не начавшись. И чего мне делать? Домой возвращаться? А мне туда нельзя! Там у меня вроде как семья. Меня же там на раз-два раскроют. И все, кончилась моя жизнь молодого дворянина.

— Так что все, Беляев, иди, собирай вещи! — подвел итог выволочке командир. — Советую тебе быстро собраться и мгновенно исчезнуть — Троекуровы обид не прощают.

Так, и куда дальше?

Выпнули значит. Ладно-понятно. Не очень-то и хотелось, знаете ли.

Ну что ж, пора проложить маршрут до дома. Наша воинская часть находится в Воронежской губернии, Воронежском уезде, прямо под городом Воронеж. Тут все понятно. А добраться мне надо до Спасского уезда Рязанской губернии. Именно там, в относительной глуши, находится наше родовое имение. Ну не бродягой же мне быть, в самом деле? Отправлюсь домой. Прикинусь валенком, так мол и так, вот как армия людей меняет. Принимайте обратно.

А то что выгнали, так это ничего. Найдем другой путь пробиться в местную попсу.

С этим понятно. А как добираться? Лошади у меня своей нет. Она останется здесь и никуда со мной не поедет даже за обещания морковки.

Порталом из Воронежа в Рязань дороговато будет, а у меня и денег при себе кот наплакал. Не знаю, сколько стоит портал, но учитывая цены в армейском чипке, мне не хватит даже чтобы одну перчатку домой отправить.

Ладно, придумаем, что-нибудь. Главное теперь из части живым-здоровым выбраться. А то этот Троекуров может меня на выходе из казармы как муху прихлопнуть.

Итак, набираемся наглости, морду кирпичом и в казарму.

Ого, а тут целая толпа. Ну все, сейчас разорвут!

Сжал покрепче булки, чтобы предательские ветры не выдали мой мандраж и вперед — у меня других вариантов нет.

Подхожу ближе. Не понял. А лица прямо таки не злые. Смотрят, эдак с ободрением. Протискиваюсь сквозь толпу, иду к своей койке с тумбочкой — все как в родной российской армии.

А вот и гад Троекуров. Вместе со своими подпевалами. Вон и тот стоит, что меня молниями поджарил. Спасибо доктору, успел меня на ноги поставить. Причем, в считанные минуты.

Ну, сейчас нападет. Нет? Молчит? Только глазом сверлит. Ну-ну. Что-то не верится, что ты забыл как я тебе мордашку подправил, а доктор потом выправил.

Забираю свои скудные пожитки, не прощаясь, ухожу. Надо же: ни слова в спину, ни плевка. Чет падазрительна!

Вышел на улицу и побрел в сторону КПП. Бумаги мне мои командир отдал, так что делать мне здесь больше нечего.

У самого выхода из части вижу припрятавшегося за сарайчиком неизвестного назначения поручика Голицына, призывно машущего мне рукой. Ладно, подойдем. Мы не гордые. А за лишнюю минуту нахождения в части, мне, я думаю, ничего не будет.

— Ну ты брат, дал! — протягивает руку для пожатия Алексей. Отвечаю ему, чувствую крепость его руки. — Выражаю тебе благодарность от лица нескольких заинтересованных лиц. То, что ты сделал с Троекуровым, войдет в анналы истории.

— А что я сделал-то? — не понял я.

— Во, дает! Ты ему морду расквасил. По-простому, по-крестьянски. Низвел, так сказать, до состояния конской подковы! Тебе, конечно, за это головы не сносить, но знай, что ты сделал хоть и не благородное, но доброе дело.

— Головы, говоришь, не сносить? — уточнил я. — А чего ж он меня в казарме не прихлопнул?

— Убивать тебя просто так, не по чести и противоречит закону. А вызывать на дуэль, это вообще один срам получится — все и так знают какой ты дуэлянт «знатный». Ни магии нормальной, ни шпаги.

— И как же он мне отомстит? — решил я приподнять завесу тайны. Мало ли, лишняя информация еще никому не навредила.

— Мы тут с господами сделали ставки, так многие поставили на то, что ты даже до города не доедешь — по дороге прибьют. — обрадовал меня Голицын. — Но есть и хорошие новости: некоторые тебе сочувствуют и решили помочь. Так, самую малость. Вот, держи.

Так, и чего это мне приготовили? Плюшки какие-нибудь? Плюшки я люблю!

Поручик отвернулся и принялся копаться в каком-то мешке. А через минуту долгой возни протянул мне несколько предметов. Старую шпагу и одну затертую монетку.

— Шпага, это понятно. Спасибо. — резюмировал я. Хоть я ею драться и не умею, а все же оружие добавляет уверенности. — А это что?

— Увидав как ты работаешь кулаками, один из наших умельцев сделал из этой монетки артефакт. Для многих бесполезный, но не для тебя. Берешь эту монетку, зажимаешь в ладони, высвобождаешь силу и бьешь какого нибудь супостата — голова от удара точно отлетит. Заряд у нее маленький, все таки на скорую руку делали, но зато ее подзаряжать можно.

Мда, штука, конечно, интересная, но как я эту «силу» высвобождать буду? Именно этот вопрос я и задал охреневшему от услышанного поручику.

— Ты ж дворянин! Магия у тебя в крови! Неужели ты даже бытовой пользоваться не умеешь? — изумился он.

— Да вот, чутка подзабыл. — виновато почесал я репу. — Может, вы мне просто денег одолжите? На портал.

— Извини, брат, денег нет. На прошлой неделе все жалование прокутили. — развел руками Алексей. — А ты, как я слышал, по своему обыкновению, матери деньги отправил.

Мы постояли некоторое время молча. Наконец, Голицын разразился идеей:

— Слушай, а нам как раз сейчас почту в часть привезли. Дашь полушку ямщику, так он тебя с ветерком до Воронежа домчит!

— На это, пожалуй, денег наскребу. Не пешком же идти. — согласился я.

— А вот, кстати, и он. — Алексей указал мне рукой на выезжающий из воинской части грузовой дилижанс. — Ладно, давай, беги! Даст Перун, свидимся!

Алексей Голицын неожиданно меня обнял и хлопнув по спине, придал нужное направление.

Ну что ж, раз есть шанс проехаться с ветерком, а не стаптывать сапоги, то почему бы и нет.

Что ты такое?

С ямщиком договорился без проблем. Правда, денег он запросил гораздо больше, чем ожидалось — раза эдак в полтора. Ну дам не выбирать не приходилось. Зато не пешком.

Закинув пожитки в карету, я разместился рядом с возницей. Зная страсть людей подобной профессии к болтовне, я понадеялся услышать массу интересных историй, которые не только развлекут меня в пути, но и немного расширят мой кругозор об этом мире.