"Коллекция военных приключений. Вече-3". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Богомолов Владимир Осипович - Страница 965

Диллер изумленно отступил на шаг, еще раз оглядел картину и повернулся к Андрею.

— Это блеск, мистер Стоун, — сказал он, и его лицо осветила улыбка. — Теперь это блеск!

Андрей наклонил голову. Неожиданная находка пролила бальзам на его душу, и волнение уступило место глубокой благодарности.

Диллер еще раз обошел мастерскую и снова вернулся к «Прерии». Постоял перед холстом, скрестив руки на груди, потом обернулся к художнику:

— Вы знаете, по духу ваша «Прерия» напоминает мне работы Монтичелли. Впрочем, скорее не по духу, а по настроению. У него есть полотно «Холмы Прованса»…

Монтичелли? Андрей не особенно хорошо знал этого художника, а вот «Холмы Прованса», которые он видел в Лувре, ему запомнились. Он даже вздрогнул, удивившись тому, что Диллер так хорошо знал и чувствовал живопись.

— Эту картину я беру, — сказал Диллер неожиданно.

Андрей машинально отметил это «беру», властное и окончательное. Видимо, Диллер даже не представлял, что ему могут отказать и что лучше в данной ситуации сказать: «Я бы эту картину взял» или «Я эту картину хочу приобрести». Нет, он сказал «беру» и поставил точку.

Впрочем, спорить с его величеством на этот раз необходимости не было. Все, что предусматривалось заданием на данном этапе, Андрей выполнил на сто с лишним процентов. Он не позволил Диллеру рассчитаться с собой за услугу через посредников. Он дождался появления миллиардера в своей мастерской, показал ему товар лицом и теперь был вправе ожидать продолжения знакомства. Не было случаев, что Генри Диллер просто вот так мог пройти мимо понравившегося ему мастера. Андрей наклонил голову.

— Я не могу сказать «нет». Я рисую не для себя.

Диллер посмотрел на него пристально.

— Почему ж вы раньше не соглашались?

— Сэр, я не хотел, чтобы пошел слух, будто покупка сделана вами в благотворительных целях для поддержания молодого и неизвестного художника. А ведь только так можно расценить заочное приобретение богатым меценатом вещи, которая даже не выставлялась.

— Я всегда покупаю картины через доверенных лиц.

— Сэр, я читал об этом. Но в таких случаях речь идет о работах прославленных мастеров. Чести быть знаменитым я не имею. И тем более было бы странным, что в роли вашего эксперта выступал мистер Мейхью.

— Вы мне нравитесь, Стоун, — сказал Диллер тем же тоном, каким только что произнес «беру». Посмотрел вокруг и добавил: — Могу заметить: вы большой художник. И делец неплохой. Это приятно.

И только тут Андрей снова обратил внимание на сестру Диллера. Мисс Джен была необыкновенно красивой. Его поразили торжественные линии белого шелкового платья, дразнящий блеск камней в светлых, искусно уложенных волосах и какая-то необъяснимая беззащитность в округлых, матово светившихся плечах и руках.

Видение задержалось, легкое, сияющее, чуть смазанное светом студии, насквозь пронизанной лучами солнца. Лицо Джен казалось бархатистым, а взгляд темных глаз необыкновенно глубоким.

Андрей сразу представил, как бы она выглядела на портрете в тяжелом торжественном алом платье.

— Мне кажется, у вас здесь мало света, — сказал Диллер критически. — Можно найти студию получше. Более для вас подходящую…

Андрей пожал плечами.

— Всегда можно отыскать такое, что будет лучше прежнего.

— Вам не придется искать, — сказал Диллер. — Я предлагаю поработать у меня на вилле Ринг. Я давно ищу художника, который привел бы в порядок мою галерею. И потом, я хотел бы заказать вам свой портрет.

Андрей в волнении потер руки, при этом громко хрустнув костяшками пальцев.

— Благодарю вас, сэр. Я не сочту нужным добиваться, чтобы такое предложение повторяли.

Диллер улыбнулся одними глазами.

— Ты мне нравишься, парень, — сказал он и протянул руку Андрею.

4

Итак, он едет к Диллеру. На виллу Ринг. Именно туда, куда ему и предстояло ступить в случае удачного развития операции.

Еще там, в Москве, предугадывая такую возможность, Корицкий сказал:

— Это очень важно для нас. Чрезвычайно важно. Мы никому не можем позволить преподносить нам сюрпризы. Никому, в том числе и мистеру Диллеру. А он, судя по некоторым наблюдениям, такой сюрприз старается приготовить. Установлено, что Диллер в последнее время завел постоянный контакт с Джерри Стоксом. Это помощник военного министра, который занимается новыми видами оружия. Их встречи проходят без участия советников и экспертов. Дважды оба ездили на химический полигон в Йеллоусэндз. Оба раза провели там по три дня. Никто из клерков не знает, о чем они говорят, что смотрят, что испытывают. Можно лишь догадываться, что дело серьезное. Слишком велики ассигнования, которые вдруг посыпались на Диллера. Их размеры подсчитаны довольно точно. Правда, деньги переведены на счет с условным названием «Астра» — компания с ограниченной ответственностью. Но мы знаем — фирма служит прикрытием дочернего филиала «Континентал кемикл корпорейшн». Короче, все в этом достаточно нечисто.

Разобраться, что скрывалось за словами «достаточно нечисто», предстояло Андрею. И вот день, когда он наконец оказался на пороге двери, закрывающей вход в тайну, пришел. Оставалось закончить некоторые домашние дела, написать записку Розите — и можно собираться на виллу Ринг.

5

Розита… Они познакомились год назад совершенно случайно. Впрочем, Андрей оставлял возможность думать, что это вовсе не так. Он вообще считал, что в его нынешней жизни самые невероятные происшествия нельзя списывать на случайности. Одни из них под случайности гримировал он сам, с другими, возможно, то же самое делал другой гример.

Познакомились они так. В начале прошлого лета Андрей возвращался с этюдов. В это время он только начал писать «Закат у Синих скал», и ему приходилось выезжать в горы на натуру. Не доезжая километров двадцати до города, Андрей заметил золотистый «Паккард», приткнувшийся к обочине автострады. Рядом с машиной стояла женщина. Увидев подъезжавший автомобиль, она вышла на дорогу, подняла руку и от напряжения, как старательная школьница, желавшая, чтобы ее вызвали к доске, привстала на цыпочки.

Андрей гнал машину, не снижая скорости. Заводить контакты с дорожными проститутками или становиться жертвой грабителей, ловивших простаков на «живца», он не собирался. Поравнявшись с «Паккардом», он вдруг заметил на лице женщины выражение страшного огорчения и разочарования и нажал на тормоз. Завизжала, прикипая к асфальту, резина шин.

Затормозив, Андрей сдал автомобиль назад.

— О, извините! — мелодично пропела женщина. — У моей коняшки что-то испортилось в серединке, и она не хочет бежать дальше.

Андрей подошел к «Паккарду», довольно старому и потрепанному, приподнял капот и заглянул в пышущее жаром чрево машины. Неисправность оказалась на самом виду. Пластмассовая крышка распределителя зажигания треснула и развалилась на две части.

— Ничего не поделаешь, сеньорита, — сказал Андрей весело. — Придется вашу коняшку оставить здесь. Могу подвезти вас до города.

И тут же представился:

— Чарльз Стоун.

— Розита Донелли, — назвалась женщина. Она устроилась рядом с ним. — Я очень рада, что встретила вас. В такое время на дороге совсем мало машин.

Она оказалась общительной и веселой. Узнав, что ее спутник — художник, Розита восторженно воскликнула:

— Это просто чудо, мистер Стоун! Я никогда не встречала живых художников. Вы мне покажете, что нарисовали?

На другой день она приехала к нему на Оушн-роуд и провела там весь день, рассматривая картины и задавая смешные вопросы.

— Вы всегда пишете в хорошем настроении? — спросила Розита, разглядывая наброски «Солнечного берега». Видимо, обилие света и оптимизм картины наталкивали ее на мысль, что художнику работалось весело и легко.

— Работа есть работа, — ответил Андрей, улыбаясь. — Она не зависит от настроения. Есть охота или нет ее — я пишу. Иначе легко облениться. Потом кисть в руки не возьмешь.