"Военные приключения-3. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Мартелли Джордж - Страница 999

— Давайте сообразим вместе, Тадеуш, — не обратил внимания на иронию Ветрова. — И учтите, солдаты гнались за Ульманом и не знали, что их было двое.

— Вы забываете о гестаповцах, которые следили за Гибишем и Ульманом от самого поселка, — перебил Свидрак. — Они уже успели обыскать с собаками всю округу.

— А не допускаете ли вы, пан Тадеуш, — теперь иронизировал Ветров, — что собака может не взять след или потерять его?

— Надежды мало… — буркнул Свидрак.

— Один-два шанса из тысячи. — Ветров надвинул на лоб картуз. — Все равно мы пойдем назад. Лучше уж умереть в бою, чем в этой сырой могиле, — зябко поежился. — Зря свою жизнь не отдадим!

— Я не подумал об этом… — признался Свидрак.

— Итак, считаем! Прошло три с половиной часа, как мы отправились сюда. Часа полтора на это, — Ветров кивнул на нишу со взрывчаткой, — значит, шли около двух часов. С грузом. Назад — быстрее… Достал из кармана взрывное устройство с часовым механизмом, поставил стрелки, завел. — Итак, через два часа.

Свидрак посмотрел на свои часы. Около часа ночи. Увидят ли они еще раз солнце?

До завала дошли быстро и без происшествий.

— Я же говорил, — торжествовал Василько, — они не посмеют сунуть свой поганый нос под землю.

— Помолчи! — положил хлопцу на плечо руку Свидрак.

Пана Тадеуша не оставляло предчувствие близкой опасности, и это делало его собранным и осторожным.

Начали разбирать завал. Серьезность и тревога Свидрака постепенно передавалась другим — работали быстро, сосредоточенно. Внезапно Ветров приказал товарищам!

— Отойти всем!

Ребята стояли, ничего не понимая.

— Всем назад! — закричал командир. — Живо!..

Экспресс Берн — Берлин остановился у платформы пограничной немецкой станции. Здесь Карл Кремер должен был пересесть на поезд, который шел в Дрезден. Бросил в чемодан несессер и пижаму, с удовольствием выпрыгнул из душного вагона.

У самого входа в вокзал к Карлу подошел среднего роста коренастый человек в спортивной куртке.

— Карл Кремер? — спросил.

Карл отступил на шаг, смерил человека недоверчивым взглядом. Кто он и что ему нужно? Улыбается будто приветливо, а выражение лица неприятное: нижняя губа выдается вперед, подбородок тупой, а глаза маленькие и злые. Человек напоминал бульдога. Такая же мускулистая шея и большие зубы.

— Карл Кремер, если не ошибаюсь? — переспросил человек, снова показывая зубы.

— Да, меня зовут Карл Кремер, — ответил Карл.

Лицо человека расплылось так, словно он встретил ближайшего друга.

— Вы не могли бы уделить мне несколько минут?

— Нет, — твердо ответил Кремер. — К сожалению, у меня нет времени.

Незнакомец сразу показался ему подозрительным, и Карл хотел избежать разговора.

— Я от фон Вайганга, — понизил голос человек. — У меня к вам поручение. Идите за мной.

— Чем вы докажете?… — начал Карл, но человек оборвал его.

— Выйдем с вокзала, — приказал Кремеру, — там все разъяснится.

Карл пожал плечами и пошел за человеком. Они вышли на привокзальную площадь, и закрытый черный лимузин резко затормозил перед Карлом, обдав его грязью.

— Садитесь! — открыл дверцу его спутник.

— Никуда я не поеду, пока…

Карл не успел договорить. Кто-то схватил его за руки, вывернул их назад. Щелкнули наручники. Кремер рванулся, но напрасно.

— Спокойно, мальчик! — прогудел кто-то над ухом. — Я могу отдавить тебе ноги!

Карл невольно глянул вниз и увидел огромные — размера сорок шестого или сорок седьмого — ботинки. «Такой и вправду отдавит», — успел только подумать Кремер, как его приподняли и бросили в машину. Ударившись коленом о дверцу, Карл упал на заднее сиденье. Великан плюхнулся рядом с ним, а второй — с лицом бульдога — сел слева. Автомобиль сразу же тронулся.

— Это произвол! — уверенно начал Кремер, хотя и понимал: его игра проиграна. — Я буду жаловаться!

— Я тебе пожалуюсь! — великан схватил Карла за ухо, повернул лицом к себе. — Ишь, сволочь, он еще взбрыкивает!..

— Вы не имеете права… — начал Кремер.

Второй человек захохотал за его спиной.

— Гестапо на все имеет право!

— Я не видел ваших документов и не знаю, кто вы… — не унимался Карл.

— Вот тебе документ! — великан вдруг ударил его в подбородок. У Кремера щелкнули зубы, и он повалился на человека слева. — Какие еще документы тебе нужны?

— Не надо, Гельмут, — остановил товарища второй гестаповец. — Обкровянит всю машину.

Великан недовольно пробормотал что-то. Как-то нехотя обыскал у Карла карманы, забрал все из них и отвернулся к окну. Машина выезжала из городка. Кремер скосил глаза, чтобы узнать, куда едут, но второй гестаповец накинул ему на голову черную тряпку.

Автомобиль мчался на большой скорости — скрипела резина на поворотах. «Километров сто десять в час, не меньше, — определил Карл. — Взяли меня без пяти одиннадцать. Хотя бы приблизительно буду знать, на сколько отъехали…»

Кремер сидел в неудобной позе, привалившись боком к спинка сиденья. Руки, стянутые за спиной наручниками, затекли, от тряпки на голове воняло потом и дешевым табаком. Хотелось пить и немного тошнило, но Карл заставил себя собраться и обдумать все, что произошло.

«Руди Рехан?» — подумал прежде всего. Однако Рехан продал бы его лишь в том случае, если бы над ним самим нависла опасность. И все же этот вариант следует иметь в виду.

Может, его встречи со Штеккером, Ульманом и Ветровым? А западня в доме Марлен Пельц? Возможны абсолютно непредвиденные случайности, которые могли навести гестапо на его след. Карла знакомили с разными случаями, когда проваливались агенты высшего класса, и он знал, что даже самые осмотрительные не застрахованы от просчета.

Машину подбросило на выбоине, и Карл ударился головой о спинку сиденья. Черт бы побрал этих гестаповцев, как сговорились: сидят, будто в рот воды набрали, хотя бы словом перекинулись… Может, проговорились бы…

Если даже допустить, что стало известно о подозрительных связях Карла Кремера, то разве выпустили бы его в Швейцарию? Конечно же нет. Значит… закавыка в самой поездке. Арестовать Кремера, зная, что его поездка — внешне невинного коммерческого характера — организована Вайгангом, могли лишь по указанию Управления имперской безопасности. А если учесть давние дружеские отношения группенфюрера с самим Гиммлером, то понадобились бы особенно веские доказательства вины Карла Кремера или Вайганга. Правда, давая санкцию на арест, кто-то мог пойти ва-банк, надеясь, что, идя на дно, Кремер потянет за собой и группенфюрера.

Какие же доказательства вины Карла Кремера могло иметь гестапо?

Прежде всего о его поездке мог знать кто-то, кроме Вайганга и Кремера, — например, Шрикель, — и уведомить Берлин. Нет. Тогда бы его забрали на границе, обыскали и без лишних хлопот получили бы компрометирующие материалы.

Дальше. В Цюрихе за ним могли незаметно следить и установить, что он встречался с американцами. И все же сам факт, хотя и подозрительный, не может служить доказательством антинемецкой деятельности Карла Кремера. Чарльз Хокинс — деловой человек, к тому же, по документам, не американский подданный. И нет такого закона, который запрещал бы честному немецкому коммерсанту заключать выгодные соглашения. Если в гестапо будут строить обвинение на этом, им вряд ли удастся доказать что-либо. Правда, если бы дело касалось одного Карла Кремера, то можно было бы вообще ничего не доказывать — есть тысячи способов убрать его. Но, насколько понимал Карл, ставка в этой игре значительно выше…

Готовя Петра Кирилюка к работе в Германии, подполковник Левицкий рассказал ему о грызне между руководителями гитлеровского рейха. О их коварстве и жестокости, о методах, которыми они пользуются в борьбе за власть.

Вполне возможно, что кто-то хочет устранить со своего пути Вайганга и рассчитывает сделать это с помощью свидетельства Карла Кремера.

А гестаповцы, как нарочно, молчат — ни слова… Очевидно, это точный психологический расчет: пусть тревожные мысли лезут в голову, пусть отчаяние растравит сердце. Это зачастую изнуряет больше, чем пытки…»