"Военные приключения-3. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Мартелли Джордж - Страница 996

— Вы? — резко повернулся Ветров к Гибишу.

— Ульман погиб для того, чтобы я провел вас.

— Тогда, — обвел всех взглядом Ветров, — не будем терять времени. — Одной рукой поднял пятидесятикилограммовый рюкзак и закинул его на спину. — Пошли!

Гибиш шел впереди, освещая путь мощным электрическим фонарем. Через несколько десятков метров ход сузился — в этом месте штрек перегораживала решетка из толстых стальных прутьев. Гибиш с Ульманом трудились чуть ли не всю ночь, пока перепилили и отогнули ее так, чтобы можно было пролезть. Сейчас пришлось немного задержаться, чтобы протиснуть сквозь этот узкий проход полные рюкзаки. Дальше штрек снова расширялся — шли не сгибаясь.

Василько, которого не смутили ни перспектива смертельного боя с эсэсовцами, ни мокрые стены и затхлый воздух пошутил:

— Мне все это напоминает обыкновенную экскурсию с благородной туристической целью: найти парочку паршивеньких сталактитов…

— Замолчи! — буркнул Юзеф.

— Отчего же, — вдруг поддержал паренька Ветров, — пусть помелет языком…

Второй поляк, пан Свидрак, мужчина лет сорока, удивленно оглянулся на командира. Ветров всегда первым обрывал говорливого Василька. Юрий подморгнул, и Свидрак понял его — болтовня паренька отвлекала всех от мрачных мыслей.

— У нас в Силезии, — решил поддержать начатый Васильком разговор, — есть штреки, в которых можно только ползти. У меня был знакомый шахтер из Катовиц, так он рассказывал…

Никто так и не узнал, о чем рассказывал пану Тадеушу знакомый шахтер, потому что Гибиш дал знак остановиться возле небольшого проема в стене штрека у самой бетонной плиты.

— Дальше, — махнул рукой Гибиш, — основной штрек фашисты тоже перекрыли железобетонными плитами. Они изучали все подходы к заводу и перекрыли все, что могло представлять опасность. Раньше хотели просто подорвать штрек, но инженеры запретили — завод был уже построен, а от взрыва порода могла просесть и завалить подземные галереи. Мы пойдем сюда, — указал на проем.

Василько, который ближе всех стоял к старику, покрутил носом, критически осматривая дыру полуметрового диаметра.

— Это же собачья нора, — сказал с иронией. — И далеко она тянется?

— Не очень… Потом будет легче — начнется подземная пещера.

— Я — первый! — Юзеф решительно скинул рюкзак.

— Почему ты? — обиделся Василько. — Что, я хуже тебя?…

— Первым полезет Свидрак, — распорядился Ветров. — Он сильнее нас, а ход, возможно, придется расчищать.

Пан Тадеуш привязал к лямкам рюкзака веревку, чтобы не мешал свободно двигаться, потянул его. за собой. Проползал метра два-три и осторожно подтягивал к себе рюкзак со взрывчаткой. За ним, сопя, следовал Василько, потом ползли Гибиш и Юзеф, а последним, как и раньше, был Ветров.

Василько уже не шутил. Представил, какая толща земли над ними, и ему стало жутко. Он, как букашка, а сверху тысячи и тысячи тонн… А ну как осядет сейчас — раздавит, не успеешь и пискнуть. Затем вспомнил, что им все равно не спастись, гестаповцы, наверное., уже в пещере, и какая разница где умереть?… И все же не верилось, что через насколько часов ему придется умирать.

Жизнь, особенно такая, какой он жил последнее время, увлекала Василька; теперь она обернулась к нему совсем другой стороной. Принимая участие в ветровских диверсиях, паренек вел свой собственный счет: убитый фашист — за сожженную хату у тетки Ганны, взрыв в кинотеатре — за дядьку Трофима, расстрелянного в сорок первом, а подорванный мост — за отца, который погиб под Житомиром…

Но, как ни рос этот личный счет Василька, все еще оставалось и оставалось: за сестру, которая маялась где-то в Северной Германии, за сельскую школу, в которую попал снаряд, за вывезенное из колхозного склада зерно… Василько вел счет тщательно, не забывал ничего. Больше всего тревожило хлопца, успеет ли он полностью рассчитаться с фашистами.

Подтягивая к себе рюкзак со взрывчаткой, Василько подумал: этот завод, наверное, перетянет все, что осталось в списке; это придало ему силы, и узкая нора уже не напоминала могилу. Догнал Свидрака и только хотел поторопить его, как вдруг рюкзак, который все время мешал видеть самого пана Тадеуша, провалился куда-то вниз, а вместо него в луче фонарика появилось вымазанное мрачное лицо Свидрака. Василько вздрогнул от неожиданности, но в следующий же момент понял — конец ходу, они уже в пещере, о которой говорил Гибиш.

— Осторожно, — предупредил Свидрак, — здесь круто.

Василько, не обращая внимания на предупреждение, ринулся в пещеру головой вниз, уперся руками в холодный камень, перевернулся и сразу же вскочил.

Свидрак вытащил из лаза его рюкзак.

— Акробат! — бросил иронически. — Так, проше пана, тут не цирк и даже не гимнастична зала.

— Вы всегда были мрачным нелюдимом, пан Тадеуш, — весело отрезал Василько, принимая рюкзак, — и я сомневаюсь, видела ли жена когда-нибудь улыбку на вашем лице!

— Если бы мне встретиться с Вандзей… — Он помог Гибишу спуститься в пещеру и придвинулся к Васильку. Сказал ему тихо:

— Слушай, хлопче, поклянись мне. если останешься живой, разыскать Вандзю.

— Рано хороните себя, пан Тадеуш!..

— Ты слышал меня?!

— Клянусь! — уже серьезно ответил Василько, поняв, что эта клятва успокоит Свидрака.

Вдвоем они вытащили рюкзаки Юзефа и Ветрова. Теперь можно было осмотреться вокруг. Лучи четырех фонариков ощупывали гранитные своды, которые терялись в темноте. Слева свод нависал совсем низко, под ним угадывался узкий проход. Гибиш, перебравшись через гранитные глыбы, направился именно туда, но Ветров остановил его:

— Минутку, подождите пас. Если эсэсовцы отважатся на преследование…

Вчетвером они быстро завалили вход в пещеру камнем. Чтобы разобрать этот завал, им хватило бы и десяти минут, а тем, кто пошел бы по их следу, пришлось бы перетаскивать тяжелые глыбы до самого штрека.

— Всего несколько часов здорового физического труда, — засмеялся Василько. — Не хотел бы быть на их месте.

Гибиш, который ушел вперед, уже сигналил фонариком. Друг за другом двинулись и остальные члены группы.

Кремер продолжал стоять в неудобной позе, сжимая портфель под мышкой и не вынимая руку из кармана.

— Кто вы и что вам нужно? — спросил еще раз.

— Разве это имеет значение? — вкрадчиво ответил лысый. — Разве вы успокоитесь, узнав, что меня зовут Гарри Сноу или Джеком Роузом? Прошу садиться, надеюсь, мы вас долго не задержим. При условии, конечно, что вы поведете себя благоразумно.

— Я буду жаловаться! — твердо заявил Карл. — Вы не имеете права задерживать подданного другой страны!

— Мы на собираемся предъявлять вам ордер на арест, — с издевкой произнес лысый, — потому что, как вы уже догадались, не являемся швейцарской полицией. И, несмотря на это, вам придется поговорить с нами. Мы заинтересованы в этой беседе, надеюсь, и вы тоже.

— Вы слишком самоуверены, — пожал плечами Каря. — А если я откажусь?

— У нас убедительные доводы, — кивнул тот на человека в темном костюме. — Вы на сможете возражать против таких аргументов.

Карл подумал несколько секунд, придвинул ногой стул и сел. У него не оставалось иного выхода. Ругал себя: попался, как мальчишка. Следовало обратиться к портье…

Но кто это и что им нужно? Может, охотятся за его бумагами? Очевидно, будут чертыхаться, увидав, что именно привез Кремер в Швейцарию.

Лысый устроился в кресле напротив Карла.

— Моя фамилия — Хокинс. Швейцарский коммерсант Чарльз Хокинс к вашим услугам. Я и Джон, — снова кивок в сторону двери, — как вы уже могли убедиться, немного осведомлены о ваших делах и просим прощения за некоторую бесцеремонность, с которой вмешиваемся в них. Сегодня утром мы виделись в холле вашего отеля, потом вы очень ловко и быстро замели свои следы, но мы не опечалились, поскольку знали, с кем вы собирались встретиться. И, как видите, спокойно дождались вас.

— Вы прекрасно осведомлены, господа, — подтвердил Кремер, — только не пойму, для чего вся эта комедия? Если я был нужен вам по каким-то деловым вопросам, не проще было бы договориться о встрече по телефону? Без этих, так сказать, — взглянул на Джона, — излишеств.