"Военные приключения-3. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Мартелли Джордж - Страница 1806

— Министерство иностранных дел, — заявил ему начальник протокольного отдела, — просило бы германскую миссию позаботиться о том, чтобы господа Бенеке и Опитц покинули Норвегию, поскольку они являются «персонами ион грата». Норвежским властям известно, что эти господа тайно пользовались радиопередатчиком для незаконных переговоров. Кроме того, некоторые лица, работающие вместе с Бенеке, подозреваются норвежской полицией в шпионаже.

Министерство иностранных дел Норвегии решило сообщить об этом миссии неофициально, не предавая гласности известные обстоятельства. Начальник протокольного отдела не настаивал на строгом выполнении указания о сроке отъезда названных господ. Он полагал, что они могут покинуть Норвегию в течение недели.

Барон фон Нейгауз слушал норвежца и делал вид, будто ошеломлен услышанным.

— Полагаю, что это достойное сожаления недоразумение, — произнес он. — Если в ваших утверждениях есть хоть небольшая доля правды, то я, безусловно, приму меры. Вы знаете, я сам часто встречался с помощником торгового атташе Бенеке, в том числе и вне службы. Это очень приятный и любезный собеседник.

— Да, — неопределенно подтвердил начальник протокольного отдела, — приятный и любезный собеседник, но…

— Господин начальник протокольного отдела, — прервал его барон, — я обещаю подробно информировать об этом деле посланника, и мы попытаемся все это проверить.

С этими словами фон Нейгауз простился и вышел из кабинета.

Сообщение фон Нейгауза вызвало в миссии большой переполох. Посол доктор Брэйер решил безотлагательно побеседовать с майором Бенеке. В первой половине дня состоялось совещание высших чинов миссии, на котором присутствовал и фон Нейгауз. Он дольше всех работал в германской миссии в Норвегии и поэтому лучше других знал положение дел. Совещавшиеся пришли к единодушному мнению о том, что нужно постараться выиграть время. Для этого было решено проделать следующее.

Миссия должна была направить министерству иностранных дел Норвегии ноту, в которой указывалось, что выдвинутые против помощника торгового атташе Бенеке обвинения являются настолько серьезными, что посланник счел необходимым немедленно лично расследовать дело. О результатах расследования норвежское правительство будет проинформировано в самое ближайшее время.

В тот же вечер доктор Брэйер отправил срочную шифровку начальнику военного отдела при министерстве иностранных дел в Берлине — человеку, который знал самые строгие тайны и который был постоянно осведомлен о планах верховного главнокомандования и его военной разведки, Упомянув о случившемся, доктор Брэйер подчеркнул, что не видит возможности договориться с норвежцами о том, чтобы господа Бенеке и Опитц остались в Норвегии. Норвежские власти располагают весьма точными данными об их деятельности. Правда, Бенеке очень сомневается в обоснованности доказательств, имеющихся в руках норвежского правительства. В связи с этим посланник предлагал следующий вариант действий.

Он брался доказать начальнику протокольного отдела министерства иностранных дел Норвегии, что ему не удалось обнаружить каких-либо фактов, подтверждающих подозрения норвежских властей. Однако в связи с серьезностью обвинений, выдвинутых против Бенеке и Опитца, он считает необходимым прекратить их деятельность в Норвегии. Несмотря на то что эти утверждения основаны на весьма сомнительных источниках, продолжение дискуссии по этому вопросу едва ли приведет к тому, что подозрения будут сняты. Даже если это и случится, указанные лица все равно покинут Норвегию. Однако посланник должен сохранить за собой право вернуться к этому вопросу и потребовать от норвежских властей дополнительных доказательств. Далее посланник решил просить о том, чтобы ему было предоставлено право самому определить время отъезда Бенеке и Опитца в течение последующих восьми дней. Дело в том, что Бенеке должен был передать дела старшему правительственному советнику Полю. Чтобы обезопасить деятельность последнего, посланник предлагал объявить Поля сотрудником миссии. Вот полный текст этой телеграммы.

На следующий день, поздно вечером, доктор Брэйер получил сообщение о том, что верховное главнокомандование одобрило предложенный им план действий. Посланник получил, кроме того, полномочия предпринимать любые шаги в Осло без предварительного согласования с Берлином каждого «шахматного хода». Майор Бенеке телеграфировал адмиралу Канарису, что требование о его отъезде будет отсрочено еще на несколько дней.

Ранним утром 4 апреля фон Нейгауз позвонил начальнику протокольного отдела министерства иностранных дел Норвегии и попросил аудиенцию на 11 часов того же дня. При встрече советник германской миссии точно изложил полученные им от посланника Брэйера инструкции.

— Тщательные расследования, — заявил он, — показали, что обвинения против помощника торгового атташе Бенеке и господина Опитца совершенно несостоятельны. Но после всего случившегося миссия решила не настаивать на дальнейшем пребывании этих лиц в Норвегии. Они покинут страну в кратчайший срок. Миссия оставляет за собой право установить дату отъезда, о чем министерство иностранных дел Норвегии будет поставлено в известность.

Начальник протокольного отдела Юханнессен напомнил в ответ Нейгаузу об их разговоре два дня тому назад.

— Очень, очень странно, — с сомнением проговорил он, — что германская миссия не смогла найти подтверждение выдвинутым нами подозрениям.

После того как начальник протокольного отдела пообещал выяснить, сможет ли норвежское правительство принять предложение германской миссии об отсрочке отъезда Бенеке и Оптца на восемь дней, фон Нейгауз заявил, что министерству иностранных дел Норвегии, несомненно, известно о совсем недавнем, всего две недели назад, прибытии в Норвегию супруги помощника торгового атташе с девятимесячным ребенком.