"Военные приключения-3. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Мартелли Джордж - Страница 1408

2 июля Кейтель издал совершенно секретную директиву главнокомандующим видами вооруженных сил.

Я часто расспрашивал офицеров абвера, как, по их мнению, в Англии могли узнать об операции «Морской лев». Было ли это результатом государственной измены кого-либо из высокопоставленных лиц Германии?

Как мне сообщил генерал Шпейдель, Гитлер создал специальный секретный штаб для разработки плана этой операции. Это не могло не вызвать разговоров. 9-й пехотный полк, воспитанный в духе традиций прусской гвардии, был избран для проведения высадки в районе Гастингса. Слухи об этом распространились в полку, и все заговорили об операции «Морской лев». Даже после ее отмены Гитлер сознательно поощрял эти разговоры[353].

Для немецкого морского штаба стало ясно, что Англия полностью осведомлена о проводимой подготовке. В дневнике немецкого морского штаба за 3 июля записано: «Вся иностранная пресса, и особенно английская, указывает, что ожидается начало главного удара немцев». В донесениях Канариса говорилось, что немцы в Англии встретят сильную оборону. Поэтому Редер в июле доложил фюреру о необходимости отложить операцию, так как подготовка к ней не может быть завершена раньше середины августа. Действительно, нельзя было установить дату начала военных действий, пока не было обеспечено превосходство в воздухе. Между армией и флотом возникли споры о преимуществах и недостатках проведения высадки на широком или узком фронте. Это опять привело к потере времени, и с 15 августа операцию перенесли на 15 сентября. Победила точка зрения армии о необходимости высадки на широком фронте, но оставалась опасность, что флот в самый последний момент может изменить свое решение. И на случай вторжения на узком фронте был избран район Брайтона. Тем временем усилились воздушные налеты на южное побережье Англии. 3 сентября Кейтель издал совершенно секретную директиву, в которой день 20 сентября намечался как наиболее ранний день отплытия флота. А четырьмя днями позже английский генерал Пагет сообщил вооруженным силам метрополии кодовое слово «Кромвель», означавшее, что вторжение в Англию неизбежно.

Налеты немецкой авиации усиливались, но вместе с тем увеличивались и ее потери, а военно-воздушные силы Англии быстро росли.

Сообщения Канариса верховному командованию часто носили оттенок неправдоподобности. В них преувеличивались силы английской обороны, оценивавшиеся в 39 дивизий, хотя к этому времени могли быть полностью готовы к боевым действиям только 20. В действительности же к сентябрю оборонять район вторжения могли не более 16 дивизий.

Немецкому военно-морскому флоту абвер направил довольно странный доклад об обороне Англии:

Если бы адмирал обратил внимание на это донесение, он, вероятно, заметил бы нечто странное. Оно походило на вымысел. Жители Танбриджа и Св. Леонарда вряд ли узнали бы свои города по этому сообщению.

Но что из того, если это сообщение было странным? Оно как раз в данный момент устраивало фюрера. Немецкая авиация терпела крах, выполняя свою задачу. Гитлер с подозрением относился к своим границам в Польше и часто бросал весьма многозначительные взгляды на юг — на Пиренеи, пытаясь угадать, где ему легче добиться победы.

Несмотря на то что при помощи одного шифровальщика из американского посольства[354] в начале войны удалось получить копии некоторых посланий Черчилля Рузвельту, немецкая разведка в Англии была все же слабой. К концу войны абвер мог уже перехватывать и расшифровывать некоторые телеграммы между Лондоном и Вашингтоном и телефонные разговоры премьер-министра и президента. И все-таки позиции абвера в Англии были очень ненадежными.

«В Англии не было организаций немецкой разведки, — заявил мне Лахузен. — Мы действовали на Британских островах через Норвегию, Голландию и Португалию. Абвер не имел также твердых позиций и в Ирландии, связь с которой поддерживалась с помощью немецких подводных лодок».