"Фантастика 2024-65". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Оро Призывающий" - Страница 1373

Я глянул в окно. Машина летела по полупустым улочкам, но, кажется, мы были уже не на окраине. Это, конечно, не самый центр города с его мостами, каналами и историческими зданиями, но и, по крайней мере, не пустыри и не поля.

— Как вы помните, — заметил я, — я не местный. Если допустить, что я сбегу... мне будет некуда податься и всё такое.

— Тем лучше для тебя, — ответил землепашец. – Ведь если мы будем знать, где именно найдём тебя, то сразу же явимся туда, так?

Машина шуршала по мокрому асфальту, политому уборочными аппаратами. Я молча составлял в голове кубики, пытаясь найти следующую фразу. В момент, когда я уже, казалось, нащупал её, машина завернула за угол – и, заехав во двор приземистого двухэтажного здания, остановилась.

— Приехали, — кивнул землепашец, садясь нормально и отстёгивая ремень. – Вылезай и веди себя тихо. Помни, что ты задержан.

Я последовал его совету. Нет, даже если они хотят, чтобы я сбежал, случиться это должно не у них на глазах – тогда и там, где они будут обязаны меня задержать.

— Внутрь, - скомандовал Володя, блокируя двери машины и направляясь ко входу.

Здание было пустым. Оно не походило ни на отделение полиции, ни на штаб спецслужбы. Пожалуй, больше всего оно было похоже на маленький, полузаброшенный офис какой-то фирмы-однодневки.

Подёргав пару дверей на удачу, Володя нашёл одну незапертую.

— Вот, - он зажёг свет. Я увидел стол, пару стульев, диванчик в углу. В другом находился ещё один стол с кофе-машиной и принтером на нём.

— Кофе? – предложил мне землепашец, замыкая процессию и закрывая дверь за мной.

— Можно, — согласился я. Хотели бы моей смерти – убили бы давно, значит, кофе не отравлен.

Кофемашина зажужжала, наполняя покрытую пятнами кружку ароматным чёрным напитком со стойким привкусом цикория; землепашец поставил её передо мной.

— Итак, Свердлов, - проговорил он. – Как я уже сообщал, ты задержан – пока не арестован – для дачи показаний. Учти, что побег будет считаться за свидетельство твоей вины, и тогда в следующий раз мы с тобой встретимся уже как с обвиняемым.

— Прямо сейчас у нас ещё есть срочные дела, — продолжил Володя. – Так что допрос откладывается на часик-другой. Можешь полежать на диванчике, попить ещё кофе. Только принтер не трогай.

С этими словами оба КОБРовца вышли из помещения, захлопнув дверь. Но вновь её не заперев.

Я не трогался с места ещё минут десять, потягивая кофе. Он был отвратительным, но после бессонной ночи годился. Горячая, бодрящая жидкость вливала в меня, прогоняя усталость и оцепенение от того шока, что я испытал недавно, а остальное было уже второстепенно.

И только когда я поставил кружку на стол, раздумывая, не наполнить ли её снова, принтер в другом углу комнаты ожил и принялся с тихим жужжанием выплёвывать из себя листы бумаги, заполненные мелким текстом и какими-то фотографиями.

Я поглядел на дверь. Тихо. Кто бы и откуда бы не запустил принтер, он не там.

Ладно. Пора сыграть в их игру. Начнём с пункта «не трогай принтер».

Глава 7

Встав с места, я медленно огляделся. Снимают меня сейчас или не снимают?

Камер на стенах или потолке не было. Ну, или, по крайней мере, там не было таких камер, которые я мог бы заметить. Интересно, что это за место? Уж точно не их официальные помещения; возможно, какая-нибудь явочная квартира или что-то в этом роде.

Принтер продолжал жужжать, выбрасывая лист за листом. Подойдя, я взял в руки первый попавшийся лист.

Фотография. Большая, чёрно-белая фотография, а точнее – кадр с видео. И хотя это – судя по отсутствию зеркала – была другая комната в подземном бункере-хостеле, я сразу узнал это помещение.

В кадре – двое. Крупный мужчина и девушка, лет 15-16. Девушка буквально распята на стене, привязанная верёвками к чему-то, чего я не мог разглядеть, мужчина – рядом. В его руках какое-то орудие, вроде тех, что я видел у Паши на видео.

Суть ясна сразу.

Следующий лист испещрён мелкими буквами. Кажется, это какое-то досье. Маленькая фотография изображает того же мужчину. Ага... имя, фамилия... год рождения, должность – заместитель главы корпорации «Бикфорд»...

Я присвистнул. Да, теперь – когда я прочитал его имя – мне было легче вспомнить, почему лицо на кадре показалось знакомым. По телевизору он периодически мелькал, как и в газетах.

Оставив всё новые и новые листы выезжать из принтера, я вчитался в досье. Где родился, где учился, послужной список... Ничего предосудительного. Ни буквы о чём-то постыдном. Просто-таки кристально чистая биография честнейшего из людей.

А ниже – адрес, привычное расписание дня и ещё кой-какие вещи, которых – в отличие от написанного выше – явно нельзя было прочитать на страничке в Интернете.

Оставался только один вопрос: зачем мне всё это? Принтер остановился, и я, взяв всю стопку листов, что он нажужжал за это время, переместился за стол.

Примерно половина распечаток походила на то, что я только что рассмотрел. Досье на честных, благородных, незапятнанных людей – и кадры. Разные кадры, разного содержания, но происходило всё в одном и том же здании.

То, что я видел, конечно, было возмутительным, но... я всё ещё не понимал, почему КОБРовцы решили мне это показать. Точнее, я понимал умом, что да – видимо, за прошедшую неделю я сжёг гадский притон для садистов и убил пару человек, что замарались в этом. Но почему они думают, что я буду заниматься этим дальше?

Происходящее на снимках – кошмарно, но и я не Супермен. Они должны это понимать, и...

Перевернув очередной лист, я отпрянул назад. Это ещё что за блажь?

Мои родители. Не комната пыток, не очередные ужасы – просто мама и папа, стоят с двумя сумками в руках. Лица обеспокоенные... и немного странные: я не мог прочитать их эмоций до конца, хотя и вряд ли знал кого-то лучше, чем их.

Что это за помещение, откуда взят снимок? Я пригляделся получше. Снято с камеры наблюдения, и, кажется, это вокзал – тот самый, на который я приезжал на стареньком раздолбанном автобусе.

Они в столице? И... что с ними? Судя по тому, что это фото оказалось здесь, они могут быть в опасности, если вообще ещё живы.

Я лихорадочно принялся листать дальше. Новый снимок, уже с другой камеры – вот они вышли из здания вокзала и садятся в такси. Сколько же по городу развешано камер!..

Но сейчас не о камерах. Если я перешёл дорогу важным людям – неважно, победил я в первой схватке или проиграл – то последнее, чего я хотел, это родители здесь, в столице. Так откуда же они здесь взялись?..

...ответ пришёл сам собой. Я ведь и на этот раз, как только сообразил, что не собираюсь умирать – ещё в машине Усатого – первым делом подумал о них.

Это сделал я. Это я позвонил им и сообщил, что есть хорошие новости. Другого объяснения я не видел. Я позвонил и сказал приезжать... что за идиот. Или тогда я ещё не думал, что это будет опасно?

Оставался ещё один незакрытый вопрос. Почему КОБРовцы показали мне эти картинки? Они ведь не знают о моей амнезии – во всяком случае, на это я искренне надеялся – а значит, думают, что я в курсе своих поступков и событий прошлой недели.

Либо их вызвал всё-таки не я – а, например, кто-то под моим именем – либо же мы с ними так и не встретились. И агенты спецслужбы думают, что я хочу разыскать их и понять, что с ними стало.

Чертовски верно думают. Костяшки моих пальцев побелели; если кто-то из этих «святых людей» - Паша или ещё кто-то из тех, на кого я сейчас получил досье – тронул их хоть пальцем...

Так, спокойно. Успокоиться. Дышать ровнее. Я наконец сообразил посмотреть на дату снимков.

Позачера. Раннее утро. Плюс время на собрать вещи и доехать... Итак, было это до пожара в хостеле или после?

Не будучи специалистом по пожарам, я почему-то думал, что после поджога прошло уже дня три-четыре. Итак, если это верно, то случилось следующее. Либо я сам расслабился, решив, что выжег гнездо – либо кто-то решил таким образом отомстить за сделанное мной.