"Фантастика 2024-65". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Оро Призывающий" - Страница 1349

А может, ей просто померещилось? В таких заброшенных местах, как это, очень легко можно принять порыв ветра или пролетевшую птицу за…

— Стой где стоишь. Подними руки.

Тина Шраут стояла позади неё, наведя выданный Рубаном пистолет прямо ей в голову.

Всё-таки даже от её синестезии есть польза. Не будь её — она не увидела бы Сару заранее.

Впрочем, не будь этой синестезии — и многое, очень многое сложилось бы совершенно иначе. Тина вздохнула, не опуская руки, и поглядела прямо на обомлевшую Сару, не знающую, что тут ответить.

— И что мне теперь прикажешь с тобой делать?

Рубан медленно сдал назад, пристраивая джип на пригорке.

Далековато… но выстрел Гьяллархорна должен быть достаточно далёк. А судя по тому, что рассказал Ротт — хватит и мощности. В этот раз, правда, пушка будет стрелять слабее, потому что…

Но всё равно. В их руках оружие, способное уничтожить Люция и его армию нежити раз и навсегда — единственным выстрелом. Вот только у них и есть один выстрел — на второй им шанса никто не даст.

А ещё нужно не попасть в Марка. Будет как-то… неловко.

Рубан тихо хмыкнул собственным мыслям. Подумать только, на что он идёт ради спасения страны. На союз с республиканцами! Эти отбросы, конечно, явились в Империю с оружием, но здесь и сейчас они могут быть полезны.

Впрочем, это — запасной вариант на случай, если что-то пойдёт не так. Основная нагрузка — на нём и его выстреле. Единственном.

Он огляделся по сторонам. Где-то сейчас Родион и его компашка?

Где Император, он знал. Они видели его кортеж, заезжающий в город, а когда Марк и Элиза доберутся до них — Император переместится в нужное место. Туда, откуда он и произведёт этот — почти исторический — выстрел.

Не каждый день убиваешь легендарного основателя своей страны, как ни крути.

Ну, а если по какой-то причине они не сумеют… Вот здесь сработает запасной план с Тиной и республиканцами.

Рубан надеялся, что они сумеют. Не хотелось бы, чтобы Марк снова умер, взрываясь облаком скверны. Даже если лично он и выживет… ощутить это снова было бы неприятно.

Он прислушался. Никого. Если Родион и был поблизости, то…

Звук взведённого курка прозвучал резко и чётко.

— Ты погляди, какой улов, — хмыкнул до боли знакомый голос. — Вот это удача, а?

Рубан медленно обернулся. Дуло пистолета смотрело прямо на него, и было ясно как день, что стоящий напротив успеет выстрелить и не промахнётся.

— Давно не виделись, Антон, — хмыкнул Укольцев, не сводясь с него пистолета. — А какой душевной была последняя встреча…

— Да, — согласился Карлов. — Нам много что нужно тебе сказать.

Вот чёрт.

Глава 29

Итак, ещё раз, громко, официально и чтобы все слышали: мы планировали полное самоубийство.

Мы оба это понимали. Шли молча, не задавая глупых вопросов вроде «Как думаешь, всё получится?» или «Откуда нам знать, что это сработает?»

Неоткуда. Просто… или это сработает, или мир рухнет в тартарары. Родион был, несомненно, злом, но он был злом медленным, даже медитативным, и притом не правящим самым могущественным государством планеты. Люций… был именно таким.

Не знаю, о чём думала Элиза, у меня же в голове вертелась одна мысль — если наш план провалится, найдётся ли кто-то, способный победить Императора?

Вероятно, да. Мы не были единственными в своём роде; я даже, как выяснилось, не был единственным бессмертным. Мадлен Дюбуа, Иван, Сато… Да и Родион тоже. Отличный клуб подбирается!

Скорее всего, если мы провалимся — если Элиза, Рубан и Тина будут мертвы, а меня Люций запихнёт в какой-нибудь свинцовый ящик, опечатает магическими печатями и закопает на глубину полукилометра от греха подальше — то рано или поздно найдутся те, кто даст ему отпор.

Вопрос был в том… сколько народу погибнет и сколько городов сгорит до тех пор, пока это случится.

— Нам… не следует подождать немного? — уточнила Элиза, когда они дождались, пока уберётся очередной патруль. Мёртвый город практически не охранялся — было бы что охранять! — и только ставка Императора была единственным по-настоящему охраняемым местом.

— Рубана? — я поглядел на по сторонам. — Он же на колёсах. Думаю, он уже на месте…

…если его не обнаружили и не схватили. А если его обнаружили и схватили, то какая разница — наш план в этом случае всё равно трещит по швам.

— Мы, наверное, такие самонадеянные наглецы… — протянула Элиза.

— Почему?

— Разве не лучше было найти военных, профессионалов? Отдать Гьяллархорн им, и пусть бы…

Я пожал плечами.

— Не забывай — мы те, благодаря которым Император пробудился, столица Империи осквернилась, а Республика решила воевать. Кто сказал, что нам не под силу загнать их всех обратно?

Мы остановились. До охраняемой территории оставалось два квартала, ещё немного — и скрываться мы больше не сможем.

Император… не особо запаривался с местом для своей ставки. Он предпочитал нападать, а не обороняться (на чём мы и собирались сыграть, в каком-то смысле); он не боялся атак. Себя он считал непобедимым, а войско зомби… ну, ему и правда было сложно чем-то навредить.

Вот только одну оплошность он всё же допустил, забыв об элементарной безопасности.

Место, где он расположился, хорошо простреливалось.

Он не боялся пуль. Он и пули — это же неравный бой, в самом деле!..

Рубан чётко описал место, откуда должен был стрелять. Он не просто так потратил на разведку почти сутки — облазив всё, он продумал всё до мелочей. Итак, вон то фабричное здание. Когда-то здесь что-то производили; теперь это просто развалины. Но развалины высокие.

Здесь было очень мало живых солдат — и это ещё одна промашка Императора. Он полагался на мертвецов, а мертвецы своим видом (и запахом) отпугивали всех. Это давало нам шансы на победу.

Я вгляделся в окна завода. Рубан уже там или нет? Может, Элиза права, и имеет смысл помедлить? Но ведь пока я…

Ладно, время есть.

— Пора разделяться, — кивнул я Элизе.

— Пора, — согласилась она — и затаилась в тени высокого здания.

Я быстро кивнул ей — и бодрым шагом зашагал вперёд. Мой выход должен был быть громким и фееричным, как представление цирка Дю Солей.

Только один вопрос вертелся теперь в моей голове, подстёгнутый опасениями Элизы — где же Рубан? Успел ли он добраться до позиции и не перехватил ли его кто-нибудь по дороге?

— Карлов. Укольцев, — сухо кивнул Рубан — осторожно, чтобы движение не приняли за атаку и не выстрелили просто на рефлексах. — Не ждал вас тут увидеть.

— Да и мы тебя тоже, старый ты чёрт, — заметил Укольцев, не шевеля стволом и пристально следя за агентов.

— Такой уж и старый, — хмыкнул Рубан. — Я куда моложе, чем кажется.

— Прошлая наша встреча была… очень яркой, — Карлов расплылся в улыбке.

— О, да, я помню, — согласился Рубан. — Она началась с того, что вы пытались убить меня.

— А затем ты пытал нас.

— А затем вы засадили меня за решётку.

— А чокнутый япошка решил, что стоит тебя выпустить, — Укольцев был спокоен и серьёзен. — Уж не зря ли? Что ты здесь делаешь?

Рубан нервно поглядел на возвышающееся перед ним здание завода. Нужно затащить Гьяллархорн наверх, и не упустить главный момент, когда…

— Ладно, — пробормотал он, — я об этом пожалею, но… сейчас я собираюсь сделать кое-что неприятное, мерзкое и даже противоестественное. Кое-что, что противоречит всем моим принципам…

— Гляди-ка, — хохотнул Карлов. — Он хочет предложить нам сотрудничество.

Рубан глубоко вздохнул. Сколько уже они знали друг друга?.. Слишком долго, как для агентов из вражеских спецслужб, остающихся живыми.

— С какой стати нам идти с тобой на перемирие, Рубан? — спросил Укольцев.

— Император, — пожал плечами Рубан. — Думаю, он не нравится никому. Ни мне, ни вам… ни вашему начальству. Общие интересы, разве не так?