"Фантастика 2024-65". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Оро Призывающий" - Страница 1344

Чувствуя, словно под моей кожей прокатываются десятки лезвий, я упёрся кулаком в красную, липкую землю и сделал шаг вперёд. Нет уж — я здесь буду решать, как поступать и что делать. Скверна — не главная в моём теле. Главный я.

— Покажи мне Тину Шраут, — велел я хриплым голосом, и каждое слово отдавалось внутри новым воткнутым ножом.

Скверна — я уже видел эту голую, освежёванную заживо человеческую фигуру, стоящую в полусотне метров от меня — на мгновение замолчала, а затем заорала вдвое громче, и этот крик породил внутри меня новую вспышку боли. Не в силах выдержать её, я повалился на землю, пачкаясь в кровавом месиве, текущем отовсюду. Моё тело словно было комков оголённых нервов… и мозгом в их центре, с вопросом, который я не мог высказать вслух, но который всё равно бился в моём сознании.

Где Тина Шраут?

Скверна могла найти её, я знал это. В конце концов, внутри Тины — один из моих апостолов. Я не мог узнать его местоположение издалека, но мог контролировать, а значит, скверна всё ещё связана с ним. Хотела ли она делать это — другой вопрос.

Всё, чего она сейчас хотела — это убраться оттуда, где разлито вещество, приносящее ей страдания и смерть. Уничтожить «Гьяллархорн», а если уничтожить нельзя, то избавиться, выкинуть в море, закопать на глубине десяти километров…

— Где… Тина Шраут? — прохрипел я, как только смог вдохнуть хоть немного. Подняться на ноги было непосильной задачей, и потому я полз по направлению к освежёванной фигуре — шаг за шагом, сантиметр за сантиметром.

— Где… Тина… Шраут?..

В ответ — только новые вопли, новые вспышки боли. Скверна страдала не меньше, а может, куда больше меня — и старалась передать мне свои ощущения, чтобы хотя бы так заставить меня отступиться.

Что ж, я продолжал ползти. Липкая кровь, которой становилось всё больше и больше, чавкала под весом моего тела, боль не снижалась… Но расстояние между нами сокращалось.

Наверное, я всё бы давно бросил, если бы речь шла о ком-то постороннем. Или малознакомом — вроде того же Льва Дюбуа. Но бросить Тину я никак не мог, и продолжал превозмогать, пытаясь игнорировать боль.

Она ведь не настоящая. Как только я доползу — всё закончится. Я узнаю, где Тина. Я смогу встать и двинуться на поиски. Я…

Новый пронзительный крик, новая вспышка боли. На сей раз она взорвалась буквально в моей голове, разметав все мысли. Какая Тина, какой Родион, какие поиски? Сейчас остаться бы в живых… чёрт, точно. Я же не могу умереть.

— Выкуси, сволочь, — отдышавшись минуту или две (интересно, а сколько времени прошло в реальности?), я пополз дальше. — Я привык к боли.

С этим было трудно спорить. Одна только горящая башня Локка чего стоит — я до сих пор с содроганием вспоминал свой путь из неё. Смерть — жизнь, смерть — жизнь, всюду дым, огонь и раскалённый металл…

Да и другие случаи смерти. Как там говорит старая мудрость? То, что нас не убивает, делает нас сильнее?

Если верить этим словам, я был сейчас силён, чертовски силён. И ты, орущая и визжащая сущность, боящаяся боли и потому пытающаяся запугать ей и меня — ты и понятия не имеешь, насколько.

Я приподнялся на локтях. Вопль твари притих — кажется, она была настолько изумлена тем, что я смог это сделать, то даже забыла про боль.

На краткий миг, конечно же. А затем — снова.

— Где… Тина Шраут? — выплюнул я в ответ.

Тварь вопила, не останавливаясь, так, будто от этого зависела её жизнь (возможно, так оно и было). Я попытался приподняться ещё выше. Боль ведь тоже не может быть бесконечной, так? Ты либо теряешь сознание, не в силах её перенести… либо привыкаешь и терпишь.

Я поднялся выше; теперь я стоял на четвереньках, но голова была поднята — я смотрел прямо на скверну.

— Где Тина Шраут? — я знал, как бы тихо я не произнесу эту фразу, скверна всё равно её услышит. — Где Тина?

Шаг, ещё шаг. Я поднимаюсь на ноги; меня шагает из стороны в сторону, как при сильнейшем урагане. Но ведь и до цели осталось метров десять, не больше! Шаг. Шаг. Ещё один шаг.

Я кладу руку на плечо освежёванной фигуре — и вопль боли превращается, сменяясь бесконечным изумлением. Я буквально кожей чувствовал, что скверна всё ещё мучается, ничуть не меньше, но я не испытывал ничего, кроме злости и решимости довести дело до конца.

— Покажи мне, где Ти…

Договорить я не успел — короткая вспышка ослепила меня на миг, а затем показала небольшой деревянный домик, окружённый веткам. Ещё одна вспышка — и я вижу две фигуры внутри домика. Тина сверкает ярко-голубым, это цвет скверны, это мой апостол внутри неё. Рядом — мой отец. Точнее, то, что обитает в его теле.

Новая вспышка показала и мою осквернённую мать. Та обходила вокруг домика кругом, патрулируя его. Анти-скверна не дошла дотуда, и двое мертвецов ничего не знали ни о Родионе, ни обо мне. Кажется, старик не связался с ними до сих пор — это внушало определённую надежду.

Что ж; ещё пара вспышек, и я уже знал всё. Расстояние. Направление. Преграды на пути. Машина там, конечно, не проедет, но если вытащить из «Гьяллархорна» батареи, их же можно использовать как большие пушки, так?

— Марк! Марк!

Крики Элизы доносились словно из какого-то другого мира. Я прикрыл глаза…

И закашлялся, открыв их уже рядом с ней. Тело болело, но времени разлёживаться не было.

— Так, — встав, я огляделся и метнулся к «Гьяллархорну». Где он там открывается?.. — План простой, без хитрых заворотов — я не Родион. Вот что мы сделаем…

Тина готова была ругать себя самыми последними словами. Всё было просто! Тогда, в комнате — кто мешал её набрать перьев, валяющихся под окном в огромном количестве, и распихать по карманам? Она легко достала бы их… а сейчас здесь нет ничего, что она могла бы протащить дальше пары метров. Листья и песок слишком тяжёлые для её способности.

Каков шанс, что Марк найдёт её здесь посреди леса? И это даже если он просто узнает, что она здесь, просто начнёт её искать… Может, шанса и не было никогда?

Звук шагов; кто-то приближался к хижине. Алекс тоже услышал это, потому что поменял позу — теперь он не стоял, прислонившись к стене, а был настороже, как хищник перед броском.

— Марк, — раздался за дверью голос Леноры. — Какая встреча. Зашёл поздороваться с родителями?

Марк? Тина вскочила с места…

— Сидеть, — прохрипел Алекс тоном, не предвещающим ничего хорошего. — Я успею убить тебя раньше, чем он…

Грохот сотряс хижину; что-то ударилось в дверь.

— Вы не родители, — раздался за дверью голос Марка. — Вы — паразиты, захватившие их тела, а может, и души.

Новый стук, новый удар. Снаружи домика шла ожесточённая драка, а здесь, внутри, стояла полная — и оттого неестественная неподвижность.

Алекс, не выдержав, первым бросился к двери — но открыть её не успел. Дверь сорвалась с петель, и на пороге возник Марк. Тело чернело осквернёнными навыками; уже не сдерживаясь ни капли, Марк врезал по существу, имевшему облик его отца — а затем, когда тот отлетел в сторону, резко отключил навыки.

Что… что он делает?

Подхватив с земли что-то громоздкое и блестящее — Тина узнала оружие, которое они со Львом собирали в Арке! — Марк наставил его на отца.

— Своему отцу я желаю только одного, — заявил он. — Покоя.

Выстрел.

Ярко-фиолетовый луч вырвался из оружия; Алекс не успел даже вскочить — анти-скверна лишала его тело жизни, выжигала изнутри ту часть, что заставляла мёртвое тело ходить, говорить и даже думать. Теперь было ясно, почему Марк отключил навык: анти-скверна наверняка влияет и на него, а со включёнными силами он бы попросту вырубился, получив урон не хуже Алекса.

…выстрел прекратился. Мёртвое, изуродованное протезами тело Алекса лежало на полу хижины, не шевелясь — так же, как там, снаружи (Тина робко выглянула туда) лежало всё ещё прекрасное, но неподвижное тело Леноры.

Марк покачал головой.

— Тина, — заметил он очень тихим голосом. — Они ведь… они обрели покой?