"Фантастика 2024-65". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Оро Призывающий" - Страница 1121

— Всё никак не передохнут. — он махнул рукой в сторону псов, — А те, что все таки дохнут — встают, а эти их потом сжирают. И так по кругу. Пищевая цепочка, понимаешь.

Я шмыгнул носом, ничего ему не ответив. Псы выглядели разве что потрепанными и облезлыми, но никак не походили на страшных тварей, порожденных скверной. Интересно, животные также подвержены влиянию скверны, как и люди? Скорее всего да, но как именно это проявляется? Если не считать этих собак, то получается, что за все время пребывания здесь я еще не видел ни одного зверя. Кажется, даже птицы не летают над мертвыми городами.

Предположив, что ответы на эти вопросы скорее всего не придутся мне по душе, я повернул голову вперед и зашагал дальше.

Через полчаса мы вышли к железнодорожным путям и направились вдоль них. Я то и дело поправлял кобуру, к которой все никак не мог привыкнуть, а следом за ней лямки, хоть и не тяжелого, но все таки довольно массивного рюкзака. Солнечные лучи норовили залезть в глаза, и в какой-то момент я даже пожалел, что мне тоже не нашлось кепки, хотя бы такой старческой как у Родиона. Впрочем, от солнца меня быстро отвлекли смутно знакомые очертания пейзажа.

Мы проходили мимо того места, где меня ночью приложили дубиной по голове. Запекшаяся на балках между рельсами кровь создавала причудливый рисунок, словно появившийся здесь после взмаха большой кисти, а не огромной дубины, размозжившей мне черепушку. Я ухмыльнулся — готов поспорить, что многие галереи такой образец современного искусства бы с руками оторвали. Но если серьезно… сколько же крови из меня вытекло за прошедшую неделю? И пусть от такой мысли становилось жутковато, но, кажется, терпимость к этой красной липкой жидкости у меня теперь на всю жизнь.

Мы обогнули поворот и пройдя порядка километра увидели стоящий вдалеке поезд. Как и утверждал Родион, похоже после моего полета он остановился и, очевидно, сдвинуться с места так и не смог.

Старик замер на месте и прищурился.

— Повезло, — произнес я, прервав наше затянувшееся молчание.

— Рано радуешься, — старик сошел с путей поближе к кустам и включил свой наставнический тон.

— Вообще, — он указал тростью на зелень рядом с нами, — От кустов лучше держаться на расстоянии в пару метров. Никогда не знаешь, что там может сидеть.

Я молча кивнул, намотав информацию на ус. Впрочем, Родион наплевал на собственную рекомендацию — мы шли в опасной близости от густой зелени. Полагаю, он руководствовался довольно простой логикой — не ему стоит бояться тварей, что могут выпрыгнуть, а тварям следует бояться, что они выпрыгнут на него.

Когда мы, наконец, приблизились к поезду, я понял, что именно смутило Родиона. До состава оставалась сотни две метров и этого хватало, чтобы в деталях рассмотреть происходившее там.

Рядом с вагонами бродила пухловатая девушка… или то, что от неё осталось. Внешним видом она сильно напоминала Блуждающего — тварь, что чуть не убила меня в предыдущем мертвом городе. Те же кости, выгибающиеся под неестественным углом, та же поникшая, как тряпичная кукла, голова и все тот же рык, который прочно отпечаталось в моей памяти.

Старик напрягся, его рука потянулась к пистолету на поясе. Он оглянулся по сторонам и убедившись, что с тыла нам ничего не угрожает, обратился ко мне:

— Я пойду вперед. Держись на расстоянии, — он развернулся, — И чтобы оружие было наготове.

Старик пошел к «оскверненной» девушке, оставляя меня позади. Глядя на его удаляющийся силуэт, мне все никак не удавалось взять в голову, почему из-за одного врага он так сильно напрягся. Я помнил, как легко он добил блуждающего проводника…

Пистолет зашуршал о мою куртку и через секунду уже был у меня в руках.

К этому моменту Родион уже практически добрался до поезда.

Старик на ходу достал свой пистолет и перехватил поудобнее трость, острый наконечник которой отсвечивал на солнце. Тварь в какой-то момент его заметила и после секундной заминки с ревом побежала навстречу.

Дальше все произошло довольно быстро, если не сказать «спонтанно».

Старик поднимает пистолет. Выстрел. Пуля сносит твари челюсть. Тело падает, вроде не двигается… А затем, спустя секунды, снова начинает шевелиться. Родион как раз подходит ближе и, нависнув над телом, вонзает острие трости несколько раз ей в голову. С последним гортанным рыком существо погибает.

Мне оставалось только хлопать глазами — и это всё?

Я уже было собрался направится к Родиону, но тот поднял руку с тростью, приказывая мне остановиться.

Замираю на месте.

Как и картинка перед глазами.

Секунда. Две. Три.

Из вагона показывается первый неупокоенный труп — ровно такой же искореженный и кривой, с торчащими отовсюду костяными отростками, как и тот, которого Родион убил буквально мгновение назад. Раздалось громкое рычание.

За ним появляется второй, третий, четвертый… поезд загрохотал как упавший на землю кошель с мелочью.

Навалившиеся на Родиона твари больше походили на небольшое цунами или лавину, безудержно прущую вперед. Из общей массы начали выбиваться вперед несколько мертвецов: почти припадая к земле, на четвереньках — они быстрее всех бежали в сторону Родиона. А тот, впрочем, даже не сдвинулся ни на шаг; просто вскинул руку с пистолетом в их сторону.

Прозвучало несколько выстрелов. А затем еще, и еще. Он отстрелил конечности десятку самых быстрых тварей — они завалились на землю, но продолжили попытки «бежать» дальше, дергано приподнимаясь и встречая спиной тех, кто ранее от них отстал. Создалась небольшая толкучка и почти весь передний ряд попадал на землю в несколько слоев.

Все эта горка продолжала нарастать до тех, пока задние ряды не начали переваливаться через нее, падать на землю и снова приподниматься, чтобы в следующее мгновение продолжить бег в сторону Родиона.

Пятясь назад, я вскинул пистолет, но так и не выстрелил ни разу — слишком много целей, слишком мало патронов.

Я оглянулся назад, чтобы посмотреть куда бежать и упустил момент, когда Родион оказался рядом со мной.

От неожиданности пистолет в моей руке чуть не выстрелил ему в грудь. Как за такое мгновение он преодолел больше двадцати метров, я так и не понял. Но не успел я ничего спросить или сделать, как из моих легких выбило весь воздух — Родион слегка присел и, уперев мне руку в солнечное сплетение, одним толчком отправил меня в полет.

Перед лицом промелькнуло небо. Я сделал полный оборот в воздухе и грохнулся на живот. Уже готовый сорваться, чтобы бежать к чертям отсюда, осознал, что лежу на крыше вагона — ладони упирались в металл. Пистолет оказался всего в метре от меня, видимо я отпустил его в момент удара о крышу. Приподнявшись на четвереньки я скользнул вбок и вернул свою пропажу.

В этот момент раздался сдвоенный взрыв, да такой что от испугу я снова припал лицом к крыше. В ушах зазвенело. Все таки этот псих не пирожки носил в сумке.

Десяток секунд я перебирал в голове варианты действий: стоит ли мне вообще вставать и влезать в бой, или затаиться. Как никак, все внимание тварей внизу сейчас приковано к Родиону. Возможно, стоит сохранить преимущество и ждать момента, когда старику понадобится моя помощь.

Не прошло еще и десяти секунд, как я снова дернулся от неожиданности — рядом со мной на крышу приземлился рюкзак старика. Прокатившись по крыше он почти слетел с вагона на другой стороне, но я вовремя спохватился и ухватил его за ремни. После чего закинул сумку наверх.

Внезапно, рык что до этого момента доносился казалось отовсюду притих. Я решил подползти к другому краю крыши чтобы посмотреть, что же все таки происходит внизу. И застыл в удивлении — твари тонким шевелящимся ковром лежали по земле, пустыми были всего два места, больше походивших на воронки.

Вдоль всего состава валялись трупы: одни до неузнаваемости изуродованные, другие просто с простреленными головами.

— Ты там уснул что ли? — звон в ушах от взрыва прошел и до меня донесся голос деда. Он продолжал что-то говорить, но из-за рева очередного мертвяка его слова пролетели мимо меня.