"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Форш Татьяна Алексеевна - Страница 2081

— Смотрите!

Верлен и Иркон обернулись. Старший Брат все-таки победил колдовство! А может быть на святых людей, оградивших себя молитвой и пляской, оно подействовало слабее. Во всяком случае, Черет уже сидел и ощупывал себя, проверяя, не прибавилось ли в нем что-нибудь за то время, пока душа его пребывала в лапах злых колдунов. Видно было, что его еще сковывает слабость, но глаза смотрели вполне осмысленно. В несколько шагов Император оказался рядом.

— Живой? — спросил он, присаживаясь прямо на песок. — Как там по другую сторону колдовства?

— Темно, — негромко ответил Черет. — Ничего хорошего в их колдовстве нет.

Он смотрел мимо Императора, куда-то в сторону.

— Эй, — сказал Иркон и помахал у него перед лицом растопыренными пальцами. — Эй! Слышишь нас? С тобой Император разговаривает!

Старший Брат медленно кивнул, так и не отведя взгляда. Мовсий и сам тогда повернулся, чтоб посмотреть, что там такого интересного углядел монах.

Брат Черет смотрел на фонтан, точнее на последних двух Братьев, что продолжали пляску.

— Все-таки вода, — прошептал он. — Все-таки вода!

Александр Алексеевич опустил бинокль.

— Хорошо, что не сбежал. А то ищи его… Вообще эти эксперименты с инфразвуком…

— Какие эксперименты? Все просчитано! Пятнадцать процентов мощности! — Сергей отчасти чувствовал себя виноватым и поэтому не стал развивать этот разговор. — Да и что его искать? Прикрепим к нему личного «шмеля» и все…

— Что плохо в дилетантах, так это то, что они не знают очевидных для профессионала вещей, — все еще хмурясь, сказал Александр Алексеевич. — «Шмелей» нужно собрать для подзарядки. Отзывай их, давай. Пусть уж Император пока без конвоя ходит.

Сергей погрустнел.

— Что, прямо сейчас?

Александр Алексеевич кивнул.

— Жаль, — сказал Кузнецов. — У меня тут кое-какие интересные мысли появились…

— Придется подождать.

Прогрессор поскреб подбородок. Процесс, безусловно, шел, однако шел он как-то не так и не в ту сторону. Из работы Сергей сделал для себя развлечение. Это, может быть, и не плохо, если б, в конце концов, привело к подписанию договора, однако что-то не рвался Император подписывать пергамент, не смотря на активное издевательство над собой. Не вел ли этот путь в тупик?

— Может быть мне, все же поговорить с ним? — неуверенно, обращаясь сразу ко всем, спросил он. — Вдруг в нем что-нибудь переменилось?

Сергей понял, что эта веселая игра с Императором может вот-вот закончиться, и поспешно возразил.

— Переменилось бы — так он сразу бы и сказал об этом. Не говорить ведь? Да и не будет он с тобой разговаривать. Он, заметь, вообще не верит, что ты жив.

Никулин машинально кивнул. Утренний разговор он помнил. Чен и Джо промолчали, пожав плечами. Сергей обвел всех веселым и уверенным взглядом.

— Вы же понимаете, что все его сопротивление — это только вопрос времени. Мы дожмем его…

Чен вежливо улыбнулся. Джо с сомнением покачал головой. Император оказался крепким орешком, не всякому по зубам.

— Надеюсь… — ответил Никулин. — Надеюсь. Времени у нас осталось — всего ничего…

Ему хотелось поверить Сергею, однако то, что он узнал об Императоре за эти несколько часов, заставляло думать совсем иначе. Легкой победы ждать не приходилось.

— Сегодня надежда превратится в уверенность! У меня уже готов новый план! — торжественно провозгласил Сергей. — Еще сегодня мы проникнем в такое место, которое для объекта давления есть святая святых, и оскверним его надлежащим образом!

Он поочередно посмотрел на каждого, но понимания в глазах не заметил.

— Это, каким образом? — насторожился Александр Алексеевич. — Что это мы будем осквернять? И где?

— Это я так сказал, — поправился Сергей куда как менее торжественным тоном. — Для важности. Ты-то там уже был…

— Я нигде не был и поэтому требую объяснений, — сказал с живым интересом Чен. — Как будем осквернять? Технология? Оборудование?

К метеорологу Сергей даже не повернулся.

— А тебя мы собой и не возьмем. Твоя фамилия «Засадный полк». Будешь сидеть на крыше и надеяться на лучшее. А мы пойдем в Зал Государственного Совета и оставим Императору послание на стене. Это должно окончательно деморализовать объект давления.

Джо, пристроившийся с биноклем у края крыши, негромко сказал.

— Кончайте дискуссии. Посмотрите лучше, что там твориться.

Спеша закончить опасный разговор, егерь первым подошел к краю. Прижав бинокль к глазам, он замер, глядя вниз.

По двору сновали монахи. Сергей смотрел на них, прикидывая, не забросать ли это скопище клерикалов гранатами. Руки чесались, потому как, не страх их гнал теперь, а чья-то воля.

— Что это они там? Никак Император что-то новенькое придумал?

Прогрессор поднес к глазам окуляры.

— Старший Брат чудит что-то. Жаль не слышно ничего…

Пришедшее в себя монахи строились в две цепочки и, спустя несколько минут, из конца в конец поплыло первое ведро с водой.

— Пожар где-то? — забеспокоился Джо. — Горим? Они что, дворец подожгли?

Ведра быстро сновали из конца в конец цепочки. Туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда… Монахи черпали воду из фонтана, там же кто-то из Средних Братьев окунал в ведро фигурку Второго воплощения Кархи и крепкие руки братьев уносили его во дворец. Мовсий проводил очередное недоверчивым взглядом.

— Думаешь, поможет?

— Думаю. Это же опять вода…

— Он же сказал, что не было его в кувшине.

Старший Брат отмахнулся.

— Колдунам веры нет! Пропал же он куда-то, после этого?

Старший Брат попытался подняться, и у него получилось. С ненавистью посмотрев на место, на котором только что лежал он сбросил с плеча грязный плащ и объяснил.

— Ни одно создание, появившееся на свет под этим небом, не может вечно витать над землей. Даже птицам и Божьим помощникам приходится ступать на землю. А раз так, то значит, мы увидим их!

Он говорил о колдунах, и все это поняли.

— Это если они не всесильны и подчиняются законам нашего мира, — негромко сказал Иркон. В равной мере он хотел, чтоб Черет оказался прав и чтоб ошибся.

— Всесилен только Карха, — оборвал его Старший Брат. — Эти могут быть только очень сильными.

— А какая нам разница? — спросил Верлен. — Сильный просто убьет, Всесильный убьет и расплющит…

— Душа, — сказал монах. — Вот какая разница. Каждый из нас выбирает. Что выберешь, то и твое — то ли смерть с чистой душой, то ли жизнь с испачканной…

— Ладно, а вода-то зачем?

— Чтоб найти их. Я не верю в их бесплотность. Кармаил писал «Зло — не мысль. Зло — дело!» А какое дело без руки? Есть, есть у них все…И руки и ноги…

— И что будет дальше?

Старший Брат покачал головой.

— Я не хочу говорить, что должно быть дальше….

— Почему?

— Аскет Масака в «Поучении охотнику за темными демонами» учит нас: — «У демонов есть уши». Они слышат нас, хотя не могут читать мысли…

— Ни в одном из храмов Братства не видел ни одной шкуры темного демона… — негромко, но так чтоб услышал монах, пробормотал Иркон. — Шкуры светлого, впрочем, тоже не видел…

Монах пропустил колкость мимо ушей.

— Если мы хотим победить их, то должны меньше говорить и больше думать. Мы должны просить Карху дать нам силу и хитрость…

Он бежал, и встречные шарахались в сторону от бешенного Императорского взгляда. Следом бежал Верлен, на ходу выкрикивая приказания, чтоб у дверей на женскую половину утроили стражу.

Дверь приближалась рывками, словно ее корчило оттого, что случилось в Зале.