"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Форш Татьяна Алексеевна - Страница 1840

К нам подошел Игорь Геннадиевич, посмотрел на меня.

— Ну что, Вань, очухался?

— Как видишь. Тебя это сильно огорчает?

— Наоборот, сильно радует. Зачем же ты вставать решил?

— Когда?

— Ну там, на ковре-самолете. Лежал бы себе тихо-спокойно как этот, — он кивнул в сторону клетки, в которой сидел Фрол, — тогда бы мягко пристыковался. А так тебя видишь, как головой припечатало.

— А что это вообще было? — обвел я взглядом собравшихся.

— После того, как ты переплыл реку и скрылся там, в лесу, Кощею удалось каким-то особым способом парализовать Черноуса, — стал рассказывать Мельников.

— Обычная инъекция, — пояснил Кощей. — Самое трудное было подобраться к нему на такое расстояние, чтобы достать шприцем.

— Вот. А потом мы полетели на тарелке искать тебя. Увидели ковер-самолет, а там вы с Фролом деретесь на высоте шестьсот метров. Чтобы остановить вашу борьбу и не дать вам свалиться, Кощей включил какую-то штуку и сделал гравитацию на вашем ковре в четыре раза большей. Потом он просто подогнал тарелку под ваш ковер, а ты привстал в это время, поэтому в момент стыковки тебя головой и шандарахнуло.

— Понятно, — я потер раскалывающуюся черепушку и задал совершенно глупый вопрос, поскольку еще не мог адекватно оценивать происходящее. — А что будет дальше?

— Где? С кем?

— Ну, с ними, с нами…

— А дальше? Дальше — все как я говорил в ультиматуме, — ответил Кощей. — Ту троицу в клетке повезут в Стольноград и будут судить за попытку государственного переворота. Аутодафе или что-то в этом роде, четвертование, например, им вряд ли грозит, все-таки обошлось без кровопролития, но в тюрьме, я думаю, годика два-три посидят. Вон того, в наручниках, из вашего мира, вы возьмете с собой, его будут судить у вас. Да и всем вам пора отправляться домой. Сроки экскурсии подошли к концу, свою миссию вы выполнили. И, кстати, довольно успешно, поздравляю.

— Спасибо. Так мы что, прямо сейчас открываем портал при помощи амулета Золотого Льва? И попадаем в наше измерение в глухую тайгу ниже порога Пасть Дракона?

— Думаю, что нет, — ответил Кощей. — Во-первых, амулет Золотого Льва не должен больше попасть в ваш мир. Во избежание негативных последствий. Мало ли кому еще захочется прогуляться в сказку? Не дай бог он попадет к наркоторговцам или еще каким-нибудь нехорошим людям. А во-вторых, не все в вашей группе умеют сплавляться на плоту, кроме того, с вами преступник, которого надо поскорее сдать органам правосудия, поэтому лучше бы вам попасть в свой мир, оказавшись в каком-нибудь цивилизованном месте.

— И как мы будем перемещаться? При помощи избушки Бабы-яги?

— Нет, — Кощей покачал головой. — Я попробую переместить вас из НИИКоГО.

— Ясно, — хотя на самом деле мне было ничего не ясно.

Глава 22

Восемнадцатое июля, ближе к вечеру

Ковер-самолет приземлился в лесу около холмика-землянки с люком в подземный ход. Мы прилетели сюда на ковре, потому что свою тарелку Кощей отправил в замок в автоматическом режиме. Во-первых, он не хотел ей пользоваться дальше из соображений экономии топлива, а во-вторых — в ней просто не хватало посадочных мест. Когда Петровича в наручниках потащили на ковер-самолет, он сыпал угрозами, грязно матерился и всячески сопротивлялся. Колобков-Мельников предлагал заклеить ему рот скотчем и вырубить при помощи какой-нибудь дубины. Но Кощей решил поступить более гуманно — он наложил на него два заклятия: заклятие молчания и заклятие подчинения сроком на шесть часов. После этого Петрович замолк и беспрекословно слушался своего конвоира, то есть майора Дюкову.

— А он на суде давать показания сможет? — с беспокойством спросила Мария.

— Сможет, сможет, — заверил Кощей. — Ровно через шесть часов опять начнет скандалить, угрожать и сопротивляться.

— Здорово! — восхитилась майор. — Вот бы так научиться. Я имею в виду колдовать.

— Для этого надо пройти хотя бы краткий курс магии, а это — шесть семестров.

— Да не вопрос, было бы только где…

Короче, уселись мы все на ковер-самолет и через пару часов были на месте. Кощей открыл люк подземного хода и пояснил всем:

— Через проходную я вас решил не вести, поскольку с оформлением разовых пропусков слишком много мороки даже для меня, спонсора и покровителя данного заведения. Причем, сам же я и затеял весь этот бюрократизм. Но не жалею об этом: ornung ist ornung — прядок есть порядок. Так что, в обход порядка воспользуемся черным ходом.

Мы спустились в подземелье, которое нам с Лешеком было знакомо по прошлому году. Лешек все еще сопровождал нас, причем Кощей сам предложил ему это, сказав, что заодно им надо кое-что обсудить. Дойдя до круглого помещения, в котором тут же автоматически померцала и зажглась люминесцентная лампа, мы увидели знакомую черную дыру, озаряемую алыми всполохами, из которой тут же высунулись хелицеры, педипальпы, четыре волосатые лапы из восьми и все восемь любопытных глаз громадного паука Феди.

— Кого еще тут леший принес? — проворчал он.

Лешек открыл было рот, чтобы выразить возмущение, но Кощей опередил его:

— Это не леший, это я принес! Не узнал, что ли, склеротик старый?

— Ой, простите, ваша светлость, честное слово сослепу не признал. Вы уж не серчайте, старый стал, седьмой глаз совсем плохо видит, а третий справа…

Он бы еще долго рассыпа?лся в извинениях и оправданиях, но его прервали вопли мадам Дюковой-Шнайдер, только что вошедшей сюда, поскольку она шла замыкающей в нашей колонне.

— Ой! Боже мой! Сейчас же уберите это чудовище! — она даже вынула свой пистолет. — Иначе я за себя не отвечаю! У меня арахнофобия!

— Фобия, фобия, — проворчал Федя. — Это все с вами, ваша светлость?

— Да, все со мной.

— Ну проходите тогда, пока! — сердито проскрипел он, уползая в дыру. — Нервные все стали какие, жуть!

Через секунду из черной дыры уже доносилось:

— Пас!

— Пас!

— Трое нас!

— Распасы, поздравляю, господа!

Федя, как всегда, резался с чертями в преферанс. Уж не его ли партнер тот самый черт, который хотел нас надуть с разрыв-травой? Тогда я от души желаю Феде раздеть его до последней шерстинки.

Дальше мы шли по подземному коридору до лифтов.

— Знаешь, Лешек, — обратился Кощей к нашему другу, — я хочу предложить тебе проходить практику в этом институте. Согласен?

— Конечно согласен.

— А когда закончишь учебу, будешь тут работать постоянно.

— Класс!

— Ну и отлично. Сейчас проводим ребят, тогда выберешь себе лабораторию по душе и оформим тебя в отделе кадров. А вы, дамы и господа, отправитесь к себе, в свой мир, через машину времени, сейчас мы идем к ней.

Мы поднялись на лифте на второй этаж и пошли по длинному коридору со множеством одинаковых дверей.

— Понимаете, — продолжал Кощей, — основной контингент этого заведения живет в вашем мире, в городе Москве и ее окрестностях.

— Вот это да! — меня несколько озадачила эта новость. — Тогда я не понял, если у вас тут, в институте, есть свой портал, то зачем тебе понадобилось в прошлом году заманивать для своих экспериментов людей из нашего мира, да еще каким-то неоправданно сложным методом при помощи избушки Бабы-яги? Ты же мог просто взять пробы крови у сотрудников института, проживающих в нашем измерении. Под видом анализов там, диспансеризации или дня донора в конце концов.

— Вань, ты не поверишь, но я сам узнал о существовании этого портала сравнительно недавно. Я же только опекаю и немножечко финансирую это заведение, а вопросами персонала и набором специалистов занимается заместитель директора этого «ящика» по кадрам и режиму, и о портале было известно только ему одному. Эту тайну он мне поведал лишь полгода назад, когда мы его провожали на пенсию.

— Старичку стукнуло шестьдесят? — спросил Константин.

— Старичку стукнуло шестьсот шестьдесят. И, надо сказать, не такой уж он старичок. Просто ему надоела вся эта кутерьма, захотелось пожить спокойно на дачке и разводить кур. Так вот, этот портал — не просто портал, это пространственно-временной портал. Дело в том, что местные сотрудники входят и выходят через проходную «А». Но стоит вам выйти из института через проходную «Б», вы попадете прямо на московскую улицу, причем там будет 1984 год. Да-да, еще не началась перестройка, еще проезд в метро стоит пятачок, и памятник Дзержинскому все еще стоит напротив вашего департамента, — он кивнул в сторону Дюковой и Мельникова.