"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Форш Татьяна Алексеевна - Страница 1266

Случается, на стадионе, оказавшись в окруженииj беснующихся, слишком экспансивных болельщиков, и сам незаметно заражаешься безотчетной, бесшабашной веселостью. То же самое происходило и в рулетке. Зал опять шумно заулюлюкал, запищал, засмеялся, затопал ногами и захлопал в ладоши. Иван с улыбкой взглянул о вверх. На краю стартовой ложи в нерешительности замерла подвыпившая девица. Видимо, она не могла набраться смелости, чтобы кинуться на луч (наверное, путешествовала впервые). Из-за спины трусоватой особы выглядывала еще одна полупьяная физиономия, похоже, ее подружка. Подруга под хохот всего зала резко толкнула первую девицу в спину. Та с визгом сорвалась с балкона, но в последний момент успела схватиться руками за луч и заскользила вниз. Публика с криками «О!» захлопала в ладоши. Вторая путешественница бросилась на луч вслед за подругой. Она перегнулась через луч, потешно раздвинув вширь ноги. Юбка у незадачливой пассажирки задралась. Скользя над головами посетителей, девица щедро знакомила всех желающих с моделями своего нижнего белья. Зал одобрительно взревел. Исполнительница пьяного трюка, чувствуя всеобщее внимание, решила помахать благодарным зрителям напоследок ручкой. Она резко дернулась, неуклюже выпрямилась, завизжала и, не удержавшись, плюхнулась с луча вниз. «Гимнастке» повезло — здоровенный охранник рулетки поймал ее на лету и прижал к груди, как ребенка. Юбка у девицы задралась еще больше, скомкалась под рукой громилы. Все это в глазах подвыпившей публики выглядело и трогательно, и-соблазнительно одновременно. Пассажирка-неудачница наградила своего спасителя явно затянутым поцелуем, соскочила с рук, расправила юбку, изображая стеснительность и невинность, артистическим поклоном поблагодарила всех сочувствующих зрителей. А потом, опомнившись, что она вовсе не на сцене, суетливо кинулась к столу, за которым сидел Стрельцов с Истуканом.

— Барбик, дорогой, что мне делать? — запричитала девица.

— Что делать? — переспросил с иронией лучевик. — Плати и жди снова, пока откроется твое направление.

— Как плати? Я же уже заплатила, — возмутилась клиентка.

— А я предоставил тебе луч, — спокойно возразил: жокей. — Если бы ты поменьше крутила своей задницей, то уже б давно прибыла по месту назначения, как твоя пьяная подружка. — Барбик повернулся к Ивану, показывая, что беседа окончена.

Публика, которая только что восхищалась счастливым спасением девицы, начинала потихоньку посмеиваться над ней. Похоже, скучающим пассажирам было абсолютно все равно, чем занять время до отправления на другую планету. Некоторые из зрителей ободряюще подмигивали неудачнице и кивали головами, дескать, давай, требуй свое, мы поддержим. Окрыленная обманчивым сочувствием, девица набросилась на лучевика, как разъяренный петух:

— Ты что, охренел, что ли, Барбик? Где я возьму тебе денег? Это ж грабеж. Я сейчас не знаю, что сделаю. — Клиентка нервно затрясла кулачками, демонстрируя свою воинственность. — Я тут ползала разнесу!

Зрители дружно рассмеялись и ободряюще захлопали в ладоши. Бесплатный спектакль набирал обороты. Хозяин заведения спокойно подал сигнал ближайшему охраннику: щелкнул пальцами и указал рукой через плечо на выход. Громила — тот самый, который недавно спас девицу от неприятного падения, сгреб возмутительницу спокойствия в охапку и потащил к выходу. Толпа с сожалением выдохнула: «У-у!..», огорчившись столь скорому завершению зрелища. Неудачница сначала пыталась бить охранника кулачками в грудь. Но затем он что-то шепнул ей на ушко, и она затихла. Вероятно, спаситель предложил девице простейший способ, как заработать деньги на проезд. И она задумалась над предложением.

— Действительно, тут у вас не соскучишься, — улыбнулся еще раз Иван. — Веселенькое местечко.

За винтовой лестницей, ведущей к стартовой ложе, с расположилась широкая двухстворчатая дверь. Время » от времени дверь распахивалась и оттуда вываливался какой-нибудь неизвестный тип. Иногда появлялась «двойня», «тройня» и т. д. Какая-либо пьяная компания в зале тут же звала к себе нового посетителя, угощала его вином и набрасывалась на пассажира с расспросами о том о сем. Какие новости в галактике? Стрельцов догадался, что это путешественники, прибывшие через систему рулетки из других миров. «И что им, спрашивается, нужно на МХ-747? — не переставал удивляться гринчанин. — Побегать под бомбами хочется, что ли? Получить заряд с орбитального крейсера? Все-таки люди — странные создания…»

— Местечко-то веселенькое, что ни говори, — поддержал разговор Барбик. — Но знаешь, Иван, должен тебя предупредить, что, когда ты покинешь территорию, контролируемую Тарантулом, какой-нибудь менее сговорчивый, чем я, лучевик может опрометчиво тебя «прихлопнуть». Я-то верю в важность твоей миссии. Пиндальбоки — дело серьезное. Тарантул, действительно, не оказывает столь явную протекцию кому попало. Ты мне сразу понравился…

— Спасибо.

— Изворотливый малый… Даже удавку ухитрился на меня переключить…

— Жить захочешь — и не так извернешься, — рассмеялся Стрельцов.

— Слушай, Ваня, а ты не хотел бы обезопасить свои тылы?

— Как?

— Передать, допустим, через меня руководству звездной рулетки такую информацию, которая развернула бы его на сто восемьдесят градусов.

— К лесу задом, ко мне передом? — пошутил Чтец.

— Да. Тарантул же развернулся. А он, скажу я тебе, не очень-то вертится перед чужаками.

— Я в курсе, — согласился Иван.

— Ну и как?

— Наверное, в чем-то ты прав, Барбик. Ты мне тоже сразу понравился.

— Спасибо.

— Такой, знаешь, неприступный боец, словно из камня высеченный.

— Да уж, мама с папой постарались, — улыбнулся лучевик.

— Но мне кажется, пиндальбоками твое руководство не проймешь.

— Почему?

— Им по фигу кого катать. Лишь бы платили… Однако тылы, как ты говоришь, обезопасить, в самом деле, не помешает. Придется, наверное, выложить им кой-какую суперсекретную информацию, о которой они, впрочем, должны давно догадываться, если не дураки.

— Кто их знает? — усомнился в начальстве Барбик.

— Скорее всего их беспокоят коды биолокаторов и нейросинтезаторов, которые я, по их мнению, могу заблокировать для вашей аппаратуры.

— Наверное, — согласился лучевик.

— Так я тебе скажу, что, по большому счету, их от вас никто не прячет.

— Как не прячет? — удивился жокей.

— Они выполнены на таком уровне, чтобы препятствовать обыкновенным хакерам, не имеющим многомиллионного сложнейшего оборудования, как у вас.

— А ты ничего не путаешь, — недоверчиво спросил Истукан.

— Нет. Эту работу выполняет мощный компьютер, а не ты,уважаемый Барбик. Поэтому тебе кажется, что он очень уж у тебя умный.

— А что, это не так?

— Так-то так. Но коды, которые ты не видишь глазами, — цикличные, повторяющиеся. И это сделано специально! — Зачем?

— Иначе бы за десять часов, пока они действуют, ты, вернее, твой компьютер, никогда бы их не подобрал.

— Что-то я ничего не понимаю, — признался жокей.

— Конечно, не понимаешь. Ты ведь считаешь себя этаким лихим транспортным пиратом, неуловимым наездником на быстрой чужой галактической лошади, — язвительно улыбнулся Иван.

— Что ты хочешь сказать? — нахмурился Истукан.

— Весь смысл, дорогой Барбик, в том, что все твои действия регистрируются и контролируются в специальном стеке. Это только ты думаешь, что работаешь путем взлома тахиосети.

— А как же еще? — растерянно переспросил лучевик.

— На самом деле, тебе точно так же предоставляется трасса, твои действия фиксируются на все сто процентов. И если диспетчер…

— Диспетчер? — в изумлении раскрыл рот Барбик.

— Да-да, диспетчер. Если диспетчер закрытого отдела (не удивляйся!) увидит, что твои действия угрожают безопасности канала; то тебя немедленно отключат.,

— Не может быть! — Истукан аж вспотел от нервного напряжения. — Так иногда случается…

— Более того, если ты будешь упорствовать в опасном направлении, вся твоя рулетка вместе с залом ожидания и складом контрабандного товара взлетит на воздух…