"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Рейн Доминион - Страница 957

День пролетел в суете и приготовлениях. Охранники Зельманов оклемались, а уж в присутствии молодых девушек пошли на поправку семимильными шагами. Вот и отлично, а то на возросшее количество транспортных средств возниц не доставало. Мы уж думали бросить часть добычи, а теперь спокойно сгрузили на телеги оружие разбойников, их экипировку, а также забрали фураж для лошадей и запасы продуктов.

Вечером после ужина, когда все собрались у костра, барон Зельман объявил о дальнейших планах. Ничего особенного, на рассвете выедем в сторону Кречетова и будем гнать без остановок. В городе мы распрощаемся с освобожденными пленниками, а сами продолжим путь. В уплату долга жизни Осип Ааронович возьмет на себя общение с властями и поможет нам перебраться за Урал. Плюсом к этому раздобудет чистые документы и поспособствует обустройству на новом месте. Учитывая, как разрослась наша команда, это предложение поступило весьма своевременно.

Семья баронов не зря беспокоилась о долге жизни и возможных проблемах, связанных с принесением вассальной клятвы. Как оказалось, Зельманы – младшая ветвь ашкеназийского рода Кальман, известного грамотными юристами и знатоками права. Адвокатские конторы Кальман расположены в каждом крупном городе и возглавляли их, как правило, представители этой многочисленной общины. Осип Ааронович как раз направлялся к месту службы, чтобы возглавить новое отделение в Алапаевске.

Наследник Зельманов пошел по стопам отца, являлся слушателем Новгородского правового университета и намеревался пройти практику перед защитой диплома. Усидчивости парню не занимать, судя по тому, сколько времени он проводил за книгами. Магия Алима имела специфичный серебристый оттенок, отвечающий за предрасположенность к магии разума. Заметно, что наиболее развитые энергетические узлы концентрировались в левой лобной доле мозга и в области сердца. Зато остальные рабочие узлы атрофированы или повреждены, как, например, в паховой области. Если припомнить проблему с печатью отречения, которая медленно убивала Игната изнутри, здесь я видела схожую картину. Нарушение магических потоков вследствие стороннего вмешательства. Алим прежде не развивал способности, кроме умения запоминать большие объемы информации и чувствовать эмоции других людей. Вырисовывалась неприглядная картина, будто кто-то нарочно блокировал возможные проявления магии, невзирая на то, есть ли она у человека или нет. Тот же Осип Ааронович носил на себе схожие печати, но они никак не вредили человеку без единой капли дара. Интересно, барон с супругой знают, что проблемы со здоровьем у их сына возникли из-за варварского ритуала? И вообще, что это за ритуал такой, подавляющий магическую составляющую одаренного человека?

Гм, если среди ашкеназцев распространена магия разума, как их до сих пор не прибрали к рукам сильные мира сего? Может, этот ритуал подавления и есть гарантия неприкосновенности?

Глава 21

В Кречетов мы прибыли через полторы недели, измотанные и уставшие от бесконечной гонки. Короткие привалы, только чтобы дать отдых лошадям, постоянная тряска и надоевшее до зубовного скрежета однообразие похожих друг на друга дней. Игнат не давал нам застаиваться, возобновив тренировки по вечерам, но это капля в море по сравнению с вынужденным ничегонеделаньем. Хозяйственные хлопоты взяли на себя освобожденные пленницы, которые с рвением пытались доказать собственную полезность. Некоторые даже слишком рьяно подошли к этому вопросу. Я подмечала, как дружинники по вечерам удалялись в ближайший лесок в женской компании. Мальчишка хвостиком таскался за Иваном, увидев в нем пример для подражания. Ну а мужичок, назвавшийся Семеном, держался в стороне и предпочитал помалкивать.

– Откуда мне знать, что ты не разбойник, Семен Иванович? – Игнат переговорил с ним еще в день возвращения, а я бессовестно подслушала разговор. – Чего им понадобилось, что в клети сырой тебя держали и голодом морили? Отчего не пытали, не убили, как остальных? Ты особенный?

– Так ведь и ты не простой человек, Игнат Захарович, – мужичок усмехнулся в усы и огладил неровно стриженную бороденку. – За то, что из плена выручил, благодарен буду и отплачу добром. Однако ж рассказать о причинах, приведших в лапы к разбойникам, уж извини, не могу. Это чужая тайна.

– У меня нет основания доверять, – брату явно не понравился ответ. – Может, прибить тебя по-тихому да закопать в лесочке? Никто ведь и не узнает.

– Твоя воля, барин, – в голосе Семена сквозило равнодушие. – Умру, горевать никто не станет. Но лучше отпустил бы меня, глядишь, и пригодился бы когда-нибудь.

– Экий ты шустрый. Вот так взял и отпустил? А ну, как ты с татями в сговоре и доложишь, кто банду порешил? Не люблю я врагов за спиной оставлять.

– А я и не враг тебе, – Семен хмыкнул, – и люди, которым служу, тоже. Моя жизнь ничего не стоит, но хозяева узнают, если я вдруг умру, и пожелают найти виноватых. Не за тем, чтобы отомстить, а убедиться, что ты ничего лишнего не выяснил. Я не угрожаю, не подумай, просто предупреждаю о последствиях. Верить ты не обязан, но как одаренный чувствуешь ведь, что не вру. И девчонка твоя подтвердит, если спросишь.

Ой, как сразу уши у меня загорелись в ожидании взбучки от Игната!

На том разговор и завершился. Семен не врал на счет того, что ему до нас дела нет, но и магом не был. Тогда как узнал, что подслушиваю? Странностей вокруг этого человека хоть отбавляй, но иногда лучше не лезть в чужие тайны и не создавать дополнительных проблем.

На последней остановке, когда до Кречетова было рукой подать, я вдруг проснулась посреди ночи. Сама не поняла, что меня разбудило. Понимая, что сразу не усну, выбралась из повозки прогуляться до ветру. На обратном пути обратила внимание, что наш караульный спит на посту, и поспешила к мужчине, чтобы разбудить. Старший из охраны барона стоял, прислонившись спиной к дереву и свесив голову на грудь. Легонько потрясла соню за плечо.

– Он не проснется, – вдруг раздался голос из темноты.

Я чуть не подпрыгнула от неожиданности.

– Семен Иванович? – непроизвольно окуталась щитом, – что вы здесь делаете?

– Пришел поговорить, Нина Константиновна, – он поклонился, как подобает простолюдину при встрече с благородными. – Прошу прощения за столь необычное приглашение.

– Оригинальный способ, – я нервно улыбнулась. – Значит, я не сама проснулась? И как это вам удалось?

– У всех свои секреты, пусть этот будет нашим, как и предстоящий разговор.

– А нам есть, о чем разговаривать? – мужичок не переставал удивлять талантами и осведомленностью.

– Даже не сомневайтесь, – он поманил за собой, направляясь к затухающему костру. Подбросил в него дровишек и присел на поваленный ствол. Я устроилась чуть поодаль, гадая, что же понадобилось этому странному человеку. – Итак, Нина Константиновна, у меня деловое предложение, которого при других обстоятельствах я мог бы и не делать. Однако же я умею быть благодарным, особенно к тем, кто этого заслуживает.

– И что же это за предложение? – я не подала виду, как меня зацепило настоящее отчество Нины Забелиной.

– Предлагаю обмен. Вам – полезный совет, который убережет от проблем, а в будущем принесет пользу, – я вопросительно изогнула бровь, предлагая озвучить цену. – Взамен прошу отдать одну вещицу, что досталась от разбойников. Ценности не представляет, а мне бы пригодилась.

– Хорошо, – легко согласилась, забавляясь этой игрой в шпионов. – Что это за предмет, ради которого развели столько тайн?

Оказывается, речь шла о костяном гребне с незамысловатым рисунком и несколькими потертыми и выцветшими от времени камешками. Камни даже не драгоценные, разве что вещь выглядела старой, но таких в каждой лавке полно. Вряд ли это артефакт, никакой магии не чувствовалось. Семен прав, я бы даже не заметила пропажи, захоти он забрать гребень тайком. Тем не менее, мужичок отнесся к украшению бережно, завернул в носовой платок и сунул за пазуху.