"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Рейн Доминион - Страница 1100

– Позвольте узнать, в чем же состоит эта воля?

– Известно, в чем, – парень пожал плечами, – показать столицу, ввести в высшее общество и, если повезет, пристроить замуж. Шучу! – сам же и рассмеялся, довольный испугом девушки. – Поступать в этом году будет в академию, вторым потоком. Я говорю – гиблое дело после того, как дядька опозорился. А она заладила, пойду и пойду. Думает, что выдержит то внимание, которое ей достанется из-за нерадивого родственничка.

– Да уж, – кивнула, представив, что ожидает бедняжку.

Парни отшутились, что в академии Ирина быстрее жениха найдет, особенно, на боевом факультете. Осталось дело за малым – поступить. Девушка отмалчивалась, никак не комментировала слова князя. Однако по буре эмоций, бушующей внутри хрупкого создания, нетрудно понять, как она к ним относится. У Кочетковой превосходно развит контроль, раз огненная стихия до сих пор не вырвалась на свободу. По себе знаю, как сложно сдерживаться, когда внутри все клокочет от злости.

В целом, посидели неплохо. После раннего ужина отправились на прогулку по набережной, ели мороженое и слушали уличных музыкантов, затем катались по городу, распугивая резким звуком клаксона зазевавшихся прохожих. К десяти вечера Артемий доставил меня домой и вышел из машины, чтобы проводить до ворот. Паромобиль Стужевых проехал чуть вперед, чтобы не перегораживать дорогу. Транспорт с охраной притормозил, не доезжая входа и высаживая парней, приставленных Алимом.

– Благодарю за приятный вечер! – попрощался Артемий, оставляя невесомый поцелуй на ладони. – Если позволишь, я бы повторил прогулку.

– Я бы с радостью, но улетаю утром и вернусь только к началу учебного года, – улыбнулась, невольно отметив робость парня в общении.

Для него это ведь свидание, льщу себе, что с понравившейся девушкой. И такой он трогательный в своем смущении, что вызывает умиление.

– Вы же в Алапаевск возвращаетесь? В Левино?

– Да… – прищурившись, обратила внимание на паромобиль черного цвета, появившийся вначале улицы.

Вроде ничего необычного, едет себе и едет. Вот только я замечала уже эту машину во время прогулки. Первый раз сама не поняла, почему она привлекла мое внимание. Когда же попалась на глаза второй раз, подумала – совпадение. Но третий? Это уже закономерность. Охранники тоже насторожились при виде паромобиля. Вот он поравнялся с нами и замедлил ход, дверцы одновременно распахнулись и изнутри выскочила четверка наемников. Лица скрывала иллюзия, а в руках угрожающе сверкали атакующие амулеты. Уже активированные, потому что убийцы сходу выпустили залп такой мощи, что запросто смяли бы защиту охранников.

Стужев стоял спиной и не видел начала нападения. Однако реакция у мага отменная. Он почувствовал угрозу или же заметил, как округлились мои глаза, но ответили мы одновременно. Я укрыла щитом нас и парней, а Артемий выпустил холод, сорвавшийся с рук прозрачно-синими всполохами. Наемники успели отступить к паромобилю, а один уже сунулся внутрь, когда всех настигла ледяная смерть. В одно мгновение посреди улицы образовалась ледяная скульптура.

Как только атакующие заклинания из амулетов врезались в преграду, я убрала щит. Он и полыхнул-то фиолетовым на доли секунды, сложно заметить на фоне магии холода, и тем не менее, Артемий его разглядел.

Из дома выскочила наша охрана, люди Стужевых бросились к преступникам и заодно помогли парням, которые оказались под перекрестным огнем. Нас завели во двор, куда через минуту выбежал встревоженный Алим.

– Нина, ты в порядке? – схватил за плечи, осмотрел на предмет повреждений, а после прижал к себе. – Что произошло?

– Могу предположить, что подарочек от княжны Шумской прилетел, – поежилась от холода, какой распространял вокруг себя младший Стужев. – Сомневаюсь только, что удастся это доказать, но других причин для нападения не вижу. Мы столкнулись с Агниярой в «Магемии», и ее чрезвычайно расстроила отставка.

– Я понял, – Алим зло прищурился и кивнул. – Идите в дом. Распорядись, чтобы подали чаю. Полагаю, разбирательство займет некоторое время и… успокой парня, на нем лица нет.

Оставив меня во дворе, брат поспешил на улицу, чтобы принять участие в расследовании. В приоткрытые ворота я увидела, что откуда-то набежали зеваки, а дорогу заполонили служебные паромобили жандармерии. Не каждый день в центре города покушаются на жизни наследников двух влиятельных семей империи. Артемий застыл на том месте, где я его оставила, бросившись навстречу брату. Парень смотрел, не мигая, в одну точку, покрываясь кристалликами льда.

Вот ведь, ироды! Вероятно, нападение напомнило о несчастье, случившемся пять с половиной лет назад. Представляю, каково это увидеть гибель близких людей и не суметь им помочь. А как жить, терзаясь вопросом, почему ты выжил, а они нет? И вот очередное бессмысленное нападение. Я подошла, чувствуя, как тело пронизывает холодом, коснулась руки Артемия.

– Все хорошо. Никто не пострадал и в произошедшем нет твоей вины, – превозмогая стылый холод, крепче сжала ладонь парня, – идем со мной.

– Это ведь ты? – голос у Артемия изменился, будто бы и не он говорил, а бездушный робот.

– Я… – глупо отрицать очевидное.

– Зачем?

– Что именно, зачем?

– Зачем спасла меня? Почему не их?

– Идем в дом, там поговорим, – выдавила сквозь подступивший к горлу ком.

Стужев стиснул мою ладонь пальцами, будто тисками, и молча кивнул. Я медленно направилась к крылечку, увлекая Ледышку за собой. В гостиной указала на диван, куда парень присел, так и не выпустив моей руки.

– Почему? – повторил вопрос дрогнувшим голосом.

– Потому что я успела в последний момент и помочь твоим близким была не в силах. Я глубоко сожалею о потере и понимаю тебя, как никто другой. Незадолго до тех печальных событий, мою семью также убили на моих глазах. И в тот момент я мечтала умереть вместе с ними. Но, как видишь, живу, – на глаза невольно навернулись слезы. – Живу с одной целью: отомстить убийце и возродить уничтоженный род.

– Прости, я не знал, – губы Стужева скривились в подобие виноватой улыбки, а руки немного потеплели, – в этом мы похожи.

– Выходит, что так… Значит, ты понимаешь, что я не отступлю?

– Да, – княжич кивнул, – можешь на меня рассчитывать. Я помогу поквитаться с врагами.

– С врагом, – поправила Артемия и закусила нижнюю губу, чтобы боль помогла справиться с нахлынувшими воспоминаниями и ненавистью, бурлящей в крови.

– Знаешь его? И он до сих пор жив?

– Жив и здоров. Понял, что я выжила, поэтому старается убрать, – горько усмехнулась.

– Что значит, старается убрать? Это покушение… думаешь, он организовал? – Артемий подался вперед, полыхнув встревоженным синим взглядом.

Ну, или так показалось в отблесках освещения.

– Но я думал, дело во мне! Кто он? Назови имя!

– Не только в тебе, как видишь, – пожала плечами и высвободила руку из ладони Стужева. – Я расскажу, если пообещаешь не раскрывать тайну и… я сама сделаю это. Сама его уничтожу!

– Слово! – с твердой решимостью ответил Артемий и уставился пытливым взглядом.

Я недолго колебалась, открываться парню или нет. Он же внук великого князя Холода! Рано или поздно, сам узнает правду. Стужев приберег козырь в рукаве, чтобы всколыхнуть чувства наследника, когда наступит время. Похоже, оно пришло. Но лучше я сама расскажу и на своих условиях, чем это сделает кто-то другой.

– Мое имя – Нина Константиновна Забелина, а враг, приказавший убить родителей и ближников – князь Агнияр Святозарович Шумский. Дед пошел на это преступление затем, чтобы забрать из семьи Данияра, младшего брата, и воспитать как наследника Шумских. От остальных князь повелел избавиться и в ту роковую ночь устроил кровавую резню в родном доме.

– Защитники! Уничтоженный род! Как же я сразу не догадался? Постой, выходит, на экзамене Кочетков действительно пытался тебя убить? – Артемий потемнел от гнева, а в гостиной похолодало. – А княжна? Нарочито разыграла сцену ревности в ресторации?