"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Рейн Доминион - Страница 1056

К великому удивлению, на кабинете хранителя стояла непонятная защита. А при наружном осмотре я ничего не заметила. Может, защита включалась вручную? Во всяком случае, стоило рискнуть и провернуть то, зачем пришла. Если вдруг гости решат прогуляться, тихонечко уйду, и никто не узнает о моем присутствии.

Проверила зал первого этажа на магические ловушки – вроде чисто. Но вот незадача! Ни лестницы, ни двери, ни намека на спуск в подвал не обнаружила. Понятно, проход никто не будет держать на виду. Потайной ход или что-то в этом роде должен быть. Я рассчитывала найти его с помощью сети, реагирующей на пустоты, как тогда, в подземелье, искала воздушные карманы. Но, видно, какой-то умник подстраховался, "сеть" вдруг разрушилась, а мне неслабо прилетело отдачей. Сработал целительский амулет, восстанавливая самочувствие. Я машинально схватила накопитель и стиснула в ладони, восполняя просевший внутренний источник.

Действенный приемчик! У мага, проникшего в тайный архив, разом опустошался резерв, а остатки тратились на восстановление после обратки, которая больно била по магическим каналам. Страже оставалось только найти нарушителя и взять «тепленьким».

– Упс! – открыла тропу в женский туалет, потому что сверху послышался топот нескольких человек. – Кажется, мое присутствие засекли.

На минуточку, когда проверяющий заглянул и в дамскую комнату, выскочила на улицу. Когда угроза миновала, вернулась обратно. Притаилась в кабинке и создала заклинание «слух».

– Шломо, уверен, что кто-то здесь был? – узнала голос Диего д`Амниера, теперь уже бывшего великого князя.

– Охранные плетения в нижнем архиве сработали, – встревоженно ответил хранитель, – это – не совпадение. Кажется, вор понял, что его засекли и сбежал.

– Вот! А я говорил, оставлять книгу здесь небезопасно. А ты, древняя защита, древняя защита, – высказался третий, чей голос был незнаком.

– Лучше этой защиты ничего еще не придумали! – возмущенно огрызнулся герр Кальман-Виленталь.

– Тогда лучше спрятать книгу в другом месте, а вору устроить ловушку! Нельзя, чтобы она попала в чужие руки. Только не сейчас, когда на кону пост великого князя. Как знал, калека планы спутает. Теперь его не убрать, слишком на виду, наведет на подозрения.

– Я бы на твоем месте лучше за сестрой присматривал, – фыркнул д`Амниер, – устроила переполох в совете.  На что надеялась, когда магичка рядом с баронским выкормышем? Хорошо, никто не погиб, а мне удалось убедить жандармов, что ничего серьезного не случилось. Дети неудачно пошутили и будут строго наказаны.

– Мозгов у Бат-Шевы отродясь не было, а у сынка – подавно, – фыркнул третий, которого опознала как Биньямина, старшего сына Мельке и князя Леви. – Одна надежда, венец расплавит мозги окончательно, а мы будем управлять Барухом.

Вот оно что! – мысленно присвистнула, – а символ власти-то с подвохом. Как же сам Диего д`Амниер не свихнулся?

– Я заменил камень в венце на подделку так, что мозги выжжет любому, – бахвалясь, заявил бывший великий князь. – Пусть даже калека победит на выборах, недолго радоваться будет. Жаль, придется потерять время и переизбрать князя, зато умоем грязью выскочек, что поддержали барончика. По мне, так пусть бы победил Алим Зельман. Сделаем его козлом отпущения. А после проведем пару популярных законов, чтобы Баруха приняли, и никто не усомнится, что это лучший кандидат. Дальше уже вернемся к нашим планам.

– А что с магичкой? Девчонка сильная и, несмотря на малый возраст, доставила хлопот, – поинтересовался старший братец Бат-Шевы.

– Она же стала ашкеназкой, – фыркнул хранитель, – а как мы поступаем с чересчур ретивыми девицами, возомнившими, что вправе решать собственную судьбу? Наложим печати, отправим в горный монастырь, где ее научат покорности, а после выдадим замуж.

Ну, это ты зря сказал, – почувствовала, как кровь закипает в жилах, – я же голыми руками задушу. Я вам такую покорность устрою, сами в монастырь сбежите.

Двигаться бесшумно я научилась еще в шесть лет, так что никто не заметил, как покинула дамскую комнату и подобралась поближе к заговорщикам. На каждого кинула следящую метку, чтобы знать, кто и где, и невидимой тенью затаилась у приемного холла. Я пока еще не знала, как, но собиралась жестко проучить предателей, посмевших угрожать нашей семье.

Первым, попрощавшись, ушел Биньямин. Конспирацию заговорщики соблюдали, расходились по одному в разные промежутки времени. Мне это только на руку. Пока мужчины договариваясь о времени встречи и намечали план действий, поднялась в кабинет Кальман-Виленталя. Благодаря заклинанию "слуха", слышала каждое слово и попутно лазила по шкафам в надежде найти компромат. Впопыхах хозяин оставил кабинет открытым, вот я и воспользовалась моментом. Документы, книги учета и бумаги исторического центра содержались в порядке. Вряд ли подкопаешься, ничего разоблачающего не нашла. Зато установила записывающий кристалл, чтобы в следующий раз посмотреть и послушать, что злоумышляет подлая троица. Потребуются доказательства вины, и запись будет веским аргументом.

На удивление, в дальнейшем ашкеназцы разговаривали на отвлеченные темы, касающиеся общественных дел. Может, подсознательно избегали откровений за пределами кабинета? Или так совпало, ведь каждый занимал высокий пост? Я уж подумала, зря потратила второй кристалл, когда князь д`Амниер обронил, что от Биньямина после прихода Баруха к власти следует избавиться.

– Думаешь, мы допустили ошибку с кандидатом? – уточнил герр Кальман-Виленталь.

– Нет, семья Леви испокон соперничает с д`Амниерами. Закономерно, что великих князей выбирают из противоборствующих семей и их союзников. Чего мне стоило запечатать баронета и не убить его при этом! Я ведь как только почувствовал силу, сразу понял, кто станет преемником. Венец – проклятое создание древних артефакторов – распознал будущего кандидата. Барух – единственный из отпрысков Леви, кто тогда еще не прошел инициацию и подходил для замены. Мать и дядя – глупы и завистливы, ими легко управлять. Ошибкой было оставлять баронета Зельмана в живых. Жалею, что вовремя не устранили проблему.

– Ничего! – приободрил хранитель. – Пути господни – неисповедимы. Я тут разузнал кое-что о новоявленной сестре Алима. Если верить фактам, она – последняя прямая наследница имперского рода Забелиных. Понимаешь, что это значит?

– Источник! – хищно оскалился бывший великий князь. – И знаменитая сокровищница.

– Не забудь о древней крови, которая проявится в потомках! Видел, как быстро Наами переместилась к Алиму? Не стал говорить при Биньямине, а то непременно сосватал бы девку племяннику. Мозги у Баруха набекрень, но для продолжения рода они и не нужны. А у нас нет подходящей партии для девчонки, если только твоему Давиду третьей женой обзавестись.

– Определимся, время есть. Но ты прав Шломо, пути господни – неисповедимы. Согласись, девчонка и источник плюс сокровищница – солидная компенсация за неудобства. А насчет подходящей партии зря скромничаешь. У самого племянник неженатый ходит, а мой Давид, к примеру, может внезапно овдоветь. Кстати, с книгой что сделаем? Надо бы спрятать в надежном месте. Или уничтожить! Печати я наизусть помню. Нельзя, чтобы редкие знания попали в чужие руки.

– Не переживай, Диего! – хранитель похлопал себя по карману, из которого торчал уголок потрепанного дневника с пожелтевшими страницами. – Еще никому не удавалось взломать хранилище. Лучше обновим внешнюю защиту здания. Не дело, что тут шастают посторонние.

Ага, значит, глупый старикан таскает нужную вещь при себе? – мысленно хмыкнула и поморщилась.

Искусанные в кровь губы неприятно саднили. Планы предателей поражали наглостью, внутри все бурлило от желания покрошить гадов на кусочки. Если бы не выборы князя, так бы и поступила. Но, пока что эти слизняки нам нужны. Как и та книжица в кармане хранителя.

Заговорщики сошлись на том, что д`Амниерам доставалась невеста с приданым в виде источника и родовых земель, а Кальман-Виленталям – сокровища. Скрепив договор рукопожатием, главы тепло распрощались, после чего Диего д`Амниер покинул центр исторической документации через черный ход. Как только за гостем захлопнулась дверь, маска дружелюбности сползла с лица хранителя, превращаясь в оскал. Похоже, делиться старикашка не собирался. Но это уже не важно. Твари поплатятся за все, что сделали.