"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Геммел Дэвид - Страница 1400

Последнее мгновение мира на Ретрансляторах.

По небу расползалось растущее пятно тьмы. Равна охнула от света такого искаженного, что еле его заметила. Он сиял больше у нее в голове, чем перед глазами. После она не могла сообразить, как отличила его от черноты.

– Еще одно! – сказал Синяя Раковина.

Это пятно было возле горизонта Доков – примерно один градус в диаметре. Края его были неясным бурлением черного на черном.

– Что это?

Равна не была фанатиком войн, но свою долю приключенческих книг прочла. О бомбах из антиматерии она знала, и о снарядах с релятивистской кинетической энергией – тоже. Издали такое оружие казалось ярким пятном света, иногда с радужными бликами. Или еще точнее: такой разрушитель миров сияет из-за кривизны планеты, обволакивая ее шар, как капля воды, но медленно, очень медленно. Об этом она читала и такое была готова увидеть. А то, что она видела сейчас, – это было скорее дефектом зрения, чем зрелищем войны.

Только Силы знают, что видели наездники, но…

– Кажется, испаряются ваши главные передатчики, – сказал Синяя Раковина.

– Но они же в световых годах от нас! Мы никак не могли бы увидеть…

Появилось еще одно пятно, даже не в ее поле зрения. Плыл цвет, и нельзя было даже точно сказать где. Фам Нювен снова дернулся в судороге, но уже слабой. Удержать его теперь было нетрудно, но изо рта у него закапала кровь. Спина его рубашки чем-то воняла, похожим на гниль.

– «Внеполосный» будет здесь через сто секунд. Времени достаточно, вполне достаточно. – Синяя Раковина ездил вокруг них туда и сюда, говоря успокоительные слова, которые только показывали, как он нервничает. – Да, миледи, в световых годах от нас. И через годы их вспышка осветит небо для тех, кто останется здесь в живых. Но свет образуется только из доли испарившегося. Остальное дает ультраволновый импульс такой силы, что даже обычная материя подвергается его влиянию. Зрительные нервы тоже реагируют… Даже ваши собственные нервы становятся приемником. – Он развернулся на месте. – Но не беспокойтесь. Мы умелы и быстры. Нам приходилось уже выбираться из узких мест.

Странно было слышать, как существо без кратковременной памяти хвастается своей молниеносной сообразительностью. Равна надеялась, что тележка этот недостаток компенсирует.

Громко прозвучал голос Зеленого Стебля:

– Смотрите!

Линия прибоя отходила назад, куда дальше, чем Равна за все время видела.

– Море падает! – крикнула Зеленый Стебель.

Вода отошла на сто метров, на двести. Зеленый горизонт погружался.

– До прибытия корабля еще пятьдесят секунд. Мы полетим ему навстречу. Давай, Равна!

И тут смелость Равны умерла окончательно. Грондр сказал, что Доки упадут! Ближнее небо заполнилось десятками летящих в поисках спасения существ – лавина, летящая к бездне. Равна вспомнила, что говорил Старик, и вдруг поняла, что летящие сделали смертельную ошибку. И эта мысль передернула ее ужасом.

– Нет! Только поднимемся выше по берегу.

Ночь уже не была безмолвной. С моря донесся стон, подобный удару колокола, и этот звук ширился. Закатный бриз перешел в ураган, гнущий деревья к воде, несущий обломанные сучья и песок.

Равна все еще стояла на коленях, прижимая ослабевшие руки Фама. Ни пульса, ни дыхания. Глаза смотрели не видя. Подарок ей от Старика. Проклятье всем Силам! Она схватила Фама Нювена за плечи и перевернула на спину.

Равна вскрикнула, чуть его не выпустив. Под рубашкой, где должны была быть плоть, она ощутила пустоты. По ее бокам потекло что-то мокрое и зловонное. С усилием поднявшись, она наполовину понесла, наполовину поволокла это тело.

– Часы понадобится дотащить! – кричал Синяя Раковина. Он поднялся с земли, настраивая антиграв на ветер. Тележка и наездник качнулись, как пьяные… и шлепнулись опять на землю: их поволокло ветром в стонущую дыру, которая была морем. Зеленый Стебель бросилась и перекрыла ему путь. Синяя Раковина выпрямился, и они вдвоем подкатились к Равне. Голос наездника почти заглушило ветром:

– Отказ… антиграва!

И всей структуры Доков.

Они ногами и колесами пробивали себе путь от засасывающего моря.

– Найди место, где посадить «Внеполосного»!

Линия деревьев превратилась в зазубренную гряду холмов. Ландшафт менялся перед глазами и под ногами. Стон шел отовсюду, кое-где он был так громок, что у Равны звенело в ушах. Они обходили ненадежные участки, открывающиеся повсюду засасывающие дыры. Ночь уже не была темной. Было это аварийное освещение или побочный эффект отказа антигравов, но сквозь дыры лился голубой свет. Сквозь них же видны были ночные гряды облаков планеты в тысяче километров внизу. Пространство между ними не было пусто. Там были мелькающие призраки: миллиарды тонн земли и воды – и тысячи умирающих летунов. Организация Вриними расплачивалась за построенные на антигравах вместо инерциальной орбиты Доки.

Но Равна и наездники как-то шли. Фама Нювена они несли и волокли из последних сил; Равна шаталась вправо и влево чуть ли не больше, чем двигалась вперед. И все же он оказался легче, чем она рассчитывала. И это тоже пугало.

Почти все антигравы тихо отказали, но некоторые вместо этого сошли с ума: группы деревьев вырывало с корнем из почвы холмов и уносило вверх. Ветер рвал во все стороны, вверх и вниз… но теперь он был слабее, и шум стал дальше. Искусственная атмосфера, окутывающая Доки, грозила исчезнуть. Карманный скафандр Равны несколько минут проработал и тоже сдыхал. Через несколько минут он будет мертв, как ее антиграв… и как она сама. Мелькнула отстраненная мысль, как Погибель смогла это организовать. Очевидно, Равна, как и Старик, умрет, так этого и не узнав.

Стали видны огни факелов – это были корабли. Большинство их ускорялось для выхода на инерциальные орбиты, некоторые сразу уходили в гипердрайв, и лишь немногие висели над распадающимся ландшафтом. Синяя Раковина и Зеленый Стебель шли впереди. Они пользовались осями тележек, как Равна и вообразить себе не могла, – упирались ими и лезли вверх по склонам, на которые она еле вползала с тяжестью Фама на спине.

Они вышли на вершину холма, но ненадолго. Это была часть приофисной рощи. Сейчас деревья торчали во все стороны, как шерсть бродячей собаки. Под ногами дрогнула земля. Что теперь? Наездники мотались между краями верхушки холма. Их спасут здесь или нигде. Равна упала на колени, чтобы больше веса Фама приходилось на землю. Отсюда открывался широкий вид. Доки смотрелись как медленно плещущий флаг, и при каждом всплеске ткани отрывались куски. Пока между оставшимися антигравами было какое-то согласование, сохранялась плоская форма. Но она расплывалась. Вокруг рощицы, где они стояли, было полно засасывающих дыр. На горизонте край Доков отделился и медленно поплыл прочь: сто километров в длину, десять в ширину, он грозил захлестнуть пытающиеся прийти на помощь корабли.

Синяя Раковина притерся к ней с одной стороны, Зеленый Стебель – с другой. Равна пошевелилась, пытаясь переложить часть тяжести тела Фама на корпуса тележек. Если они объединят скафандры, можно выиграть еще несколько мгновений сознания.

– «Внеполосный» сообщает: «Я снижаюсь!» – крикнул Синяя Раковина.

Что-то действительно снижалось. Факел корабля подсветил землю бело-голубым, задергались резкие тени. Не очень полезно стоять вблизи ракетного двигателя, паря в поле гравитации в одно g. Часом раньше такой маневр был бы невозможен – по крайней мере без нарушения самых основ закона. Теперь было без разницы, если факел пробьет Доки или сожжет груз, собранный с половины Галактики.

И все же… сможет Синяя Раковина его посадить? Вокруг – засасывающие дыры и шевелящиеся утесы. Равна закрыла глаза, когда перед ней спустилось голубое пламя… и потускнело. В общей разреженной атмосфере четверых голос Синей Раковины звучал далеким-далеким:

– Идем все вместе!

Равна держалась за наездников, и они ползли-катились вниз с невысокого холма. «Внеполосный» парил в середине засасывающей дыры. Факела его не было видно, но сияние по краям дыры очерчивало корабль резким силуэтом, шипы гипердвигателей смотрелись белыми дугами. Гигант с пылающими крыльями… и вне досягаемости.