"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Геммел Дэвид - Страница 1298

Он поклонился восторженным аплодисментам. Чиви встала впереди него у перил веранды – и аплодисменты сразу стали громче. Котенок, которому наконец надоели шум и суета, спрыгнул с руки Чиви и полетел над толпой. Он расправил мягкие крылья и замедлил взлет, потом по кругу вернулся к хозяйке.

– Прошу заметить, – обратилась Чиви к толпе, – Мирау разрешается здесь летать, но у нее есть крылья! – Кошечка нырнула к ней, потом улетела в лес, росший у берега и за домом Нау. – А теперь я приглашаю всех на ту полянку выпить и закусить.

Кое-кто из гостей уже был там. Остальные поспешили по тропам к столам, которые медленно опускались на лужайку как бы под весом наставленной на них еды. Фам двигался с толпой, громко приветствуя всех, кто с ним заговаривал. Было важно отметить свое присутствие у как можно большего числа людей. Тем временем на тыльной стороне глаз сообщения от его крохотных шпионов складывались в тактическую картинку парка и леса.

За столами схлестнулись разные культуры, но заведение Бенни выработало этикет поведения за едой. Очень вскоре многие уже получили ведерки и бутылки с напитками и вышли на открытое место. Фам подошел к Бенни сзади и шлепнул по спине.

– Бенни! Отличная жратва! Но я думал, что это ты ее поставляешь.

Бенни закашлялся.

– Конечно, отличная. И конечно, моя. И Гонле. – Он поклонился бывшей регистраторше, которая стояла рядом с ним. – Это отец Чиви вывел кое-что новое по описанию, которое мы нашли в библиотеке. Уже полгода как, но мы берегли его для этого случая.

Фам с важным видом произнес:

– Я свою часть работы тоже не сачковал. Кто-то должен был надзирать за бурением и плавлением воды для озера.

Гонле Фонг улыбнулась своей корыстолюбивой улыбкой. Больше любого человека Кенг Хо – больше даже самой Чиви – Гонле купилась на «похвалу сотрудничеству» Томаса Нау. Она очень любила творить добро.

– Все принимали участие. Мои фермы теперь открыто разрешены предводителем. И мне дали наконец настоящую автоматику.

– У тебя теперь есть что-то получше клавиатуры? – ехидно спросил Фам.

– Можешь не сомневаться. А сегодня я отвечаю за обслуживание.

Она театральным жестом подняла руку, и в нее плавно спланировал поднос с едой. Он повернулся под ее рукой и вежливо поклонился, когда Гонле взяла наперченные водоросли. Потом поднос подплыл к Бенни и к Фаму. Шпионы Фама смотрели на поднос со всех сторон. Он маневрировал на крошечных газовых соплах, почти беззвучно. Простое механическое устройство, но двигался он разумно и грациозно. Бенни тоже это заметил.

– Управляется кем-то из фокусированных? – спросил он с оттенком грусти.

– Э-гм, да. Предводитель сказал, что это стоит усилий, учитывая такое событие.

Фам посмотрел на другие подносы. Они плавали широкими кругами от столов с едой и к тем гостям, которых еще не накормили. Умненько. Рабов дипломатично не показывали, и люди могли притворяться, будто верят частым заверениям Нау, что Фокус возносит цивилизацию на более высокий уровень.

Но ведь прав этот Нау! Будь он проклят.

Фам сказал Гонле Фонг что-то достаточно враждебное – было ясно, что этот «старый пердун Тринли» по-настоящему поражен, но решил этого ни за что не показывать. Он отошел от центра толпы, явно направляясь к еде. Гм! Ритцер Брюгель был сейчас не на Вахте – еще один разумный поступок со стороны Нау. Многие сегодня частично поверили в теперешнюю «точку зрения» Нау, но Ритцер Брюгель заставил бы нервничать даже и полностью обращенных. Но если Брюгель не на Вахте, а Рейнольт и Нау отвлекли зипхедов на обслуживание… то шанс может быть даже лучше, чем он думал. Так где же Рейнольт? Эту женщину бывало на удивление трудно отследить; иногда она выпадала из поля зрения шпионов Брюгеля на целые килосекунды. Фам направил внимание наружу. В парке были рассеяны миллионы частиц. Наиболее заняты были те, которые стабилизировали озеро и управляли вентиляторами, но оставалось еще много процессорной мощности. Со всеми точками наблюдения и изображениями ему не справиться никак.

Мысленно озирая парк, он почти не замечал, что сильно качается на ногах. Ага, вот! Не крупным планом, но это внутри дома Нау. Он заметил проблеск рыжих волос и розоватой кожи Рейнольт. Как и ожидалось, женщина эта в праздновании не участвовала. Она склонилась над эмергентским устройством ввода, скрыв глаза за полностью зачерненными скорлупками. Выглядела как всегда. Напряженная, углубленная, будто на грани смертельной догадки. И скорее всего, так оно и есть.

Кто-то хлопнул его по плечу так же сильно, как он только что хлопнул Бенни.

– Ну, Фам, так что ты думаешь?

Фам отключился от внутреннего видения и огляделся в поисках нападавшего. Траг Силипан был одет для праздника. Форма на нем была такая, как Фам еще не видел, разве что в материалах по истории эмергентов: синий шелк с бахромой и кисточками, как-то имитирующий рваную и грязную одежду. Форма Первых Ведомых, как однажды сообщил ему Траг. Фам позволил себе преувеличить сюрприз:

– Думаю насчет чего – твоей формы или вида с озером?

– Вида, вида! В форме я потому, что сегодня такой важный этап! Ты слышал речь предводителя? Давай, посмотри на парк как следует, и скажи мне, что ты думаешь.

Внутренним зрением Фам увидел, как к ним сзади приближается Эзр Винж. Проклятие!

– Да, что вы думаете, артиллерист Тринли? – Винж обошел вокруг и встал перед ними. На какой-то миг он встретился глазами с Фамом. – Из всей Кенг Хо вы самый старший, вы больше всех летали. И опыт у вас наверняка самый большой из нас из всех. Как вам Северная Лапа предводителя по сравнению с величайшими парками Кенг Хо?

В словах Винжа был второй смысл, который ускользнул от Трага Силипана, но на Фама на миг накатила холодная ярость. Это еще из-за тебя, мелкий пакостник, мне надо убить Анне Рейнольт. «Истинные» сведения Нау о Фаме Нювене грызли мальчишку. Уже больше года было ясно, что он понял, как на самом деле было дело у разлома Брисго. И он догадался, что именно Фам хочет от Фокуса. Его требования гарантий и заверений становились все более и более конкретными.

Локализаторы нарисовали цветное изображение лица Эзра Винжа, показывая его кровяное давление и температуру кожи. Может хороший зипхед посмотреть на эту картинку и догадаться, что мальчишка ведет какую-то игру? Может быть. Ненависть мальчика к Нау и Брюгелю все еще перевешивала его чувства относительно Фама Нювена, и Фам все еще мог этим пользоваться. Но это еще одна причина, по которой следует устранить Рейнольт.

Эти мысли промелькнули у Фама, пока его лицо расплывалось в самодовольной усмешке.

– В такой формулировке, мальчик мой, ты абсолютно прав. Книжное образование – это не то, что путешествовать за много световых лет и видеть собственными двумя глазами.

Он отвернулся и стал глядеть на тропу, мимо дома, на причал и лежащее за ним озеро.

Притворяйся глубокомысленно задумавшимся.

Он много мегасекунд невидимо облазил эту конструкцию; играть роль должно быть легко. Но сейчас он ощущал, как ветер медленно шевелит ветви деревьев позади. Влажная еле уловимая прохлада, с ароматом смолы, шепчущая о тысячах лесных километров за спиной. Теплое солнце греет сквозь разрывы облаков. Это, конечно, тоже подделка. Сейчас настоящее солнце вряд ли ярче приличной луны. Но система освещения, вмонтированная в алмазное небо, могла имитировать почти любой световой эффект. И единственным намеком на неестественность были еле уловимые дрожащие радуги в дальней дали…

А под холмом лежало само озеро. Это был триумф Чиви. Вода была настоящей, местами до тридцати метров глубиной. Ее стабильность поддерживала сеть локализаторов и сервоклапанов Чиви, и поверхность, плоская и гладкая, отражала небо над головой. Дом предводителя смотрел на причал, стоящий у конца фиорда. Фиорд тянулся на километры – а на самом деле всего на двести метров, и два скалистых острова стояли на страже дальнего берега.