"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Геммел Дэвид - Страница 1204

Они дошли до входа в лазарет. Где, по утверждению эмергентов, находились уцелевшие артиллеристы.

Снова пусто? Еще одна ложь?

Джимми протиснулся в дверь. Нашлемные лампы осветили помещение.

Цуфе До заплакала.

Нет, не пусто. Тела.

Он повел нашлемной лампой и повсюду… Гибернаторов не было, но комната была наполнена… трупами. Дьем снял лампу со шлема и прилепил к стене. Все равно плясали и дергались тени, но сейчас было видно все.

– Они все мертвы?

Этот вопрос Фама Патила был всего лишь выражением ужаса.

Дьем пошел мимо мертвых. Они были аккуратно уложены в штабель. Сотни, но места занимали мало. Кое-кого из артиллеристов он узнал. Мама Чиви. У некоторых – у немногих – грубые повреждения от декомпрессии. Когда же погибли остальные? Некоторые лица были спокойны, но другие…

Он споткнулся, остановленный взглядом пары блестящих мертвых глаз. Изнуренное лицо и замерзшие синяки через весь лоб. Этот человек прожил какое-то время после нападения. И Джимми узнал его лицо.

Цуфе подошла к нему, и тень ее плясала по этому ужасу.

– Это трилендер?

– Ага. Кажется, один из геологов.

Из ученых, которые, как считалось, находятся в Хаммерфесте. Дьем вернулся к лампе, которую установил на стене. Сколько же их здесь? Тела тянулись во мрак туда, где раньше были стены.

Они убили всех?

К горлу подступила тошнота.

Патил после своего первого ненужного вопроса парил без движения. Но Цуфе тряслась, и голос ее дрожал.

– Мы думали, что здесь масса заложников. И все это время здесь были только мертвецы. – Она истерически рассмеялась. – Но это ведь неважно? Мы верили и мы служили своей вере.

– Может, и так.

И вдруг тошнота исчезла. Капкан захлопнулся. Нет сомнения, что скоро погибнет и он вместе с Фамом и Цуфе. Но если они проживут еще хоть несколько секунд, может быть, они смогут сорвать с чудовищ маску.

Он вытащил из комбинезона прибор звуковой связи и нашел чистый участок стены для контакта.

Запрещенное устройство ввода-вывода. Наказание за хранение – смертная казнь. Да-да.

Зато теперь он мог передавать по всей длине «Сокровища» к вещательному передатчику, который оставил у шлюза. Окрестность времянки будет облита его посланием. Встроенные устройства его обнаружат. И некоторые, распознав приоритет, передадут туда, где его услышат люди Кенг Хо.

И Джимми заговорил:

– Слушайте меня, люди Кенг Хо! Я на борту «Далекого Сокровища». Корабль вскрыт. Они убили всех, кого, как мы думали, здесь держат…

Эзр – и все в зале – в молчании ждали, пока Ритцер Брюгель установит связь. И послышался голос Джимми.

– Слушайте меня, люди Кенг Хо! Я…

– Командир группы! – перебил Томас Нау. – Что там у вас? Мы не видим вас снаружи.

Джимми засмеялся:

– Это потому, что я на борту «Далекого Сокровища».

На лице Нау отразилось недоумение.

– Не понимаю. Команда «Далекого Сокровища» не докладывала…

– Да уж конечно! – Эзр почти слышал улыбку в словах Джимми. – Понимаете, «Далекое Сокровище» – это корабль Кенг Хо, и мы его себе вернули.

Ошеломление и радость выразились на всех лицах, которые Эзр смог увидеть. Значит, вот каков был его план! Работающий звездолет, может быть, даже с оружием! Главный лазарет эмергентов, артиллеристы и командиры, пережившие нападение. Теперь у нас есть шанс!

Кажется, Томас Нау тоже это понял. Озадаченное выражение сменилось гримасой испуга и гнева.

– Брюгель? – сказал он в пространство.

– Предводитель, я думаю, он говорит правду. Он говорит по служебному каналу «Сокровища», и больше никого я не могу вызвать.

График наружной мощности в главном окне держался над уровнем 145 кВт/м2. Отраженный Алмазами один и два свет начал кипятить снег и лед в тени. Тысячетонные, стотысячетонные глыбы руд и летучего материала шевелились между огромными алмазами. Движение почти незаметное, сантиметры в секунду. Но некоторые глыбы вырвались на свободу. Как бы медленно они ни перемещались, но они вот-вот уничтожат все результаты людского труда, все что попадется им на пути.

Нау пару секунд глядел в окно. Когда он заговорил, голос его звучал скорее настойчиво, чем командно.

– Послушайте, Дьем. Это не получится. Вспышка вызвала такие повреждения, которых никто не предвидел…

С того конца донесся резкий смех.

– Никто? Ошибаетесь. Мы поставили аппаратуру стабилизации так, чтобы всех немного встряхнуло. Всем существовавшим нестабильностям мы дали дополнительный толчок.

Чиви стиснула руку Эзра. Глаза ее расширились от удивления. А у Эзра слегка закружилась голова. Сетка сохранения стационарности и так мало что могла дать, но зачем делать хуже?

Вокруг люди уже застегивали скафандры высокого давления и натягивали шлемы, некоторые выплывали в двери зала. Огромная рудная глыба дрейфовала всего в сотне метров от времянки. Она медленно поднималась, отсвечивая верхушкой в лучах прямого солнца. Она лишь чуть ли не задевает верх станции.

– Но… но… – Говорливый предводитель, казалось, лишился дара речи. – Ведь и ваши люди могут погибнуть! И мы забрали оружие с «Сокровища»! Ради Бога, это же госпитальное судно!

Сначала ответа не было, только доносились голоса приглушенного спора. Эзр заметил, что Цинь, эмергентский техник, не сказал ни слова. Он только смотрел на своего предводителя пораженными, расширенными глазами.

Потом Джимми вернулся на связь.

– Будь ты проклят! Значит, вы разоружили корабль. Но это тебе не поможет, коротышка. У нас с собой четыре кило «С-7». Ты и не знал, что мы добрались до взрывчатки? С электронно-реактивными двигателями там было много такого, о чем ты даже не подозревал.

– Нет, нет!

Нау почти бессмысленно затряс головой.

– Как ты и сказал, предводитель, это ваше госпитальное судно. Кроме наших артиллеристов в анабиозе, здесь и твои люди есть. И даже без корабельных орудий у нас есть позиция для переговоров.

Нау бросил на Эзра и Чиви умоляющий взгляд.

– Перемирие! Пока не успокоим скалы!

– Нет! – крикнул Джимми. – Ты выскользнешь, как только обстоятельства перестанут держать тебя за глотку!

– Черт тебя подери, парень, ведь на «Сокровище» твои люди!

– Не будь они в анабиозе, они согласились бы со мной, предводитель. Время кончать спектакль. У нас двадцать пять твоих людей в лазарете, плюс пятеро из обслуживающей команды. И играть в игру с заложниками мы тоже умеем. Я хочу, чтобы вы с Брюгелем оказались здесь. Если полетите на своем катере, все будет хорошо. У вас тысяча секунд.

Эзр всегда полагал, что Нау умеет быстро считать. И он уже оправился от первого шока. Он театрально поднял подбородок и полыхнул взглядом в сторону голоса Джимми:

– А если нет?

– Мы проиграем, но и вы тоже. Начнем с того, что погибнут ваши люди. Потом взорвем «С-7», оторвав корабль от причала. И стукнем ваш проклятый Хаммерфест.

Чиви слушала с бледным лицом и расширенными глазами. И вдруг зарыдала в голос:

– Нет, Джимми! Не надо!

На несколько секунд все повернулись к Чиви. Даже стихло лихорадочное надевание шлемов и перчаток, и слышно было только, как поскрипывают внизу, извиваясь, причальные канаты времянки. Мать Чиви была на «Далеком сокровище», ее отец – в Хаммерфесте с прочими жертвами мозговой гнили. В анабиозе или в «фокусе», большинство уцелевших людей из экспедиции Кенг Хо находились либо там, либо там. И Триксия.

Джимми, это слишком. Сбавь обороты!

Но эти слова замерли у Эзра в горле. Он поставил на Джимми все. Если эта речь убедила Эзра Винжа, может быть, она убедит и Томаса Нау.

Когда Джимми заговорил снова, на вопль Чиви он не отреагировал.

– У вас осталось девятьсот семьдесят пять секунд, предводитель. Советую вам с Брюгелем тащить сюда свои задницы поскорее.

Это было бы трудно сделать, даже если бы Нау пулей вылетел из времянки. Он повернулся к Циню и что-то тихо у него спросил.