Шаг в пропасть - Манчини Рут - Страница 2

Я подтягиваю коленки к груди. Нужно о многом подумать, многое вспомнить. Я столько всего должна сказать своему адвокату, когда он или она здесь появится, но у меня замерзли руки и ноги, а мозг оцепенел. Одеяло совсем не греет, и я не знаю, можно ли попросить второе, да и особо не хочется привлекать к себе внимание лишними просьбами. И как я ни стараюсь нормализовать дыхание – вдох на счет четыре, задержка дыхания на счет пять, выдох на счет шесть или семь, – собраться с мыслями никак не получается.

За мной приходят, чтобы отвести на встречу с адвокатом. Я слышу стук в крошечное окошко в двери, и на сей раз ключи звякают в мою честь. На меня опять надевают наручник, хотя и ненадолго; его тут же снимают, когда я оказываюсь в маленькой комнате, где уже ждет адвокат. Это женщина лет тридцати с хвостиком, ближе к сорока; похоже, моя ровесница. Волнистые светлые волосы затянуты небрежным узлом, и одета она совсем неформально: на ней флисовая толстовка, джинсы и кроссовки. Что несколько неожиданно, ведь я считала, все адвокаты носят строгие костюмы. Но так как я закутана в одеяло, на мне бумажные тапки и спортивный костюм с чужого плеча, столь затрапезный вид тут же позволяет расслабиться.

– Привет, Тейт. Присаживайтесь. Меня зовут Сара, – представляется она. – Я ваш адвокат. Ну что, вы согласны?

Я сажусь на скамью напротив нее.

– Конечно, – киваю я.

– У вас есть выбор, – улыбается она; у нее добрые глаза. – Если решите, что я вам не подхожу, можете попросить себе другого адвоката. Должна вас предупредить: все, что вы скажете, естественно, останется между нами. Я не смогу никому передать содержание нашей беседы за пределами этой комнаты. – (Я снова киваю.) – А кроме того, вы разрешаете мне говорить от вашего имени с полицией, представлять вас в суде, а в случае надобности советоваться со своими коллегами.

– Хорошо.

Она проводит пальцем по тачпаду ноутбука:

– Итак, вас зовут Тейт Кинселла. Все правильно? И вы родились восьмого июня тысяча девятьсот восемьдесят четвертого года?

– Да.

– Хорошо. О’кей. – Наморщив лоб, она смотрит на меня серьезными глазами. – Итак, Тейт, вам известно, почему вы здесь?

– Да.

– Вы обвиняетесь в убийстве…

– Мне известно, – поспешно говорю я. – Мне известно, почему я здесь.

– И как вы себя чувствуете? – спрашивает она. – У вас все хорошо?

Как странно. Почему все интересуются моим самочувствием, если считают, что я кого-то убила? Если честно, я рассчитывала встретить в свой адрес чуть больше негатива.

– Я в порядке. Разве что немного потрясена. Но я знала. Знала, что меня собираются за это арестовать.

– Да. – Сара, прищурившись, смотрит на экран ноутбука. – Вы сделали заявление. Вы сказали полиции и свидетелям происшествия, что находились с покойной в здании и были рядом с ней незадолго до того, как она умерла. Вы сказали им, что это ваша вина. – Она вопросительно смотрит на меня.

– Ну… я совсем другое имела в виду, – качаю я головой. – Я растерялась. Мне казалось…

Она переводит глаза на текст на экране ноутбука:

– А потом вы взяли свои слова назад. Заявив, что не знали о ее присутствии в том здании.

Я роняю голову на сложенные руки:

– Да, я действительно этого не знала.

– Но ведь вы там были.

– Да, я там была, – соглашаюсь я. – В том самом здании. В то самое время. Тем не менее не рядом с ней. И я ничего плохого не сделала. О чем и сказала полиции. Они мне не поверили.

– Не поверили, – соглашается Сара.

– Послушайте, я не могу ничего объяснить. Я не знаю, как или почему так произошло. У меня есть теория, но она типа… безумная. На самом деле весьма странная.

Сара смотрит мне прямо в глаза:

– Тейт, я должна вас предупредить… Если вы как-то замешаны в этом деле, вам не нужно ничего говорить. Вы должны хранить молчание. Вы меня поняли?

– Нет. Я должна им сказать! – протестую я. – Я невиновна. И ничего плохого не сделала. Я должна изложить им свою версию событий.

– Вы уже изложили свою версию событий.

– Но они мне не поверили! Они меня арестовали.

– Вот именно. То, что вы изложите свою версию событий, отнюдь не означает, что вас отпустят. Это так не работает. Как вы уже успели заметить, в результате вы просто окончательно запутаетесь.

– Но я невиновна!

– Тогда расскажите мне все. И позвольте дать вам совет. Ведь я здесь именно поэтому.

Я заворачиваюсь поплотнее в одеяло, хотя вполне согрелась и уже способна чувствовать свои ноги. Способна нормально соображать.

Сара придвигает к себе ноутбук и ждет, опустив глаза и расправив плечи.

– Я не знаю, с чего начать, – вздыхаю я.

– Начните с самого начала.

Часть первая

Глава 1

Я пробиралась по забитому людьми бару к стеклянной двери на террасу. Настроение у всех было приподнятым, рождественское караоке в самом разгаре. Мой начальник Дэн и его личная помощница Хейли только что вполне прилично сработали под Элтона Джона и Кики Ди. А теперь выступал наш исполнительный директор Джерри Сигер, явно воображавший себя Элвисом. Разогретый благодарной публикой и количеством выпитой водки, он рывком расстегнул на груди рубашку и стал энергично вращать бедрами, пародируя короля рок-н-ролла.

Бар находился на верхнем этаже двадцатипятиэтажного офисного здания в самом сердце Сити. Подойдя к двери, я заметила несколько человек из своего отдела, кучковавшихся в курительной зоне снаружи, и резко остановилась, так как была сыта по горло пустой офисной болтовней. По правде говоря, я вообще не общалась с сотрудниками нашего банка, если не считать Дэна и, возможно, Хейли. Меня не интересовали ни автомобили партнеров, ни их каникулы на горнолыжных курортах, ни кто следующий на очереди за самым крупным бонусом, а сотрудников банка не интересовала ни я, ни моя захиревшая актерская карьера.

Я проскользнула мимо них за угол и поднялась по узкой пожарной лестнице на верхнюю площадку террасы на крыше. Холодный воздух действовал отрезвляюще, так же как и открывавшийся вид. Когда я поднялась на самый верх, то увидела мерцающие вдали белые огни Тауэрского моста и змеившуюся в восточном направлении, в сторону доков, реку. За моей спиной на том берегу возвышался небоскреб «Осколок», нижние этажи были окутаны тьмой, а макушка ярко светилась. Я закурила сигарету и глубоко затянулась, наслаждаясь одиночеством. Докурив, я сделала пару шагов вперед, поближе к парапету. Мне хотелось проверить, как близко я смогу подойти к краю, а заодно посмотреть на улицу внизу. Я всегда боялась высоты, у меня затряслись поджилки, тем не менее какое-то извращенное чувство упрямо гнало меня к самому краю. Будто я проверяла на вшивость свой мозг: сможет ли он остановить меня от прыжка? Мне когда-то говорили, что в этом-то и состоит настоящая причина головокружения.

Я подошла к ограждению и, ухватившись за перила, посмотрела вниз – и вот он, длинный отвесный обрыв. Мой желудок тут же сделал кульбит. А потом справа от себя краешком глаза я заметила ее. Женщину с темными волнистыми волосами. Она залезла на наклонное световое окно, перебралась через парапетное ограждение и теперь сидела, свесив ноги, на карнизе.

Поколебавшись, я крикнула:

– Эй! Не уверена, что тут стоит сидеть. – Когда она не ответила, я подошла поближе и, преодолевая головокружение, затараторила: – Я серьезно. Это небезопасно. Ты можешь упасть.

Она повернула голову и посмотрела на меня:

– Не могла бы ты просто… оставить меня в покое?

– Не думаю, что мне стоит это делать, – с некоторой заминкой ответила я.

– Я только хочу… Мне нужна всего лишь одна минута.

– А потом ты слезешь с карниза? – Повернувшись ко мне спиной, она покачала головой, и меня затрясло. – Если ты собираешься прыгнуть… Пожалуйста, не нужно этого делать. – (Она не ответила.) – Да ладно тебе! Наверняка все не так уж и плохо.