"Фантастика 2024-30". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Федоров Александр Николаевич - Страница 1209

Отмерянные полтора часа, как ни странно, пробежали довольно быстро. Встав и сладко потянувшись, Кол осторожно растормошил Бина, который должен был сменить его на посту. Бин, недовольно ворча, выбрался из мешка, и Кол тут же нырнул в его тёплое гнёздышко.

Спустя некоторое время Каладиус проснулся от того, что Бин легонько, но настойчиво тряс его за плечо.

– Что – моя очередь? – без особого энтузиазма поинтересовался маг.

– Нет, мессир, – шёпот парня был тревожен, если не сказать – испуган. – Но вы должны кое-что увидеть.

С нехорошим ощущением маг выбрался из мешка и пошёл за Бином.

– Вон там, – Бин указал в сторону сокрытого темнотой болота.

Сначала Каладиус ничего не увидел – отчасти спросонья, отчасти из-за света костра, к которому привыкли глаза. Но, некоторое время всматриваясь в тьму, он наконец разглядел то, что показывал ему Бин. Несколько слабеньких бледно-зелёных огоньков, двигающихся над поверхностью болота ярдах в ста отсюда, или дальше – в темноте расстояние оценить было невозможно. Двигались огоньки довольно странно – то поднимались чуть выше, то опускались почти до самого уровня воды, они перемещались в разные стороны, иногда замедляясь, почти замирая, иногда – срываясь с места. При этом не было слышно каких-либо подозрительных звуков – ни всплесков, ни шлёпанья ног по воде.

– Что это, мессир? – Бин старался не подавать вида, но маг явственно ощущал, насколько ему страшно.

– Болотный газ, – как можно равнодушнее ответил Каладиус, резко поворачиваясь к огонькам спиной и возвращаясь к костру.

– Вы уверены, мессир? – Бин чувствовал, что маг что-то недоговаривает.

– Уверен ли я! – проворчал Каладиус. – Ещё бы! Я видел такое, и не раз. Болотный газ, который фосфоресцирует при взаимодействии с воздухом. Ладно, коль уж ты меня поднял, то иди, спи. Мне уж теперь всё равно не уснуть, да и очередь моя скоро наступит.

– Хорошо, – Бин вдруг испытал то самое детское чувство, когда хочется забиться под одеяло в иррациональной уверенности, что никакой беде тебя оттуда не достать.

Парень направился к мешку мага, но успел увидеть боковым зрением, как тот что-то вынул из-за пазухи. Внутренности Бина заледенели, и он поспешил залезть в шерстяной мешок. Обратив внимание на то, какой холодный ночью воздух, Бин зарылся в мешок с головой.

В оправдание парня хочется сказать, что до сих пор он хотя и встречался со странными, пугающими явлениями, такими как зомби или гомункулы, но все они являлись плодами рук человеческих, так что хотя и несли в себе печать потустороннего, легко объяснялись логически. Здесь же он впервые столкнулся с тем, что могли объяснить разве что народные сказки, с тем, что он привык считать чем-то несуществующим. Именно существование несуществующего пугало Бина куда сильнее, чем та потенциальная опасность, которую это самое несуществующее могло нести в себе. И сейчас с головой одеялом укрылся не Бин – победитель ассассинов, а Бин – маленький мальчик, наслушавшийся на ночь страшных сказок.

Тем временем Каладиус, подбросив в костёр щедрую порцию топлива, отошёл к тому месту, откуда они с Бином следили за огоньками. Маг, так же как и Кол, отметил, что лошади совершенно спокойны. Хотя для более знающего и опытного волшебника это не являлось однозначно успокаивающим фактором. Каладиус предполагал, что сущности, подобные лешим, вполне могут обладать симпатической магией, влияющей на низших существ. А может и не только на них. Кто знает – не способны ли они одурманить, околдовать человека? Маг крепче сжал в пальцах конвертик с пеплом, до рези в глазах всматриваясь в странную игру огоньков.

– Можно я тоже понаблюдаю за болотным газом? – раздался рядом тихий голос Варана, и маг вздрогнул от неожиданности, так как не слышал его шагов.

– Как вам будет угодно, друг мой, – взяв себя в руки, недрогнувшим голосом ответил Каладиус.

– А можно мне тоже пакетик? – с великолепной беззаботностью в голосе попросил мастер Теней.

– Ну, если вам так спокойней… – в тон ему ответил волшебник.

***

Блуждающие огоньки так и не побеспокоили путников этой ночью. Они даже не особо-то стремились приближаться, хотя в какой-то момент времени их стало больше десятка. Всю эту ночь Каладиус и Варан пробыли бессменными часовыми. Всю эту ночь они, сидя почти на границе светового круга, шёпотом проговорили о самых разных вещах.

Утром Мэйлинн пыталась было устроить небольшой скандал из-за того, что её не разбудили в дозор, но узнав, что и Пашшан блаженно проспал всю ночь сном праведника, она немного успокоилась. А, узнав об огоньках, испытала смешанное чувство страха и любопытства.

– Ой, жаль, что я этого не видела! – воскликнула было она, но тут же сама себе возразила. – Нет! Не жаль! Я бы, наверное, умерла бы со страху!

Бин пристыженно промолчал. Он до сих пор ещё ощущал на своих кишках холодные липкие пальцы ночного страха.

– Давайте-ка быстренько позавтракаем, да в путь! – скомандовал Каладиус. – Если повезёт, то сегодня мы уйдём подальше это болота.

Слова мага оказались пророческими. Всю первую половину дня граница болот лежала по правую руку от путешественников, но вскоре она стала всё больше удаляться. Берег трясины плавно поворачивал к северу, тогда как отряд продолжал продвигаться на запад.

Этот, и последующие три дня были похожи один на другой. Вокруг путешественников вновь сомкнулись густые древние леса, хотя кое-где встречались и небольшие топи, которые также приходилось обходить. Иногда появлялась возможность пустить лошадей небольшой рысью, но чаще двигались шагом, и не только потому, что путь был неудобен. Нужно было беречь силы лошадей, которым, увы, сложно было найти себе корм в дремучем весеннем лесу. С водой было гораздо проще – путники то и дело натыкались на весело журчащие ручейки, которым где-то суждено было, слившись, превратиться в одну из трясин подобной той, что повстречалась нам недавно.

В целом никаких происшествий за время пути не произошло. Никаких неприятных встреч, никаких судьбоносных разговоров и решений. Только бесконечный серый лес, да такая же серая усталость, незаметно наваливающаяся на плечи путешественников. С каждым днём всё молчаливей были друзья, всё более вялыми и неохотными становились движения. Вскоре каждый уже ощущал определённую раздражительность – и в отношении этого унылого леса, и в отношении однообразной еды, да и в отношении друг друга.

Тягуче, если не сказать – тягостно длился очередной день путешествия. Шестой, если считать с того момента, как они свернули с тракта. Меланхоличным шагом брели лошади, понурив головы и, словно бы, потеряв всякую надежду дойти куда бы то ни было. Молча сидели всадники, также повесив головы, избегая даже смотреть друг на друга. Даже вечно неунывающая Мэйлинн поддалась общему настроению и недовольно хмурилась, покусывая губы, да изредка раздражённо поглядывала на Бина, который от скуки грыз ногти.

– Может, хватит уже? – наконец не сдержалась она.

Бин зыркнул на неё сердитым взглядом, однако промолчал и грызть ногти тоже перестал. Кол сделал вид, что ничего и не заметил. Варан уже довольно давно ехал шагах в тридцати впереди отряда под предлогом разведки местности. По лицу Пашшана, конечно, ничего прочесть было невозможно, но Каладиус заметил, что баинин уже довольно давно вертит в руках перчатку, сминая, скручивая её, словно вымещая на ней всю свою досаду. Сам Каладиус ощущал одновременно и тревогу, и раздражение. Он чувствовал, что впервые с того момента, как их отряд выступил из его замка в пустыне Туум, между друзьями начался какой-то разлад. Все устали, и нервы у всех были на пределе. Однако, тут же сварливо подумал про себя Каладиус, надоело уже быть для них нянькой. Если они так раскисли из-за нескольких дней прогулки по лесу – что ж, тем хуже для них!

– Здесь дорога! – вдруг раздался ликующий голос Варана.

Действительно, отряд наткнулся на древнюю дорогу, вымощенную огромными каменными плитами. Даже всемогущий, казалось, лес не сумел уничтожить её полностью. Конечно, бо́льшая часть плит давно ушла под плодородный слой почвы и поросла травами, но кое-где непокорное творение рук человеческих всё ещё пыталось бороться за жизнь.