"Фантастика 2024-30". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Федоров Александр Николаевич - Страница 1141

Когда солнце поднялось достаточно высоко, чтобы приблизиться к полудню, я наконец выскочил из своего жаркого плена. Теперь мне надлежало отправиться к Докам и там провести несколько часов, лёжа на досках пристани и грея живот на солнце, как это делает огромное количество оболтусов, имитирующих поиск работы, а на самом деле просто отдыхающие с чистой совестью, пока их родные уверены, что они выискивают малейший шанс подработать.

Тут рассказывать вообще нечего. Более тупое занятие придумать сложно. И, глядя на этих юнцов, которые уже вполне бы могли быть состоявшимися людьми, но при этом предпочитают днями валяться, словно овощи, я был искренне поражён. Я не мог понять – неужели они ни разу не задумывались о том, зачем они вообще живут? Мне было так дико видеть людей, у которых в жизни нет никакой цели, что я едва сдерживался, чтобы не начать их просто избивать, пытаясь спровоцировать хоть на какое-то действие.

Когда рабочий день подошёл к концу, я наконец направился к следующему этапу моего задания. Их оставалось всего два – хорошенько погулять в кабаке и, прошу прощения, Мэйлинн, – познать женщину.

Надо сказать, что в тот раз вино мне совершенно не понравилось, хотя сейчас я кардинально поменял отношение к нему. Но тогда я через силу вливал себя стакан за стаканом, не чувствуя ничего кроме отвращения, и не только от вкуса самого вина, а ещё и от ощущения растекающейся по телу беспомощности. Все мои члены становились всё более вялыми, при каждом движении головы мир начинал бешено вращаться, вызывая тошноту.

Это было удивительное ощущение – одна часть моего сознания будто бы оставалась трезвой, всё видела и всё понимала, но – увы! – эта часть полностью потеряла контроль над телом. И вот я с ужасом наблюдал, как при попытке взять стакан моя рука промахивается, задевает его и роняет. Я с ужасом гляжу, как вино течёт по столу прямо мне на штаны. Но с ещё большим ужасом я глядел на то, как другая часть моего сознания, которая захватила контроль над телом, пьяно хохочет над произошедшим.

В конце концов я одолел весь кувшин, хотя меня дважды вырвало, причём один раз – прямо в кабаке. Второй раз я успел выбраться наружу, и затем долго сидел, прислонясь к стене, воняющий вином и блевотиной. А ведь мне ещё нужно было… гм… пообщаться с женщиной. Короче, и этот опыт тогда показался мне ужасным, если не сказать – отвратительным.

Несколько протрезвев, я решил побыстрее покончить с последним заданием, чтобы уже поскорей окончился этот мерзкий день. Понятно, что о том, чтобы в таком виде найти себе девушку более или менее достойную, не приходилось и думать, да мне это было и не нужно. Я даже не испытывал ни малейшего возбуждения, или радости от того, что мне предстояло. Какое-то отвлечённое чувство, будто я шёл ловить рыбу.

Поскольку среди нас девушка, я опущу подробности последнего этапа. Скажу лишь, что недалеко от того кабака, где я выпивал, я наткнулся на дешёвую шлюшку. Я толком не разглядел ни лица её, ни фигуры. Да и вообще скажу, что данный этап оказался ненамного приятней других.

Вот так и окончился этот день. Не скажу, что он был самым счастливым в моей жизни, но то, что одним из самых необычных – это уж точно, – закончил своё повествование Варан.

– Да, дружище, ты не кокетничал, когда говорил, что не мастер рассказывать, – усмехнулся Кол.

– Я предупреждал, – пожал плечами Варан.

– Неужели так трудно быть обычным человеком? – полюбопытствовал Бин.

– Да нет, конечно, – ответил мастер Теней. – Но я тогда был максималистом и карьеристом. Для меня не существовало ничего кроме Гильдии. Возможно, именно это и было моей ошибкой, делало меня слабым. Наверное, как раз поэтому мастер Чёрный и дал мне такое странное задание. Я был зациклен, а, следовательно, слаб. Не то, чтобы после этого дня я тут же кардинально изменился, но, определённо, задумываться стал чаще. Да и со временем по крайней мере два занятия из тех четырёх стали мне в радость, – тонко улыбнувшись, закончил он.

– Ну, хвала богам! – воскликнул Кол. – Значит, ты не так уж сильно отличаешься от нас всех, простых смертных.

– Конечно нет! С возрастом становишься умнее. И менее спесивым, наверное.

– А шторм, однако же, не проходит, – проговорил Бин.

– А ты что думал – он закончится, как только мы кончим травить байки? – усмехнулся Кол. – А вдруг он затянется на пару недель?

– Да у меня все кишки в узлы перевяжутся за это время! – простонал Бин.

– Я предлагаю лечь спать! – сказал Варан.

– О, и это говорит человек, который ненавидит сон! – с иронией воскликнула Мэйлинн.

– Как оказалось, штормы я ненавижу ещё больше, – улыбнулся в ответ Варан.

– Да я ни за что не засну сейчас, – уныло проговорил Бин. – Может, ещё по истории?

– Я бы послушала ещё историй мессира! – тут же подхватила Мэйлинн. – Это всё равно, что читать учебник истории, только гораздо интересней!

– Что ж, – почесал лысый череп волшебник. – Поспать сейчас, действительно, удастся едва ли… Так что если вам хочется слушать воспоминания старика…

– Ещё бы! – воскликнул Кол. – Я не перестаю ругать себя за то, что мы раньше не додумались попросить!

– Ладно, ночь предстоит долгая, так что вы ещё запросите пощады! – шутливо предупредил маг. – Вы же знаете нас, стариков – стоит нам начать вспоминать молодость, и нас уже не заткнуть!

И, действительно, очень долго Каладиус рассказывал разные случаи из своей богатой на события жизни. Однако они не имеют отношения к описываемой нами истории, и будут со всеми подробностями изложены в свой черед и в иной книге, поэтому нам, читатель, придётся оставить наших друзей до утра.

Глава 47. Глаз дьявола

Шторм не кончился к утру. Ночью путешественники почти не сомкнули глаз – бесконечная качка измотала даже самых бывалых. Воздух в каюте был спёртым и явственно пах рвотой. Однако выйти наружу не рисковал никто. Через какое-то время в каюту, борясь с ветром, втиснулся один из матросов и спросил, не нужно ли чего. О еде думать никто не мог, специальные ночные горшки с плотно закрывающимися крышками просить вынести матроса было как-то неловко, поэтому Каладиус лишь вяло махнул рукой, показывая, что им ничего не нужно.

Было как-то не до разговоров. Все были усталые и хмурые. Мэйлинн и вовсе ушла в свою «комнату», вероятно, ей очень не хотелось, чтобы её стошнило на глазах остальных. Стоны путешественников перемежались стонами корабельных переборок. Свечи давно погасли, но новых никто не зажигал, так что в каюте была почти кромешная тьма. Собственно, всех это сейчас полностью устраивало.

Лишь ближе к вечеру ветер, кажется, стал стихать. Пол под ногами всё ещё очень качался, но уже хотя бы не вздыбливался и не брыкался, словно норовистый конь. Снасти выли уже не так истошно, да и влажные шлепки волн стали, кажется, не такими тяжёлыми.

– Неужели кончается? – почти простонал Кол.

– Похоже на то, – держась за тощий живот, ответит Каладиус.

– Я уж думал, что не доживу, – кисло пробормотал Бин.

– Ты погоди ещё, – предостерёг Кол. – Рано радоваться. Кто его знает, этот ураган! Вдруг это просто передышка!

Но это была не передышка. А если и передышка, то довольно продолжительная. Уже через час волнение упало настолько, что можно было спокойно стоять на ногах, не ощущая себя эквилибристом. Да и ветер, насколько можно было судить, вполне угомонился. Кол воспользовался случаем, чтобы выбраться подышать. Сквозь распахнутую дверь ворвался холодный просоленный воздух, и он показался таким вкусным и свежим на фоне миазмов, царивших внутри, что все, даже Бин, тут же ринулись вслед за Колом.

– Наконец-то выбрались, лежебоки! – послышался сверху усталый голос Шэда. – Я уж думал, вы решили не выходить до самой Саррассы.

– Да тут у вас как-то неуютно было, – ответил Кол.

– Это да, – согласился Шэд. – Помотало нас изрядно. Но корабль – это просто чудо! Настолько хорош, что меня прямо подмывает отправиться на поиски нового шторма, чтобы ещё раз насладиться тем, как эта белокрылая чайка играет с волнами!