"Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Сиалана Анастасия - Страница 1131

– И хотел бы забыть – не получается, – заинтригованно прищурился траппер, машинально потирая правый бок. – Толку-то его вспоминать? Как заварушка с Матонгой закончилась, он, вроде в Америку подался…

– Увы и ах, мой друг, увы и ах, – Кочетков подхватил Пелевина под локоток и, настороженно поглядывая по сторонам, повел траппера по переулку. – Вот уже полгода, как ваш приятель бегает по Африке и всячески отравляет жизнь бурам. Причем, не могу не восхититься господином Бёрнхемом, проказничает он весьма оригинально, умно, задорно, можно сказать – артистично…

– И это всё о нём, – одобрительно кивнул Алексей, задумавшись о чем-то своём. – Артист оригинального жанра… Никогда не повторяется…

– Одна беда, – достав очередную сигару и спички, Кочетков вздохнул с непритворным сожалением. – Я и этот талантливый юноша находимся по разные стороны фронта. Поначалу я решил: copia ciborum subtilitas animi impeditur (лат. противоположное лечится противоположным), но херре Терон, несмотря на все свои таланты, с проблемой не справился. По опыту знаю: лучшего результата люди добиваются, когда реализация собственных интересов совпадает с общественными. Так почему бы вам, Лёшенька, не завербоваться на бурскую службу, дабы и людям помочь, и самому месть свершить? Если скрестить ваши бойцовские таланты и мои, прямо скажем, недурственные способности к умозаключениям, смесь для врагов получится крайне опасная.

Подполковник окинул окрестности быстрым взглядом, мимоходом подхватил с земли камешек и запустил его куда-то в темноту. Темнота ответила удивленно-обиженным вскриком и грохотом падения чего-то массивного на землю. Бирюш, устав пританцовывать подле задумчивого Пелевина, словно говоря: что ж ты, хозяин, с командой-то припозднился, уж я бы…, обижено ткнулся мордой в Лёшино колено, и, понимая, что развлечений больше не предвидится, огорчённо рухнул на землю. Извиняясь за нерасторопность, Пелевин почесал расстроенную зверюгу за ухом и виновато покосился на Кочеткова.

– Вы ж знаете, Владимир Станиславович, – как-то по-детски шмыгнул носом Алексей, смущенно царапая жёсткий грунт носком ботинка, – вам я и словом, и делом всегда помочь готов. Надо – любому и каждому войну объявлю, надо – нательную рубаху отдам, но вот прямо сейчас – не могу… Дельце у меня тут одно наметилось, сперва его закончить надо, а потом уж и за всё остальное браться…

– Намереваетесь в компании старика Чернова и его племянницы прогуляться по бушу? – порывшись в карманах, Кочетков извлёк массивную карамельку в цветастом фантике, прошуршал оберткой и протянул угощенье Бирюшу. Пес, дождавшись благосклонного хозяйского кивка, слизнул конфету с руки подполковника и, урча, словно довольный медвежонок, принялся гонять сладость меж клыков.

– Ага, – привычно удивляясь осведомлённости старшего товарища, кивнул Пелевин. – Поля… Ну, Полина Кастанеди, то есть, подрядила меня до одного заброшенного городка прогуляться. Так что недельку-другую я как бы занят. Слегка.

– Никак в Лулусквабале решили наведаться? – Кочетков взглянул на траппера, словно умудренный старец на несмышлёного ребенка и укоризненно покачал головой. – Вольно же вам, Лёша, в сказки о шаманских сокровищах верить? Чай, не гимназист и не безграмотный клошар с окраин, размышлять умеете.

– Хотите – смейтесь, хотите – нет, а я верю, – хрустнув в запале костяшками пальцев, вскинулся Пелевин. – Потому как доподлинно знаю – есть они там, есть!

– Ну есть, так есть, – не желая понапрасну спорить, Кочетков покладисто пожал плечами. – Вы мне вот что скажите: после завершения… экскурсии по местам зулуской боевой славы, на вас можно рассчитывать, или там уже другие планы пойдут? Матримониальные?

– Да нет, какие там планы, – скрывая смущение, Алексей несколько суетливо достал из кармана трубку и принялся неуклюже набивать её табаком. – Если уцелею – рассчитывайте, как на самого себя. Вот ежли помру, тогда, конечно, ой…

Траппер насмешливо фыркнул и тут же оглушительно чихнул – неутрамбованный табак взметнулся и забил ноздри.

– А пока, – чихнув в очередной раз, Пелевин утёр слёзы в уголках глаз, – вы мне вот что скажите: этот Матвей – пчи-хи-и-и!!! – Чернов, он, – пчи-хи-и-и!!! – что за человек-то? – Пчи-хи-и-и!!! – Чего от него, – пчи-хи-и-и!!! – ждать?

– Человек? – задумчиво протянув Кочетков, подавая Алексею носовой платок. – Нормальный такой человек, где-то даже обычный, то есть обыкновенный… Хороший художник, недурственный поэт, а так как в этой части света высоким искусством на жизнь не заработаешь, немножко пират. Удачливый, но в прошлом. Он, вроде как завязал, но местные деловые его заслуженно опасаются. Оно и верно: старея, волки теряют зубы, но не характер. А у этого и с зубами всё в порядке. Не ангел, конечно, но и не законченный подлец, хотя спиной поворачиваться к нему не рекомендую. А если и повернуться придется, то только предварительно поддев под сорочку кольчугу. Или две.

– Понятно-о-о, – непрестанно шмыгая носом и выплевывая табак, откашлялся Пелевин. – Он, вроде, сам лично не идёт, племяшку посылает, но за подсказку спасибо – буду осторожен.

– Осторожность – в нашем с вами окаянном ремесле, Лёша, это само собой разумеющееся состояние, – словно подтверждая слова делом, Кочетков в очередной раз обвел окрестности внимательным взглядом. – А пока есть время, вы мне скажите, может, помощь, какая нужна? Снаряжением, советом, людьми или там прикрытием на маршруте?

– Разве что амуницией разодолжите, – Пелевин, прикидывая, что ему может потребоваться в ближайшее время, задумчиво почесал затылок. – Чернов, как человек опытный, конечно, всё, что ни скажу, даст, но я как-то привык на своё добро полагаться. А что до остального, – Алексей озадаченно потер подбородок и уставился куда-то во тьму, – так, вроде, больше ничего и не надо. Хотя… Если есть возможность на маршруте прикрыть, то сделайте вы, пожалуй, вот что…

Глава одиннадцатая

Золотисто-огненное солнце, раскинувшее лучи по аквамариновой глади безоблачного неба, напоминало то ли орден на чьей-то гигантской груди, то ли крест в навершии намогильного памятника. Учитывая, что путешественникам приходилось любоваться этой красотой со дна десятифутового колодца, ассоциации все чаще и чаще склонялись ко второму варианту.

– Во времена моей юности, – назидательно, с видом умудренной годами матроны, произнесла Полина, – довелось мне одну книжку занятную читать. Её…

– Юности? – иронично фыркнул Пелевин и продолжил наматывать на локоть самодельное, из отрезков бечевы, ружейных и поясных ремней, лассо.

– Не перебивай, – смущенно проворчала Полина, скептически наблюдая за попытками Пелевина набросить импровизированный аркан на крепкий с виду корень, выступающий над краем ямы. – Особенно когда я про умные вещи рассказываю. – А написал ту книжку психолог один… как его?.. Эмиль Буарак, во!

Увидев, что Алексей, раскрутив петлю, метнул лассо вверх, девушка проводила полет аркана полным надежды взглядом, огорченным вздохом зафиксировала провал очередной попытки, вытряхнула комья земли из-за шиворота и продолжила:

– Называлась та книжка, – Полина, словно поправляя воображаемые очки, важно дотронулась до переносицы. – «L’Avenir des sciences psychiques».* (фран.: «Будущее психических наук») Во! – произнеся название без запинки, девушка сама себе удивилась. – Эвона когда читала, а помню… Так вот, этот умный дядечка рассказывал про déjà vu… – заметив удивлённый пелевинский взгляд, Полина самодовольно улыбнулась и пояснила: – Ну, это когда человеку кажется, что он когда-то уже видел то, что видит сейчас, – осознавая, что непонимания в пелевинском взгляде становится всё больше и больше, Полина подвела черту:

– Так вот, сейчас у меня – дежавю! – девушка выбила очередное облако желтой пыли из своей одежды и с досадой покосилась на Алексея. – Полное! Опять Африка, опять яма и опять я в ней на пару с безруким компаньоном! Хотя в качестве напарницы Фея меня устраивала больше. С ней хотя бы поговорить можно было, не опасаясь за своё душевное состояние!